Ромашковый чай

      Уроки шли мучительно долго. Наконец-то последний урок закончился. Все ученики выбежали из класса, даже Бяша. Только Эвелина всё ещё спокойно слаживала учебники в портфель. Выйдя из класса, она направилась в гардероб за своими вещами, но придя, обнаружила, что её белая шапка пропала. Обыскав шкафчики, портфель, классную комнату, Эвелина всё так же не могла её найти. Отчаявшись она направилась на улицу, домой.       Было ужасно холодно. Ледяной ветер стал дуть сильнее прежнего. Девочка съёжилась от холода и сделала несколько шагов вперёд, но вдруг ощутила резкую боль в районе лица. Снежок. Девочка потерла ушибленный глаз и взглянула вперёд. Бабурин бросал большие, твёрдые снежки в Эвелину. Рядом с ним стоял тот мальчик, с которым она познакомилась этим утром — Ромка. Они оба громко смеялись и продолжали бросать куски толстого снега в перемешку со льдом. Девочка не могла дальше терпеть это, но и привыкла решать всё мирным путём. Так как говорить с ними было бесполезно, она бросилась бежать. — Сёма, побежали за ней, — приказал жирдяю парень в спортивках.       Ноги несли Филатову в неизвестном направлении. Ей было страшно. Очень страшно. Она никогда в жизни не сталкивалась с подобным. Было бы не так ужасно, если бы они бросали обычный, мягкий снег, а не затвердевшие от мороза, толстые глыбы. Девочка сама того и не заметив, оказалась в лесу. В груди невероятно сильно пекло, было трудно дышать, сил не было. Девочка осмотрелась по сторонам. — «Вроде оторвалась..» — не успела додумать Эвелина, как затрещали ветки и из кустов вышли те двое. — Не получилось здрыснуть, да? — как то по злому улыбнулся Ромка. — Чего Семёну нагрубила? Смелой себя почувствовала, новенькая? — стал подходить ближе парень. — Сейчас ты поплатишься, сука. — оскалился второй , показывая свои гнилые зубы. У Эвелины не было времени ни убежать, ни что-то сказать. Очередной кусок льда прилетел в голову, от чего девочка упала на землю. Ещё кусок льда, ещё, ещё.. На теле стали появляться раны, поступать кровь, одежда порвалась в некоторых местах от острых углов льда. Она пыталась встать, но каждый раз был неудачным, ноги подкашивались от боли, а хрупкое тело падало обратно в сугробы. В глазах начало темнеть. В один момент атаки прекратились. Громила подошёл к голубоглазой, схватил её за оголенное горло и поднял над землёй. — Руки убери, — заговорила девочка. Голос её был хриплым и уставшим. —Убери свои грязные руки. — сказала она более громко и грубо. — Ты мне тут ещё указы давать будешь, блядь? — проговорил он сквозь зубы, сжал горло ещё сильнее, от чего Эвелина стала задыхаться, и бросил её об ближайшее дерево. Ромка сразу обернулся на них. Лицо его выражало раздражённость. Он свистнул и заговорил. — Ты загнул. Мы просто хотели снежками покидаться, чтобы больше голос не повышала. Сваливаем. — грубо сказал парень засовывая карманные деньги, взятые из девичьего портфеля, себе в карманы. — Не сдохнет здесь? — улыбнулся второй и указал на девочку. — Не наши проблемы. — сказал он как-то холодно. Будто о чём то вспомнив, полез в свой второй карман, достал оттуда белую шапку и кинул в сторону Филатовой. Эвелина глянула на шапку. Та была полностью прожжена сигаретами. В некоторых местах была порезана ножом. Девочка прижала шапку к себе и погрузилась в темноту.