О прелестях учёбы в ПТУ

      - И чтобы мы тебя больше не видели рядом с ней, понял, задрот?       Один из гоповатого вида пацанов издал какой-то хриплый звук. Парень, что ничком лежал на асфальте, слишком поздно понял, что в него плюют. Отвернуться он, естественно, не успел, и чужая харча попала ему прямо на щёку, противная и склизкая.       Компания парней, что наблюдала за действиями своего главаря, глумливо рассмеялась, и вскоре они ушли, оставив свою жертву валяться на земле.       Удостоверившись, что его оставили в покое, Марат облегчённо вздохнул и опустил голову на асфальт. Слюна с щеки от смены положения стала стекать дальше, и парень поспешил утереть её рукавом своей жёлтой пайты.       Заебало.       Если кто-то хоть слово скажет ему о том, как тяжело ему даётся начало недели, Марат долбанёт этого пидора по яйцам. Каждый понедельник его стабильно шпыняла компания одних и тех же гопников, и, судя по всему, останавливаться не собиралась.       Каждый раз у них находился всё более дурацкий повод попустить парня. Сегодня вот выяснилось, что главарь банды положил глаз на Дианку, с которой Марат пару раз пересекался на дополнительных занятиях по алгебре для конченых идиотов, не способных и квадратного уравнения решить.       Дианка и правда была бабой симпатичной. Она хотела стать моделью, курила новомодные электронные сигареты и никому не давала заглядывать под коротенькую юбочку. Такой пацан, как Марат, ни на что рассчитывать и близко не мог. Тем более что при любом её появлении неподалёку он начинал вести себя, как тот самый вышеупомянутый конченый идиот.       Максимум Марата – это подрочить на желанную Дианку, мысленно раздевая её с и без того откровенных фоток в инсте.       Но гопоту это мало интересовало, вот парню с самого утра и прилетело несколько ударов в живот да унизительный плевок в лицо. Спасибо, хоть в этот раз без ножа обошлись – у этих придурков он был, Марат точно знал.       Ему бы держаться подальше от этих чертей. Перевестись в другое учебное учреждение, раз уж в этом его так гнобят и опускают. И он перевёлся бы, если бы не был тупым, как сибирский валенок.       Безнадёжный настолько, что даже в эту обшарпанную путягу кое-как поступил. Спасибо, хоть хватило мозгов уйти после девятого класса и не позориться при тщетных попытках сдать ЕГЭ – всё равно бы ничего не вышло. В математике он не то, что ноль, там оценка давно ушла в отрицательные числа. Да и с русским языком всегда было не очень, хотя парень честно старался его хоть как-то подтянуть.       Вот так и жил Марат Смирнов: в свои семнадцать лет шарахался от отбитой гопоты, которой в его ПТУ была добрая половина; мечтал откосить от армии и свалить из этого сраного Залупинска в какой-нибудь нормальный город.       А ещё идеальней – свалить заодно и из России.

***

      - Брательник, опять отпиздили?       В голосе Светы Смирновой не было ни намёка на сочувствие. Сестра ухмылялась, щёлкая каналы на телеке, и удостоила брата только быстрым скептическим взглядом.       - Пошла ты. – заключил Марат, бросая рюкзак куда-то в угол комнаты.       Пока родители не дома, можно было и от души обматерить Светку, не опасаясь того, что мать отвесит леща, а отец начнёт возмущаться. Воистину прекрасные моменты семейного единения.       Сестра, как ни странно, не обиделась, наоборот, только сильнее ухмыльнулась.       - Да ладно тебе, - заключила она. – Купи себе уже перцовый баллончик. Или тональник, а то вечно рожа разукрашенная.       - Я не баба, - буркнул парень. – Сам разберусь.       Света хотела что-то сказать, но промолчала, наткнувшись, наконец, на своё дебильное ток-шоу, в которое залипала каждый день после универа.       - Тогда запишись на карате или курсы самообороны, - рассеянно посоветовала она, делая звук телека громче. – А то и правда как баба.       Марат выругался, но продолжать словесную перепалку не стал. Она могла длиться до посинения, а у парня были другие дела.       Сегодня была его очередь идти к деду.       Вообще, они со Светой раньше тянули жребий, кто пойдёт проверять, не сдох ли старый пидорас за последнюю неделю. Но Марату хватило мозгов раскусить тактику сестры и понять, что она жульничает, поэтому путём переговоров они составили своеобразный график дежурств.       Ещё одна причина, почему парень ненавидел начало недели. Каждый грёбаный понедельник ему нужно было собирать в рюкзак специально приготовленную матерью еду, постиранные вещи и набор продуктов и лекарств, и топать со всем этим в другой район к своему «любимому» родственнику.       Удовольствие на троечку. Из ста. Мало того, что карманные деньги на автобус приходилось тратить, так ещё и от матери выслушивать, что мало времени с дедом проводит.       Как ей объяснить, что Марату не до того? Ему быть хоть чему-то в этой жизни научиться, чтобы из путяги не вылететь и после её окончания найти нормальную работу. Как в этом могло помочь общение с неадекватными родственниками?       Парень не знал. И в этот раз решил заскочить к деду пораньше, чтобы оставить свободным вечер. Забежав в свою комнату, он хватил со стула первую попавшуюся толстовку и переодел грязную обхарканную пайту. Может, и правда перцовый баллончик прикупить?       Стоило подумать над этим, Света иногда выдавала неплохие идеи.       - Уже уходишь? – уточнила зачем-то сестра, когда парень уже собрал рюкзак с вещами для деда и стоял на пороге, обуваясь.       - Пораньше отделаюсь от старпёра. – пояснил Марат.       - Зря ты так, - осуждающе покачала головой Светка. – Деда любит, когда его навещают. И рассказывает прикольные истории. С ним бывает и весело.       - Да? – скептически ухмыльнулся парень. – Тогда сама к нему сходи.       Девушка моментально скривилась.       - Пиздуй уже.       В этот раз Марат решил пройтись пешком. Идти было минут тридцать, зато не придётся торчать в автобусе с колоритными алкашами и тучными дамами. А так, если смотреть в пол и воткнуть наушники, можно и забыть, в какой жопе мира живёшь. Что вокруг одинаковые серые многоэтажки, в одной из которых проживало и семейство Смирновых. Что в подворотнях сплошные торчки и алкаши. Что всё вокруг тошнотворно-блеклое и неинтересное, и что ничего хорошего в этом городе с Маратом не произойдёт.       Его буквально душила мысль о том, что он может навсегда остаться здесь. Закончить ПТУ с парой троек в аттестате, пойти в армию, вернуться и найти заурядную работу. Жениться – не на ком-то типа Дианки, на ком-то попроще. Нарожать детей и спиться годам к сорока.       Так не хотелось. Но пока что всё вело к такому исходу событий.       Светке было легче: она была умнее. Ей проще давались школьные предметы, она без труда сдала ЕГЭ и поступила на бюджет в университет. Собиралась стать врачом, как мама. Правда, мать была ветеринаром, а Свете предстояло лечить людей. Хотя для Марата это была одна фигня.       Он бы так не смог. А на оплату обучения денег в семье не было – работала только мать. Отец старательно делал вид, что ищет своё призвание. Искал он его настолько тщательно, что вот уже лет десять нигде и дня не проработал.       Весёлая у Марата жизнь, однако. Единственное, что у него более-менее получалось – это делать что-то своими руками. Чинить, паять, собирать. Он понимал принцип работы разной техники, этим и хотел заниматься. Может быть, открыть свой сервис по ремонту?       Видно будет.       А пока что он плёлся по своему остоебавшему городу и матерился себе под нос, обходя лужи. Вот за что ему такое наказание? Почему он родился именно в России?       Подумать над этим вопросом ему так и не удалось: он свернул на неприметную улочку, чтобы сократить свой путь, и, глядя себе под ноги, натолкнулся на что-то.       - Э, бля!       На кого-то.       Чёрт, понедельник с каждой минутой становился всё лучше и лучше.       Марат вытащил наушники и медленно поднял взгляд на нечто, что отдалённо напоминало человека. Пьяная субстанция шаталась из стороны в сторону, мычала и отчаянно пыталась собрать глаза в кучку, чтобы смерить парня недовольным взглядом.       Самое хуёвое, что позади этой вусмерть пьяной туши стояло ещё два ужравшихся мужика, что на агрессивный клич своего сородича мигом оживились и подошли ближе.       - Простите, - Марат выбрал тактику вежливости. Ему неприятности были не нужны, хотелось только поскорее продолжить свой путь. – Я Вас не заметил.       - Э, бля! – многозначительно повторил мужик. – Ты чё н-на…       Он опасно пошатнулся, и Марат на всякий случай отступил на шаг. Лишь сейчас он понял причину столь явного недовольства алкаша – между ним и парнем по асфальту растекалась пенящаяся лужица. Парень, столкнувшись с мужиком, пролил его пиво.       - Ты, н-на, бессмертный? – кажется, друзья мужика были потрезвее, потому что один из них довольно резво подскочил к парню, обдавая его зловонием перегара.       - П-простите, - заикнувшись, пробормотал Марат. Предчувствие ему подсказывало, что ничего хорошего ему эта встреча не сулила. – Я куплю Вам новое, ладно?       Мужик, чьё пиво парень пролил, издал какой-то гортанный звук. Судя по взглядам его товарищей, что наседали на Марата, это означало «нет».       - Всё, н-на, - один из алкашей вынул из кармана что-то, подозрительно напоминающее нож. – Рюкзак давай.       Приплыли. Если парень отдаст им рюкзак, мама и дед его живьём сожрут. Где же Марат так сильно провинился, что теперь на него свалились все неприятности этого мира?       - Там ничего нет, - предпринял Смирнов отчаянную попытку оправдаться. – Честно, я иду со школы…       - П-пиздит. – угадал парень фразу второго алкаша в наборе нечленораздельных звуков.       - Я правду говорю! – воскликнул Марат, отступая. – Оставьте меня в покое!       - Давай-ка посмотрим, что там у тебя… - нож опасно сверкнул на свету, и Смирнов крепко зажмурился, чтобы не видеть этой картины.       Он купит перцовый баллончик при первой же удобной возможности.       Если его тут не прирежут.       - Да какого ж хуя… - услышал парень откуда-то сбоку, и вздохнул тяжело и скорбно.       В полку алкашей прибыло.       По одному только хриплому голосу и смачной отрыжке Смирнов понял, что это был его дед.       - Где моя зажигалка, ебись оно… - бормотал мужчина, шарясь у себя по карманам. Наконец, он заметил людей, что были в подворотне. – О, мужики! Прикурить не найдётся?       Он снова рыгнул. Его взгляд скользнул по всем троим алкашам, по ножу, и лишь потом сосредоточился на Марате. С полминуты дед, щурясь, пялился на парня, а потом на его лице мучительно медленно стало проступать узнавание.       - О, малой! И ты тут! Друзья твои?       Марат снова мученически вздохнул. Ага, блять. Друзья. Лучшие.       - Шёл бы ты, мужик, - один из алкашей показательно крутанул ножом. – Мы тут заняты немного.       Дед шатнулся куда-то в сторону. Старый пердун, он же тоже в слюни! Парень готов был от злости закричать, но это явно не лучшая идея, когда на тебя наставляют нож.       Поэтому он ещё чуть отступил в надежде, что такими полушажочками он сможет медленно свалить.       Его дед, между тем, не унимался. Скептически прищурился на нож алкаша, снова многозначительно рыгнул и выдал:       - Малой, че им надо-то?       - Рюкзак, - севшим голосом поделился Марат. – С твоей едой.       Последняя фраза должна была подстегнуть деда вступиться за парня, проявить суперспособность любого алкаша – найти общий язык с другим нажравшимся человеком.       План, кажется, сработал. Услышав про то, что кто-то покушается на его еду, дед напыжился и даже сделал несколько уверенных шагов вперёд.       - Давай его сюда. – требовательно попросил он, и Марат неуверенно протянул родственнику рюкзак. – Не боись, малой. Сейчас разберёмся.

***

      Роман Санжеев был тем самым стереотипным родственником, который на семейное застолье приходил уже бухой, и большую часть вечера дрых в соседней комнате, изредка просыпаясь и требуя водки.       Проблема была в том, что отсыпался дед, как правило, в комнате Марата, что обеспечивало ему непередаваемые ароматы и кучу охуительных пьяных историй, когда Роман просыпался.       Насколько парень помнил, дед раньше работал в каком-то исследовательском институте, пока его оттуда в девяностые не попёрли за то, что он приставал к аспиранткам. С женой он развёлся почти сразу после рождения дочери, и возобновил общение с ней уже после рождения Светы.       Дед никогда не отличался хорошими качествами. По рассказам мамы, он был очень умным человеком. Возможно, так и было, но трезвым увидеть деда Рому было редким везением, да и в эти моменты он не отличался добродушием. Именно он научил пятилетнего Марата материться, за что они оба потом огребли от матери. Он наливал восьмилетнему внуку коньяк, когда тот приходил домой с разбитыми коленками, в качестве «анестезии». Он стравливал их со Светкой и принимал ставки у алкашей во дворе на то, кто из них победит в драке.       Чего хорошего от него можно было ожидать?       Об этом Марат и думал, пока его пиздили ногами алкаши.       Дед, получив рюкзак, благополучно съебался. Справедливости ради, далеко он не дошёл – блеванул у ближайшего мусорного бака, да там сидеть и остался, издавая какие-то нечленораздельные звуки.       Марат его ненавидел всем сердцем.       - Хуй с ними, мужики! – заключил самый трезвый из алкашей, когда парень захрипел от боли в рёбрах. – Идём отсюда!       Они действительно ушли, оставив Смирнова валяться на земле, как с утра оставили его гоповатые пацаны. Парень смачно выругался и попытался сесть. Ебучие понедельники. С каждым разом всё лучше и лучше.       - Малой, они ушли? – послышался откуда-то сбоку голос деды Ромы. – Пронесло. Я думал, захотят рюкзак забрать.       Дед довольно резво вскочил с места и направился в сторону Марата. Парень на секунду зажмурился, чтобы унять всколыхнувшуюся в нём ярость. Блядский хитрожопый алкаш. Он подставил парня по полной программе, а сам такой бодренький!       - Вставай давай, чего разлёгся? – спросил Роман, словно парня только что не били ногами три мужика. – Марат, я жрать хочу, идём уже!       Дед рыгнул, и парень неохотно принялся подниматься, со всех сил сдерживаясь, чтобы не уебать родственнику.       - Какого хера это было, Рома? – поинтересовался Смирнов у своего деда, когда смог более-менее выровняться.       Они со Светой называли дедушку по имени и на «ты», потому что тот давно по пьяни запретил звать себя как-то иначе. Получалось, что у Марата с сестрой был, по сути, свой кореш-алкоголик, который мог заснуть посреди парка с голой задницей. Одно радовало – всегда можно было откреститься от этой туши и свалить к хуям в закат.       Дед утёр потёкшую изо рта слюну рукавом халата. Марат и сам толком не знал почему, но Рома практически всегда ходил в нём, хотя давно уже не работал в институте. Мама тоже ответа на этот вопрос не знала, и лишь плечами пожимала.       Просто ещё одна причина ебанутости деда.       - Я т-тебя спасал, мелкий! – в искреннем возмущении воскликнул дед. – Они же р-рггх-рюкзак забрать хотели!       - Спасать – это вступиться, а не сваливать, Рома! – голос Марата стал значительно выше, и теперь его осуждающие крики скорее напоминали визги обиженной девчонки.       Дед, судя по всему, тоже так считал. Махнул на внука рукой и пошёл вперёд, матерясь себе под нос и пошатываясь.       Марат, сцепив зубы, последовал за ним.       - Ты слишком впечатлительный, мелкий, - заключил Рома, когда они подошли к его подъезду. – Ко всему надо относиться проще, и люди к тебе потянутся.       Парень едва сдерживался, чтобы не уебать собственному деду. Как он всегда умудрялся быть таким мудаком?       До квартиры они добрались молча. Эту двушку деду выделили ещё во времена его работы в институте, так он и остался в ней жить. Пару лет назад Рома предпринимал попытки оккупировать территорию квартиры Смирновых, но после пары попоек, нескольких отключений электроэнергии из-за скачка напряжения, устроенных дедом, и его неудачных экспериментов, от которых пострадали новые обои и линолеум, горе-учёный вернулся в свою обитель.       Тут всегда было на удивление чисто, но совковый интерьер портил всё впечатление. Все полы были устелены коврами, один даже висел на стене над диваном (Марат подозревал, что он прикрывал дедовскую нычку с алкоголем на «чёрный день»). В гостиной стоял на удивление современный телевизор, правда со странной приставкой. Парень телек у деда не смотрел, и подозревал, что ничего нормального с такой приставкой глянуть и не получилось бы. На кухне с потрескавшейся розовой плиткой, облепившей все стены, всегда было шаром покати. Дед, похоже, в интервалах между посещениями Светы и Марата, питался только Святым Духом и алкоголем.       В одной комнате у Ромы были свои научные штуки и оборудование, которое он спиздил из института перед уходом. Насколько Марат знал, дед и сейчас что-то вечно исследовал, конструировал и собирал. Он пытался обсудить это с родственником, как потенциальную общую тему, но тот от внука всегда лишь отмахивался.       У Марата всегда было клеймо «тупой» в собственной семье.       - Заходи давай, - гостеприимно махнул рукой дед. – Чай хочешь?       Парень неуверенно кивнул, скидывая кроссовки, и прошёл за Ромой на кухню. Тот гордо водрузил рюкзак с продуктами на стол и принялся вытаскивать оттуда контейнеры с едой.       Довольно рыгнув, он указал внуку на стул с шатающейся спинкой, а сам принялся открывать ящики столешниц в поисках чая.       - Так, - озадаченно протянул он. – Чая у меня нет…       Кто бы сомневался. У Ромы вряд ли в доме есть хоть какая-нибудь жидкость, в которой содержание алкоголя меньше двадцати-тридцати градусов.       - Есть цикорий, - продолжил тем временем дед, выуживая на свет потрёпанную коробочку. Сколько же она пролежала в ящике? – Мать твоя передавала. Говорят, для печени хорошо.       - Тебе нужнее. - пробормотал Смирнов, ковыряя пальцем стол.       - Чего говоришь?       - Говорю, сойдёт, - поспешно поправился парень. Дед у него был обидчивый. – Заваривай.       Рома довольно закряхтел и принялся ставить на плиту чайник. Марат наблюдал за тем, как он возится с контейнерами и микроволновкой, стараясь запихнуть в неё всю еду одновременно. Помогать родственнику он и не думал.       - Ты бы переоделся, Марат, - покосился на него Санжеев. – А то сидишь, как бомж.       Парень покраснел и чуть не выпалил что-то обидное в ответ. Кто бы говорил! У самого халат весь в пятнах непонятных, давно уже серый, а не белый, да ещё и порванный в нескольких местах!       - Мне не во что. – поморщившись, буркнул Смирнов, отказавшись от замечаний по поводу внешнего вида родственника.       - Так возьми что-нибудь из шкафа! – как тупому, пояснил ему дед. – Давай побыстрее, а то смотреть на тебя прям противно!       - Иди ты. – не выдержал Марат, но со стула встал и всё-таки пошёл к шкафу, чтобы найти себе другую одежду.       В спальне деда шкаф почему-то был закрыт на замок. Парень подёргал ржавую ручку, но дверца не поддавалась.       - У тебя там Нарния, что ли? – закричал Марат, чтобы дед на кухне услышал.       - Тебе лучше не знать! – последовал ответ, и парень решил от греха подальше убраться из спальни Ромы.       За его спиной в шкафу что-то подозрительно зашуршало.       В другой комнате на столе была навалена куча всяких приборов, о назначении которых Марат мог догадываться лишь смутно. Он помнил, что пару раз Рома презентовал ему свои «изобретения». Прикольно, конечно, но выглядел дед при этом, как безумный гений.       Невольно взгляд парня задержался на каком-то приборе. Дед клепал свои изобретения в прямом смысле из говна и палок, так что с первого раза Марат не смог определить, для чего эта хрень вообще может быть полезна.       Со второго тоже.       - О, мелкий, залип? – в дверном проёме появился Рома, протягивая ему чашку с горячим напитком внутри, по виду напоминающим кофе.       Парень отпил немного в надежде, что и на вкус будет так же, но лишь разочарованно скривился. Как жжёный сахар. Или того хуже.       - Что это? – осматриваясь, куда бы поставить кружку с ужасной бурдой, поинтересовался Смирнов.       При этом он показал на ту самую хреновину, назначение которой так и не смог понять.       - Это? – Рома самодовольно усмехнулся. – Это, малой, моё лучшее изобретение.       Он взял прибор в руки. По внешнему виду он напоминал пистолет, только без дула и какой-то приплюснутый. Сверху у него была приделана странная колбочка, которая испускала едва заметное зеленоватое свечение.       - Выглядит странно, - заметил Марат. – Это какой-то лазер или типа того?       Ещё один взгляд, говорящий о том, что парень – идиот. Рома вздохнул и даже как-то неохотно выдал:.       - Это портальная пушка.       Очевидно, он ожидал восторга. Может, оваций. Восхищённых криков Марата, дальнейших расспросов. А получил дикий смех внука. Парень смеялся так, что даже пополам согнулся, не в силах остановился.       Он, конечно, понимал, что его дед и белочка – лучшие друзья и собутыльники, но не до такой же степени! Портальная пушка! Ещё бы сказал, что у него есть гараж, в котором припаркован космолёт, собранный из мусора!       - Хули ты ржёшь, дебил? – зло буркнул Рома.       Отсмеявшись, Марат глубоко вдохнул, чтобы успокоиться и ответить деду серьёзно.       - Ты уж прости, - парень постарался, чтобы это прозвучало искренне. – Но херни абсурднее я в жизни не слышал.       Лицо деда вытянулось, он скривился и даже ногой топнул от возмущения.       - Чего вякнул? – рявкнул он. – У тебя мозг настолько маленький, что ты не можешь понять мою гениальность?       Марат на это только прыснул, чем вызвал ещё больший гнев дедушки.       - Ну всё, блять, ты огребаешь! – он нажал какую-то кнопку на «портальной пушке» и навёл её на пол под ногами парня. – Отправлю тебя в мир огромных задниц! Вы с ними подружитесь!       Парень даже чуть испугался такого решительного настроя Ромы, и, когда в приборе что-то пикнуло, невольно отступил. Колбочка в «пушке» засветилась чуть ярче, устройство загудело, запищало, и…       Нихуя не произошло.       Секунда – и Марат снова ржал, как ненормальный, а дед озадаченно моргал, глядя на своё изобретение.       - С утра ещё работало… - пробормотал он растерянно.       - Конечно! – согласно закивал парень. – Попробуй в следующий раз пить цикорий, когда изобретаешь – может, хоть что-то не сломается!

***

      Неделя пролетела незаметно. В ПТУ всё было по-прежнему, только Дианка поглядывала как-то сочувствующе. Парень держался от неё подальше: ему не нужен был лишний повод для того, чтобы быть избитым.       Выходные Марат убил на просмотр какого-то дебильного сериала со Светой – та уверяла, что они смотрят «шедевр российского кинематографа». Парня наличие актёра, которого он видел в главной роли каждого второго фильма, весьма удручало, о чём он не преминул сказать сестре, которая лишь шипела на его едкие комментарии. Чуть не разругавшись в пух и прах, они остались каждый при своём мнении и решили, что в следующий раз просто поиграют в какую-нибудь игру.       Рома, к большому удивлению парня, не настучал матери, что слегка повздорил с внуком. За это Марат был ему благодарен, хотя всё ещё злился на то, что родственник бросил его на растерзание алкашам.       Тем не менее, наступил новый понедельник, а значит – новый поход к деду.       Но перед этим…       - Э, задрот!       Ну блять.       Марат искренне надеялся, что гопота пропустит хотя бы одно избиение, но не судьба. Пацаны стояли на прежнем месте, у курилки, мимо которой в здание училища было никак не проскользнуть.       Парень, вздрогнув, ускорился в надежде, что гоняться по двору путяги за ним никто не будет, но не тут-то было. Кто-то резко схватил Марата за капюшон пайты и дёрнул назад, отчего Смирнов захрипел, беспомощно вцепившись в руку нападавшего.       - Куда собрался?       А он, как назло, баллончик не купил.       Обречённо вздохнув, Марат опустил глаза в пол. Этим обезьянам в глаза лучше не смотреть – так они ещё больше злились. Будь его воля, он бы сразу свернулся калачиком на земле, защищая лицо и живот, но куда же без показательной части?       - Ты че, язык проглотил?       Марат молчал. Что бы он сейчас не сказал, в конечном итоге всё сведётся к одному. Поэтому он внимательно изучал свои кеды в надежде, что сегодня пацаны обойдутся парой пинков.       Но те так не думали.       - Как же ты меня бесишь, задрот, - буркнул тот гопник, что держал Марата за шиворот. – Так сильно…       В доказательство его стали приподнимать вверх за капюшон, отчего в глазах потемнело и парень снова захрипел. Кажется, в этот раз хулиганы не рассчитали силы, потому что опускать парня вниз никто не собирался. Он хватал ртом воздух, не в силах вдохнуть, и в отчаянной попытке освободиться замахал руками и ногами.       Кажется, попал. Его резко отпустили и он полетел на землю, тут же принимаясь усердно дышать, держась за передавленное горло. Опомнился он лишь некоторое время спустя, поднял взгляд на обидчиков и похолодел.       Кажись, ему пиздец.       Один из парней смотрел на него с такой безумной яростью в глазах, что Марат не выдержал его взгляда дольше трёх секунд. Опустив глаза ниже, Смирнов сглотнул внезапно образовавшийся в горле ком – на кофте гопника в районе живота красовался чёткий отпечаток подошвы Марата.       За такое его не просто отпиздят. Его закопают под ближайшим забором, предварительно обоссав.       - Всё, допрыгался. – в подтверждение догадок Марата сказал тот самый гопник.       Он сделал шаг по направлению к парню, затем ещё. Марат и шелохнуться не мог от страха, лишь смотрел и слушал бешено колотящееся сердце.       Кажется, сегодня его безумный дед останется без ужина.       Или…       Марат не понял, что произошло. В один момент гопник заносил ногу, чтобы как следует ударить Смирнова по лицу, а в другой…       Две резких зелёных вспышки. Одна за одной, ослепительно яркие. И гопника след простыл. Вот он стоял прямо над Маратом, а вот перед парнем пустое пространство, да ещё трое хулиганов с выражение полного шока на лицах.       - Счастливо путешествия в жопный мир, сученька! – послышалось откуда-то сбоку, и Марат медленно повернулся на голос. – Ну и кому теперь надо пить цикорий?       Дед с внуком встретились взглядами. В руках у Ромы была та самая «портальная пушка», только колбочка светилась куда ярче, чем в прошлый раз.       Его родственник что-то сделал с гопником? Куда он его дел?       - А ты… что тут делаешь? – удивлённо поинтересовался Рома спустя минуту неловкого молчания.       - Сижу. – просипел Марат, поёрзав задницей по асфальту.       Дед посмотрел на своё изобретение, затем снова на внука, потом опять на «пушку»…       - А… - протянул он. – Кого я… в жопный мир?..       - Пацана, что собирался меня отпиздить. – спокойно сообщил Марат.       - Вот как, - заключил дед. – Вернуть его?       - Не стоит. – в тон ему ответил парень.       Он потом поинтересуется у Ромы, какого ж хуя только что произошло. Его дед что, изобрёл что-то работающее? Что-то гениальное?       Три оставшихся хулигана, кажется, отмерли, потому что с достаточно угрожающим видом пошли в сторону Ромы и Марата.       - Э, задрот, че это произошло? Где Вовчик? – спросил один.       - Дед, это ты нахимичил? – поинтересовался второй.       - Вы че, на? – многозначительно подытожил третий.       - Рома, эта штука реально работает? – поинтересовался Марат, на карачках отползая от надвигающейся угрозы.       - Ты в глаза долбишься, малой? – рыкнул дед. – Работает конечно!       - Так сделай что-нибудь!       Санжеев кивнул и направил пушку под ноги троих гопников, как совсем недавно делал в своей квартире с Маратом. Нажал на кнопку. Прибор запищал, затарахтел, колбочка засветилась, и… опять нихуя не произошло.       - Ты издеваешься?! – завопил Марат.       - Это из-за тебя! – огрызнулся дед. – Ты её обосрал, вот она при тебе и не хочет!       - Ахуенное оправдание того, что у тебя ни одно изобретение без сбоев не работает!       Рома смерил Марата уничижительным взглядом и принялся постукивать свою пушку в надежде, что та заработает. Парня в этот момент уже приподнял за грудки над землёй один из хулиганов. Остальные направлялись в сторону Ромы.       У всех троих в руках было по ножу.       - Работай давай! – кричал дед, встряхивая прибор. Колбочка хаотично светилась то ярче, то слабее, но ничего не происходило. – А, в пизду!       С этими словами дед выхватил что-то из-за пазухи и направил в сторону оставшейся гопоты. Те на секунду замерли, а потом упали рожами вниз, даже не пытаясь подставить руки или сгруппироваться при падении. Признаков жизни они не подавали.       - Какого… - только и успел пробормотать державший Марата хулиган, прежде чем закатить глаза и отправиться вслед за товарищами.       Смирнов едва успел отскочить, чтобы гопник не упал прямо на него, и пораженно охнул. Рома же облегчённо выдохнул и спрятал какое-то свое изобретение обратно за пазуху.       - Что ты с ними сделал? – поинтересовался парень.       - Оглушил. – поделился Рома. – Специальным звуком. Не боись, жить будут.       Марат особо и не переживал, но уточнять не стал.       - Ух ты, - заключил он. – У тебя есть работающие изобретения.       - Все мои изобретения работают, сволочь мелкая! – ощетинился Рома. – И вообще…       - Это было «спасибо». – пояснил Марат.       Выражение лица деда комично быстро сменилось со злого на озадаченное.       - О, - протянул он. – Не за что?       Парень усмехнулся и покосился на задние ПТУ. Казалось, никто и не заметил этой потасовки. Может, оно и к лучшему.       Всё-таки, трое студентов валяются рожами в пол и едва дышат, а четвёртый вообще…       - Жопный мир? – поинтересовался Марат.       Рома покосился на своё изобретение, что всё ещё держал в руках. Затем на внука. С минуту он молчал, словно принимал какое-то сложное решение. Затем выругался, одёрнул халат и громко поинтересовался: - Как насчёт прогулять шарагу?

***

      - Ты уверен, что эта хрень работает? – скептически уточнил Марат, глядя, как дед ввинчивает последний шуруп в новый корпус портальной пушки. Теперь она выглядела куда лучше, Санжеев использовал какой-то другой материал и что-то похимичил со светящейся колбой.       - Мелкий, я тебе два часа распинался, как это должно работать и почему не работало, - уставшим голосом протянул Рома и помассировал пальцами переносицу. – Ты не понял?       Марат понял. Просто устройство этого инструмента было настолько сложным и одновременно простым, что он только диву давался.       Дед расценил его молчание как сомнение.       - Если что, у меня всегда есть супероружие. - нехотя поделился он и достал из ящика стола синюю изоленту.       Марат против воли прыснул. Кажется, Светка было права – с дедом и правда могло быть интересно.       - И что будем делать? – поинтересовался парень. – Эта штука может отправить нас куда угодно?       - Даже в параллельные миры, - поделился Рома.       - Куда-куда? – прыснул Марат, скрывая за этим свою нервозность.       - К тем версиям меня и тебя, что живут, например, в Америке.       - Правда? – охнул парень. Он мечтал бы жить в США, и уговорить деда посетить свою альтернативную версию, что была там, теперь стало его мечтой.       - Не, к пиндосам я не полечу, и не мечтай. – покачал головой Рома, завидев мечтательное выражение лица внука, и отпил из бутылки пива, что стояла на столе.       Марат сник.       - Давай для начала куда-нибудь попроще, - заключил дед. – В конце концов, у нас будет ещё много времени. Типа Рома и Марат на веки вечные, вся хуйня.       Парень хотел, было, вставить свои пять копеек, покраснев, но не успел. Дед уже открыл портал. Тот был ярко-зелёного цвета, и с той стороны из него как будто даже доносился какой-то жужжащий звук…       - Ой, ёб твою… - протянул Рома, меняясь в лице и мигом закрывая портал.       Он принялся тыкать какие-то кнопочки на панели в корпусе портальной пушки.       - Кажется, я отправил твоего друга не в жопный мир, а в мир бензопил… - протянул он.       - Ты шутишь? – воскликнул парень, которого тут же бросило в холодный пот. Выражение лица деда говорило о том, что он серьёзно. – Блять, а если бы ты не ошибся и отправил туда меня?       Дед пожал плечами. Марат, ругаясь, отвернулся от родственника. Он не увидел, как Рома, перенастраивая портальную пушку, довольно улыбается. Санжеев не ошибся, отправляя именно гопника именно в мир бензопил. Он так изначально и планировал.       Потому что внучка тоже ходила к нему в гости, и в последний раз обмолвилась о том, что каждый понедельник перед учёбой Марата пиздят.       Что для внука - череда совпадений, то для деда - продуманный план.

***

      Марат крепко спал в своей комнате, как вдруг его даже сквозь закрытые веки ослепила зелёная вспышка. Парень вскрикнул и вскочил в кровати. Спросонья он не сразу понял, что происходит. Осознал только, когда из темноты кто-то рыгнул.       - Рома? – протянул Смирнов, сонно потягиваясь. – Ты какого хуя тут забыл?       Парень покосился на электронные часы. Три ночи. Заебись.       - Мне завтра на учебу, я спать хочу!       Лицо деда появилось из темноты внезапно, и очень близко к лицу Марата. Парня обдало незабываемым запахом перегара, и лишь когда Рома рыгнул ему прямо в лицо, он окончательно убедился, что дед пьян.       - Мелкий, - протянул Санжеев, опасно пошатываясь. – Т-ты в Бога веришь?       - Ты че несёшь, Ром? – Марат начинал злиться. – Вали отсыпаться, алкоголик старый!       Дед протестующе замычал и так сильно качнул головой, что пошатнулся и плюхнулся на кровать рядом с парнем. Тот забился в самый угол, не желая вдыхать ещё больше паров алкоголя, но помогало слабо.       - Я п-подумал, - начал Рома, устраиваясь поудобнее. – Я в Бога не верю. Это – хр-ргх-хрень редкостная, сечёшь? А знаешь, во что я ещё не верю?       - Во что же? – устало спросил Марат.       - В демократию, блять! – крикнул дед неожиданно громко, и парень подскочил. – Блядские капиталисты наживаются на наших налогах, а простой народ…       Рома так разошелся, что мог разбудить родителей, поэтому Марат поспешно замахал руками и зашипел в надежде угомонить пьяного деда.       - В общем, малой, ты мне нужен для одного дела. – заключил Санжеев, бодро вскакивая с кровати и открывая портал. – Я свою Родину люблю. Так больше продолжаться не может, кто-то должен положить этому конец…       - Что ты хочешь сделать? – настороженно поинтересовался парень.       - Надевай портки, мелкий! – громко закричал дед и схватил внука за руку, затаскивая в портал прямо в трусах. – Мы идём убивать Путина!