Up All Night

Такси медленно останавливается и, на мокрый от недавнего дождя, асфальт ступает двое молодых людей. Прохладный вечерний ветерок нежно ласкает их светлые локоны, когда как за спинами слышится скрежет колес и желтый автомобиль покидает поле их зрения. - Разве Сынмин не должен был встретить нас? Первый тишину между ними нарушает парень помладше, что легко стирает единственную упавшую на его веснушки каплю, говоря своим низким баритоном. - Феликс, здесь не обязательно говорить на английском. - мягко подмечает второй, что еще глядел вслед уехавшей машины и потом переводит взгляд своих неестественно голубых глаз на старого друга, отвечая на заданный ранее вопрос. - Должен был, но в последний момент я сказал ему не делать этого. Под недоуменный взгляд, он медленно двинулся вперед, приглашая рукой следовать за ним и убирает ее за спину, сжимая и разжимая в кулак, по привычке, что всегда выдавала его старые аристократические манеры. - Почему же? - не дождавшись спросил Феликс, пойдя чуть погодя и хмуро сводя брови. - Хотелось не напрягать и позволить нам хоть немного прогуляться. Да ладно тебе, Ликс, разве ты не мечтал о том, чтобы пройти здесь самому и немного понастальгировать? - Я мало что помню о нашем прошлом, Крис, ты ведь знаешь. - младший продолжал хмуро сетовать рядом под тихий смех друга, что позже стих и больше ни сказал и слова. Двое парней вышли из узкой улочки на главную улицу шумного Сеула. Солнце давно скрылось за высокими зданиями и яркий свет рекламных щитов и ярких ветрин сменил его, не позволяя городу погрузиться во тьму ночи. Вокруг снували толпы людей, что спешили по своим делам, не обращая внимание на двух выделяющихся парней. - Чем он отличается от Сиднея? - спросил Ли, медленно повернув голову и смотря на слишком широко улыбающегося блондина, который явно был рад их приезду больше, чем кто-либо и был бы у него хвост, то он явно бы активно им велял. - Своей историей.

***

65 лет тому назад. - Вы думаете, что на этом все? Ваш фальшивый мир спасен? Скрученный людьми в мантиях, мужчина истошно кричал и плевался на идеально чистый мраморный пол. Перед ним восседало четверо на вид молодых парней, с каменными, бледными лицами, в глазах которых читалась мудрость, а может быть и скука, от минувших долгих лет жизни. Все присутствующие, что были по обоим сторонам, в огромном и пустом зале, являлись вампирами, самыми высшими существами в их ночном мире и имеющими власть над судом любого провинившегося, коим и являлся их сегодняшний гость. - Значит ты не чувствуешь вины за содеянное? - прервал вопли преступника ровный голос одного из сидящих. - Чувствую. - один из судей вскинул удивленно бровь. - Вину за то, что не испил как можно больше крови этих жалких людишек, наслаждаясь, как некогда теплая плоть остывает в моих руках. Самый молодой из них несдержанно дернулся вперед, пока не ощутил на себе тяжелый взгляд голубых глаз, что вмиг его успокоил и заставил даже смутиться от своей реакции. Никому не позволено из них чувствовать даже гнев ко всем стоящим перед ними. Какое бы ужасное преступление они не совершили, или же не утверждали в слезах свою невиновность, решение всегда принимали с холодом, отталкиваясь от устоев их мира, созданных прародителями. - Своими действиями ты поставил наше существование под угрозу и исходом тому будет смерть. Владелец того взгляда поднялся, размеренным шагом ступая к виновнику, что начал громко и издевательски смеяться по мере приближения к нему. - Ваши законы такие же гнилые, как и вы сами! Мы можем господствовать, а вместо этого вы заперлись в своих замках, позволяя скоту владеть тем, что по праву принадлежит нам! Это вам нужно подохнуть, плешивые, копия истинных вампиров, что в гробах перевернуться узнав о том дерьме, что вы устроили! - не успокаивался тот, когда перед ним уже остановились и спокойно приняли осиновый кол из рук подошедшей слуги, а когда им же замахнулись, загадочно усмехнулся, поймав взгляд своего судьи, что сейчас безмолвно собирался лишить его вечной и праздной жизни, и тихо добавил: - Встретимся в аду, Бан Кристофер Чан. А после прахом опустился к его ногам.