Imagine with Tokyo Revengers!!!

Сано Манджиро Твоя вторая половинка радостно уплетала детское комбо, а ты смотрела на него и не верила, что он твой истинный. Майки сначала тебя заинтересовал своим поведением, потом напугал своим поведением, потом им же привязал. Он обладал рядом качеств, сумма которых создавала неописуемую харизму и притягательность, только даже этого не хватило для заветного «да» с твоей стороны. — О чем задумалась? — распластавшись на диване спросил парень — О метке. Знаешь, я кажется к этому не готова, — ты сцепила в замок пальцы под столом. Прекрасно известно и проверено на практике, что лидер Тосвы не привык долго ждать, но в этот раз почему-то ждал. — Я знаю и даю тебе время смириться с этим. — Не думала, что у меня такая привилегия. Ты меня удивил. — Ну что сказать? Я рад, когда ты рада, Т/И — Сано счастливо улыбнулся — Время твое, кстати, заканчивается завтра вечером. Рюгуджи Кен — Кенчин, — ты как-то раз услышала это прозвище от его друга, так оно к тебе и привязалось, чему Кен был откровенно не рад — Как думаешь, больно ставить метку? — Мне откуда знать? Я же не омега. Рю лежал на твоей кровати, пока ты собиралась на свидание, и безучастно листал одну из твоих книг. Когда вы впервые встретились, ты и подумать не могла, что он окажется твоим истинным и всячески это отрицала. Грубый, драчливый и, что греха таить, с сомнительной репутацией, он изменил твое мнение за считанные дни. — Давай просто попробуем, Т/И — Кен тогда сказал это непринуждённо. Никаких обещаний и обязательств, и тебя это устроило. Попробовала. Понравилось. Длится уже долго. Вас устраивали гармония и понимание, парившие в воздухе с той самой попытки, и никакие сожаления не мешали наслаждаться временем, проведённым друг с другом. — Я не против, просто кажется, как будто это больно. Наверняка такой силы укус будет ощутим, — ты осторожно коснулась шеи, пытаясь примерить на себя эти ощущения. — Скорее всего, — Дракен уже повернулся на бок, подперев голову рукой, и наблюдал за твоими действиями. Помолчал с минуту и легко добавил — Давай просто попробуем, Т/И. Такаши Мицуя Мицуя хлопотал над ужином, а ты никак нарадоваться не могла. Ему достаточно было просто быть где-то рядом, чтобы тебя окутало ощущение абсолютной надёжности и защищенности. Он часто вспоминал, что даже в самом начале ваших отношений ты доверяла ему настолько, что парень переживал из-за такой наивности. Да, он-то тебя не обидит, но мало ли кого можно встретить — люди нынче испорченные. — Эх, Мицуя, ты бы хоть курил что ли для приличия, — Такаши непонимающе посмотрел на тебя из-за барной стойки, но готовить коктейли не прекращал — С тобой все так хорошо, что даже не верится. — Поставлю на тебе метку и станет ещё лучше, — он протянул тебе бокал с чем-то голубым и наверняка вкусным и подмигнул. Обойдя стойку, Мицуя по привычке поцеловал тебя в волосы, и вернулся к плите. Сегодня у него было радостное событие, которое он решил разделить с тобой: его подчиненный избавился от животного страха перед старшим братом. Ты сначала обеспокоенно осматривала потрепанного парня, но потом заметила его счастливое лицо и переживания как ветром сдуло. — Метку значит… — сладкая жидкость с цитрусовым оттенком попала на язык. Горло обожгло. Да, намешал он что-то убойное — Знаешь, а я кажется готова. В конце концов это же ты. Алкоголь ли это был или какой-нибудь Марс во льве, но желание полностью принадлежать кому-то такому, как Мицуя, протеста сейчас не вызывало. — Понятно, — как-то неоднозначно протянул твой истинный, а потом выключил плиту — Что ж, закончить с ужином я могу и потом, а сейчас у нас важные дела. На твою изогнутую в немом вопросе бровь он добродушно добавил: — Я не хочу ждать ещё дольше, Т/И. Баджи Кейске — Для тебя это развлечение? — Нет. Для меня это желание застолбить то, что по праву мое. — Никаких бумаг на передачу собственности я не подписывала. — Да брось, это всего один укус. Клац, — Баджи поспешил продемонстрировать скорость этого действия для пущей убедительности — Ты даже не заметишь. — Действительно. Укус комара и человека — это же абсолютно одинаковые вещи. Мы же прекрасно жили до этого, так с чего ты поднял эту тему? — Ребята с Тосвы один за другим уже поставили метки на своих омег, вот я и подумал, что тянуть нет смысла. В его словах была правда, и это удручало ещё больше. Ты любила Баджи с его взрывным характером и умением развеселить тебя в любой непонятной ситуации и в целом была абсолютно не против его зубов на пока неизвестной части тела (с его любовью удивлять ты не сомневалась, что место для метки он выберет непопулярное), но противилась из-за внезапной настойчивости. — Ты, блин, мастер импровизации. — Да, и я горжусь этим! — Кейске заливисто рассмеялся, и ты не смогла сдержать улыбки — Все, Т/И, пошли ко мне. — Попридержи коней, мне нужно подумать. — Подумаешь по дороге. Я итак затянул с этим делом, пора уже браться за тебя всерьёз. Чифую Мацуно Мацуно перебирал твои волосы, напевая какую-то малознакомую тебе песню и внезапно спросил: — Т/И, что ты думаешь насчёт метки? — ты нехотя открыла глаза, но голову с его колен так и не убрала. — Смотря от кого. — В смысле? У твоего избранного почти не было недостатков, так что реакция на некоторые твои шутки сильно контрастировала с общим ореолом идельности. Он изначально был таким: заботливый, умный и воспринимающий в штыки фразы с намёком, что отпечаток не его зубов будет красоваться у тебя на шее. — Ну сам знаешь, ошибки молодости и так далее, — ты вернула его руку обратно на свою голову — Вдруг мы с тобой сейчас вдвоём крадем чужое счастье. — Милая, прости, но это бред какой-то. По всем законам анатомии… —  Да я знаю. Просто шучу. Хотя мне было бы грустно, если бы это было правдой, — тебе даже думать не хотелось, что Чифую будет относиться так трепетно к кому-то, кроме тебя. — Если бы это было правдой? — после нескольких минут активной мыслительной деятельности он аккуратно убрал твою голову и уложил на диван, а сам подошёл к календарю — У тебя же течка через пару недель? — Да. А что это ты там опять придумываешь, великий стратег? — Да так. Составляю план на победу. Казутора Хамемия Казутору тяжело было прочесть, поэтому ты сейчас терялась в догадках, просто ли так он спрашивает или же нужно готовиться к долгому разговору. Нет, ты не была против — Хамемия не давал повода ему не довериться. Нет, тебе не было страшно — ты была уверена, что он сделает все, чтобы сгладить неприятные ощущения. Причина, если немного покопаться в себе и признаться честно, была нелепая — тебе было неуютно от мысли, что тебя пометят, как вещь. — Т/И, не бойся. Я просто спросил, — Казутора легонько сжал твою ладонь. В ответ на такое искреннее действие ты честно высказала свое мнение на этот счет. Парень задумался, не выпуская твоей руки, а потом за долю секунды усадил на колени лицом к себе. — Можно? — вопрос был аккуратный, и ты как под гипнозом молча кивнула головой. Были мягкие поцелуи, будущие яркие засосы и твои тихие стоны. Он придвинул тебя вплотную одним движением и прошептал: — Ты ни для кого не вещь, и я никогда тебя таковой не считал. Казутора провел языком по бьющейся вене под тонкой кожей, вынуждая вжаться в его торс. В тот же момент ты почувствовала укус у основания шеи. На глазах выступили слезы, но парень умело продолжал свои манипуляции, и боль быстро исчезла под таким натиском. — Видишь, ничего страшного, — он лукаво улыбнулся — Мне продолжить? Хайтани Ран —  Что значит «не хочу»? Девочка, ты знаешь, что это так не работает. — Очень даже работает. Мне не хочется думать, что у меня не остаётся права выбора, даже если метку мне поставишь ты. Вы сидели в маленьком кафе, а за соседним столом девушка демонстрировала подругам свежую рану от чужих зубов. Ты задумалась, что эта участь тебя скорее всего не минует. Могла бы теоретически, если бы твой избранный — Хайтани Ран, контролирующий целый район — не был альфой до мозга костей. Слова сами слетели с губ, даже оглянуться не успела, и он сразу многозначительно убрал телефон и даже отключил звук — верный плохой признак. Ну что сделано то сделано, нужно попробовать донести до него свою мысль. — Я в любом случае это сделаю, зачем ты мне все это сейчас говоришь? — Это моя отчаянная попытка отсрочить приговор. — Ничего не изменится от этой метки. Просто ни один из самых отчаянных долбоебов к тебе не сунется с вероятностью 100%. Видишь, одни плюсы. Ты ещё раз обернулась за стол, где уже перешли к красочным описаниям болевых ощущений. Тебя передернуло. — Ран, солнце ты моё ненаглядное, радость ты моя безграничная, давай хотя бы в следующем году? — Жду до вторника следующей недели. А сейчас пошли, отвезу тебя домой. Приеду вечером, у меня дела, — ты не торопилась никуда ехать, продолжая с мольбой смотреть на парня — Т/И, видит Бог, я никогда не принуждал тебя ни к чему, но твой необоснованный отказ толкает меня на отчаянные меры. — Какие же? — Ран и правда ни разу не давил и не совершал никаких действий морального или физического давления. По отношению к тебе по крайней мере. Он наклонился и с милой улыбкой серийного убийцы пропел: — Прямо сейчас разложить тебя на этом столе и поставить чёртову метку. В твоих же интересах уехать побыстрее. Вдруг к вечеру я успокоюсь и передумаю. Хайтани Риндо Риндо поднимал эту тему несколько раз (иногда за один вечер). Сегодня он спрашивал об этом уже столько, что после пяти не было смысла считать. — Детка, я хочу поставить метку. — Рин, мы с тобой уже это обсуждали. Поставишь, когда я получу диплом. — Два, мать его, года! Так не пойдёт. — А как тебе пойдёт? Я же не отказываюсь в конце концов, просто переношу. — Меня устроит прямо сейчас или через несколько минут максимум. Ты опасалась, что в этот раз его слова перейдут в действия, потому что во всех предыдущих ситуациях в сиреневых глазах не горел такой неотступный огонь. Что же с ним случилось? Риндо был импульсивным молодым человеком и так долго одной идеей обычно не болел. Это, конечно, не мелочь, но цепляло его все равно слишком уж сильно. Риндо имел привычку, которую ты на ранних стадиях ваших отношений воспринимала как попытку лишения твоей свободы. Прошло какое-то время и один серьёзный разговор, когда Хайтани, под действием смертельной для обычных людей дозой алкоголя, признался, что пытается, но не на физическом уровне не может себя остановить. Оправдание было жалким, но очень искренним, и ты, в принципе, в какой-то степени смирилась. Однако в вопросах метки твое смирение покрошилось в пыль. — Сколько тебе нужно времени, если по быстрому? — Риндо уже начинал ощутимо нервничать. — Риндо, я боюсь сейчас с тобой разговаривать. — Значит разговор окончен, — парень накинулся на тебя со всей имеющей у него ловкостью. — Рин, погоди… — Детка, если к кульминационному моменту ты будешь в состоянии соображать, я тебе дам выбрать место в качестве извинения.