Заплутавшие во снах

      Открыв глаза, я поняла, что лежу на кровати в своей комнате. Повернула голову и нахмурилась. Рядом с кроватью дремал, откинувшись на спинку стула, незнакомый, как показалось, парень. Лишь через несколько секунд до меня дошло, что этот изможденный, осунувшийся блондин с залегшими под глазами темными кругами — мой главный и любимый кошмар.       — Нùку, — тихо позвала я.       Встрепенувшись, словно сова на ветке, он взглянул на меня и расплылся в фирменной жутковатой улыбке.       — Как ты себя чувствуешь?       — Хорошо. Кажется. Давно я так?       — Третий день, — Гоббс вздохнул и посмотрел на меня с легким укором. — Девчонок напугала до жути.       — Только девчонок? — Лукаво уточнила я.       Маг помрачнел и крепко сжал мою руку.       — Я сам чуть не умер, увидев тебя лежащей на полу, — глухо произнес он после долгой паузы.       Я шмыгнула носом. Как же я все-таки люблю этого несносного брю… тьфу ты, блондина!       — Что у тебя с волосами? — я машинально потянулась к Гоббсу, чтобы дотронуться до пшеничных прядей.       — Да я с тобой вообще поседею скоро.       Я отдернула руку и потупилась. Ник усмехнулся, пересел на кровать и крепко обнял меня.       — Самое страшное, что доводить до седины ты меня будешь еще лет так… — он осекся и неопределенно покрутил рукой в воздухе.       — Четыре года, — прозвучало на удивление твердо. — Закончим учебу, разбежимся и не вспомнишь ты обо мне.       А у самой от этой перспективы внутри все сжалось. Что такое четыре года? Один миг, а дальше? Как жить без вечных шпилек этого несносного парня? Без его объятий? Поцелуев? Без него самого?! В глазах защипало.       — Да ты оптимистка, — весело фыркнул Ник, зарывшись лицом в мои волосы.       Мне вдруг показалось, что эта синеглазая зараза чего-то недоговаривает. Уж больно тон насмешливый.       — Нùку, в чем дело? — насторожилась я.       — Ты о чем? — его удивление было до того искренним, что я ни капли не поверила. — Ни-и-ик?!       Молчание. Кто-то бессовестный и синеглазый упорно прикидывался глухим, вдыхая запах моих волос.       — Гоббс! — рявкнула и отстранилась, теряя терпение.       Парень тяжело вздохнул, сел прямо и спрятал улыбку в ладонях.       — Не повезло мне с женой… нервная какая-то попалась.       С кем-с кем ему не повезло?! Это я?! Это обо мне?!       — То есть замуж ты за меня не хочешь? — по-своему расценил мое молчание муженек недобитый.       Я?! Замуж?! За этого синеглазого ирода с улыбкой маньяка?! Да с удовольствием!       — Ну не знаю, — вздохнула я, старательно сохраняя невозмутимость.— Тут подумать надо.       Ник лукаво взглянул на меня и промурлыкал: — Думай скорее, звездочка. Мы уже два дня как женаты.       Одарив Гоббса сочувственным взглядом, я провела ладонью по его пшеничным волосам. Совсем парень рассудком тронулся от переживаний.       — Перейди на магическое зрение, — усмехнулся Ник, поняв ход моих мыслей.       Перешла. И поняла: как хорошо, что я лежу! Иначе точно рухнула бы.       — Это что?! — ошалело спросила я, глядя на ментальные кандалы на наших с Гоббсом руках.       — Связка жизней, — пожал плечами маг.       — Стой! — я нервно рассмеялась. — Это что же… та самая?! Которая брачный магический обряд?!       Нет, я в общем-то не против, только… Целовать — еще не значит любить. А нормального признания я от него так и не услышала. Разве что тогда, во сне, во время танца. Но это во сне! А в реальности Ник о любви даже не заикался.       — Можно подумать, у меня был выбор, как тебя спасать! — раздраженно буркнул Гоббс, прикрыв глаза.       Ах, вот оно что! То есть это он от безысходности женился на одной умирающей ведьме?!       — Мог бы вообще не спасать, — равнодушно хмыкнула я и отвернулась.       Рядом протяжно вздохнули.       — Не мог, — устало ответил Ник после короткой паузы.       — Почему?       Сердце замерло в ожидании заветных слов.       — Потому что… — ласково и чуть смущенно начал Гоббс, немного помолчал, глядя на меня, и выдал с ехидной улыбкой: — Хочу, чтобы именно ты мотала мне нервы до конца нашей жизни.       Резко захотелось устроить этому «романтику» конец жизни прямо сейчас. Долгий и мучительный. И плевать, что жизнь у нас одна на двоих! Я уже вскинулась на кровати, но тут на счастье Ника в комнату зашла Кэс.       — Гоббс, имей сове… — она осеклась.       Несколько секунд спустя меня стиснули в таких крепких объятиях, что дышать стало трудно.       — Милли, нельзя так долго спать! — всхлипывала рыжуля, прижимаясь ко мне. — Ты мне дерево должна!       Гоббс перевел крайне удивленный взгляд с меня на Кэс и выразительно покрутил пальцем у виска.       — Эй! Мы на одну конфету с верхушки договаривались! — напомнила я, шутливо толкнув подругу в бок — не наглей!       — Дурдом, — закатил глаза Ник, — Кроуфизер, ты хотела Милдред блузку вернуть. Салатовую. На молнии. Сходила бы за ней, а?       — Так она же… — Кэс указала на шкаф и мгновенно отпрянула от меня, будто опомнившись. — Ах да, я ее у Азмата оставила! — сказала она, смущенно коснувшись лба. — Пойду заберу.       — Интересно, на кой Азмату твоя блузка? — усмехнулся Ник, провожая Кэс многозначительным и чуть туманным взглядом.       — Иди отдохни, — сочувственно сказала я.       Ник красноречиво поморщился и махнул рукой. Ну вот что с этим упрямцем делать? Понимая, что спорить бесполезно, подвинулась на край кровати. Гоббс изумленно посмотрел на меня, затем на освободившуюся половину.       — Ложись поспи, все равно ведь не уйдешь, — обреченно вздохнула я и повернулась на бок, лицом к двери.       Отказываться мой спаситель не стал и молча лег рядом, прижав меня к себе. Горячие ладони легли на талию, а я… вздрогнула. Потому как поняла, что на мне совсем не та футболка и брюки, в которых засыпала два дня назад.       — Что не так? — насторожился Гоббс, но руку не убрал.       Кровь мгновенно бросилась в лицо.       — Милли? — в любимом голосе отчетливо слышалась тревога.       Я набрала в легкие побольше воздуха и тут же «сдулась». Как спросить? И как быть, если…       Мой ненаглядный кошмар приподнялся на локте и попытался взглянуть на меня. Чувствуя, что готова провалиться сквозь землю, уткнулась лицом в подушку, ощущая себя страусом.       — Милли, да что с тобой? Ты можешь нормально объяснить?!       — Моя одежда… — пискнула я, понимая, что Ник от усталости уже на грани.       — Что не так с твоей одеждой? — в голосе слышалось явное недовольство.       — Это ты меня…— договорить язык не повернулся.       К счастью, синеглазый кошмар все понял.       — Кэс, — буркнул он, укладываясь обратно. — Выгоняла меня «выпить кофе».       Я хихикнула, представив, как Кэс выгоняет синеглазого беса из комнаты, охаживая его полотенцем. Повезло мне все-таки с подругой!       Ник снова обнял меня и притянул к себе. И тут до меня дошло, почему все это время его руки казались странными.       — Нùку, твои ладони…       — О небеса! Да что опять не так?!       — Они теплые!       — У целителей они всегда такие, — буркнул Ник сонно, — привыкай.       Следующие полчаса я лежала не шевелясь, слушала размеренное сопение Ника и думала. Обо всем, что случилось за последние недели. И понимала только, что я ни о чем не жалею.       Дверь тихонько скрипнула. В комнату заглянула Кэс. Я поднесла палец к губам и улыбнулась. Подруга понимающе кивнула и жестом поманила меня за собой.       Осторожно высвободившись из объятий спящего Ника, я встала с кровати и на цыпочках вышла из комнаты.       Через пять минут мы с рыжулей и Этель пили чай.       — Ой, ладно, пойду-ка я посплю немного, — Кэс нарочито зевнула и скрылась в комнате Этель.       — Она мне вторую ночь спать не дает своим храпом! — пожаловалась Этель. Потом вдруг отставила кружку и виновато взглянула на меня.       — Милдред, прости за все, — смущенно сказала она. — Тот поцелуй с Гоббсом…       — Этель, не надо, — я поморщилась и сделала глоток чая.       — Я сама тогда его поцеловала, — словно не слыша меня, продолжала соседка. — Просто хотела отомстить, думала, что он тобой лишь увлечен… Перед ним я уже извинилась, теперь хочу…       — Этель!       — Не перебивай! В ту ночь поняла, что он правда тебя любит. Если бы меня кто-то так любил, чтобы с того света вытянуть и сутками дежурить у постели…       Однокурсница тихо всхлипнула.       — Найдется и на твою голову такой «принц», — улыбнулась я и крепко обняла соседку. Нет, все-таки она хорошая, только ершистая немного.

***

      Обнаружив меня на кухне, выспавшийся Гоббс хмыкнул, чмокнул меня в макушку и ушел к себе, пообещав зайти вечером. Но ни в семь, ни в десять вечера я его так и не дождалась. На душе начинали скрести кошки.       — На Гоббса это не похоже, — задумчиво протянула Этель, видя как я метаюсь по комнате. — Он странный, да. Но слово всегда держит.       — Думаешь, что-то случилось? — спросила сидевшая рядом Кэс.       Я чувствовала, что еще немного и сойду с ума. Но идти к нему вот так, без повода?       — Милли, а конспекты-то мне твой муженек так и не вернул, — укоризненно сказала Кэс. — Ты бы это… сходила, забрала, что ли.       Ну конечно! Конспекты! Надо срочно их вернуть Кассандре! А то неудобно ведь.       Я пулей кинулась в комнату Гоббса, но на пороге утратила всю решимость. Если он сам не пришел, значит, была причина. А раз так, то… Ах да, Кэс же конспекты нужны. Срочно.       Набравшись смелости, я тихонько постучала в дверь.       — Входи, звездочка, не заперто, — глухо раздалось в ответ.       Я просочилась в комнату и подошла к сидевшему за столом Нику.       — Как ты узнал?       — Только ты стучишься так тихо, что кажется, будто померещилось, — ответил он, не оборачиваясь.       — Не всегда, — хмыкнула я и обняла муженька со спины.       — Ты что-то хотела? — он словно опомнился. — Рана ноет?       — Нùку, ну какая рана? Я уже и думать о ней забыла!       — Тогда что?       Нет, все-таки что-то с ним было не так. Слишком уж хмурый и задумчивый. Врать про конспекты не хотелось. Говорить правду и лезть в душу с расспросами — тоже. Поэтому решила использовать проверенный метод и зарылась пальцами в волосы цвета пшеницы. Несколько мгновений спустя Ник откинулся на спинку стула и блаженно прикрыл глаза.       — Как тебе это удается? — расслаблено спросил он.       — Что именно?       — Возвращать мне покой одними поглаживаниями.       Возвращать покой? То есть что-то все-таки случилось? Но что?       — Гладь, гладь не отвлекайся, — промурлыкал этот синеглазый гладкошерстный «кот».       Вот ведь… зараза котообразная!       — Может, расскажешь, что случилось? — осторожно спросила я.       — Письмо на столе. Прочти, — со вздохом ответил Ник.       Не люблю читать чужие письма. Есть в этом что-то мерзкое. Но раз он сам просит…       Я взяла сложенный вдвое лист бумаги, развернула его и пробежалась взглядом по строчкам. В послании парой скупых фраз сообщалось, что Джонатан Гоббс скончался от сердечного приступа два дня назад.       — Мне жаль…       — Мне тоже, — сквозь зубы процедил Ник. — После всего, что он сделал, это слишком легкая смерть!       — Поедешь проститься? — спросила тихо.       — С убийцей родителей?! С тем, кто искалечил мне жизнь?! — Маг жахнул кулаком по столу так, что я вздрогнула.       — Он твой единственный родственник, — мягко напомнила и провела ладонью по щеке любимого.       — Именно благодаря ему у меня больше и нет родственников! — прошипел Ник. — Но нужные распоряжения насчет похорон я все же дам. Письменно, — выдохнул он, успокаиваясь.       Оставить Ника в таком состоянии я не могла. Поэтому молча села рядом и взяла его за руку.       — Жаль, что раны от дядюшкиного кнута затянулись при всплеске силы, а немагические и вовсе заживают теперь за долю секунды, — грустно изрек он.       — Почему? — удивилась я. — Это же здорово!       — А мне понравилось, как одна Саломея обрабатывала мои раны, — хитро улыбнулся синеглазый ирод и наклонился ко мне.       О небеса! Как же я скучала по этим горячим губам и по сладостным мурашкам по всему телу! Как скучала по размеренному стуку сердца под моими ладонями, по щекотному дыханию и блеску синих глаз! Кэс ждала конспекты месяц. Так что вполне может подождать и еще немного!

***

      Утро выдалось неловким. Ник, одетый в черную футболку и брюки, откровенно веселился, видя как я судорожно пью кофе, принесенный им в постель.       — Ты не мог бы выйти? — смутилась я, натягивая одеяло до подбородка.       — Это еще зачем? — синие глаза лукаво свернули.       — Чтобы я не обратила тебя в жабу!       — Знаю, что принцессы любят расколдовывать прекрасных принцев поцелуем, — задумчиво изрек этот провокатор, — но никогда не слышал, чтобы они сами же и накладывали чары.       — А я не принцесса, — напомнила мстительно, — я ведьма.       — Ты принцесса ведьм, — весело улыбнулся этот романтик. — А я — твой прекрасный принц.       Мне все же удалось выпроводить «его высочество» за дверь. Правда уходил «принц» неохотно и бурчал себе под нос что-то о нелогичности женщин.

***

      Настроение весь день зашкаливало. Нет, быть настолько счастливой все же абсолютно незаконно! Возможно, именно поэтому в огромном цветастом полотне моего счастья все же имелась маленькая, но весьма неприятная прореха, которую нужно было заштопать.       — Может, сходим сегодня куда-нибудь? — предложил Ник после пар.       — Сходим, — кивнула я. — В нашу кафешку.       Синие глаза ревниво сверкнули.       — По поцелуям соскучилась? — ехидно спросил Ник.       — Очень! — не стала скрывать я и с улыбкой добавила: — Но только по твоим.       — Сама напросилась, — с шутливой угрозой проговорил Гоббс, подхватил меня на руки и понес в комнату.       В кафе мы с Ником пришли ближе к вечеру. Бен, скучавший за стойкой, при виде нас покинул «пост» и подошел. Кивком головы поприветствовав Гоббса, парень обернулся ко мне.       — Мы можем поговорить наедине?       Занятно. Получается Бену тоже есть, что мне сказать? Что ж, послушаем. Я кивнула. Ник, видя это, выпустил мою руку и с самым безразличным видом отошел в сторону.       — Мил, я… — Бен осекся. — Я много думал с той ночи. Ты замечательная девушка, веселая, интересная, добрая, но… Ты ведьма. Я никогда не смог бы смириться с твоим даром.       Это что же, от меня окончательно отступаются? Какое счастье! Я мысленно выдохнула.       — Но знай, что у тебя есть друг, который всегда поможет.       — Я знаю, Бен, — растроганно хлюпнула носом. — Спасибо тебе.       — Позволишь обнять тебя? — робко спросил он.       Я не смогла отказать.       Едва парень заключил меня в объятия, я кожей ощутила на себе взгляд Ника. Через несколько секунд объятия разжались.       — Гоббс! — От оклика Бена замеревшее в стороне синеглазое изваяние ожило и двинулось к нам. — Береги Милли. Она у тебя золото, — серьезно сказал мой напарник и протянул Нику ладонь.       Синеглазый кошмар на мгновение остолбенел, а потом крепко ответил на рукопожатие. Я в очередной раз выдохнула.       — Знаешь, кое в чем парнишка прав, — хмыкнул Ник, когда мы уселись за столик.       — Да? — я картинно заломила бровь. — И в чем же?       — Ты мое золото, Милли, — муженек взял мою руку и поднес к губам. — Осеннее золото, которое я бесконечно люблю!

END