Глава первая: код ноль.
25 июня 2021 г., 00:00
«Код ноль, запрашиваем подкрепление, детектив ранен!» — послышался тревожный, дрожащий голос одного из офицеров патрульных, что находились в районе Донджак-дон. Этот позывной боится услышать любой диспетчер полицейского подразделения, ровно, как и любой служащий порядка. Все диспетчеры замерли, затаив дыхание, ведь сейчас угрожала опасность их коллегам, и, возможно, даже лично знакомым сотрудникам. Ведущий отдела центра диспетчерской помощи быстро сориентировался, фиксируя место вызова с рации и передал сигнал ближайшим патрульным машинам, полицейским отделениям и в ближайшую больницу о необходимой медицинской помощи. Первая машина с сотрудниками полиции выдвинулась со стороны Саюксин Парка, доезжая до места, где находился раненный коллега буквально за пять минут.
Шестью часами ранее.
— Алло? — усталый голос взрослого альфы донесся в трубке мобильного телефона на фоне шума проезжающих машин.
— Если ты не будешь нормально брать телефон, я буду звонить капитану Чхве! — недовольный омега собирал одной рукой тетради с конспектами и канцелярию, затем запихивал всё в рюкзак после окончания очередной лекции. — Ну правда, отец, для чего тебе мобильный, если я не могу с тобой связаться!
По ту сторону раздался смех и хлопок дверцы машины. Знакомый голос спрашивал у говорившего рядом, с кем тот вел беседу.
— Это Юнги, опять отчитывает меня, как маленького, — ответил мужчина своему коллеге с веселой ноткой в голосе, и вернул обратно все своё внимание сыну. — Ну ты же знаешь, что я на задании. Как раз отчитывался перед капитаном Чхве, а сейчас еду с Кангю на место обнаружения тела.
— Найдена новая жертва? — омега замер, так и не до конца застегнув молнию рюкзака. Каждый новый случай убийств повергал в ужас, и мысли, что это происходило в том городе, где жил он сам, заставляли поджилки трястись в страхе и волнении. С появлением серийного убийцы жизнь каждого в Сеуле изменилась. И если раньше даже самые темные улочки были пешими, то теперь по ним ходили только сумасшедшие или любители пощекотать себе нервы. Все оглядывались назад, держали телефон наготове, чтобы вызвать полицию при необходимости. Сотни задержанных как подозреваемых, но ни одной зацепки, ни одной улики.
— Да. Еще несколько дней назад, в СМИ пока информация не поступала, так как нам еще не удалось связаться с родственниками погибшего, — стоило заговорить о расследовании и новом убийстве, как голос детектива заметно помрачнел, перед его глазами возникали каждый раз один за другим жертвы убийцы, с изувеченными хладными телами, с замершим страхом в стеклянных зрачках. Он чувствовал вину, как и каждый полицейский, что до сих пор не поймали этого ублюдка, что тот до сих пор ходит с ними под одним небом, дышит одним воздухом, и, возможно, знаком с Мином лично. Но самое страшное, что его сын мог стать следующей жертвой, так как подходил под типаж. И этот страх не давал покоя. Детектив не щадил себя не только для того, чтобы наказать человека, который решил, что в праве распоряжаться чьей-то жизнью, но и чтобы его ребенок мог наслаждаться молодостью со своими друзьями, не боясь быть убитым руками этого психопата.
— Отец, — позвал Юнги родителя жалобным голосом. Он поджал губы, сильнее стиснув телефон пальцами, и выдохнул воздух из легких, чтобы хоть немного успокоиться. — Пожалуйста, будь осторожен, и обязательно покушай хорошо, ты пропустил сегодня завтрак, — Юнги знал, что его отец – детектив Мин Юнсан, – тратил много сил на поимку преступника, и часто забывал о приеме пищи, либо же питался рамёном в круглосуточных магазинах рядом с участком полиции или местом патрулирования. Все же застегнув рюкзак и накинув одну лямку на плечо, он направился вниз по ступеням аудитории. Следующая группа уже прибывала в лекционную, шумно переговариваясь друг с другом.
— Не переживай, сынок, мы сегодня всем отделом ели чаджанмен, — детектив попытался успокоить сына, усмехнувшись, и проговорил своему напарнику, прикрыв рукой трубку, куда им стоило ехать, все же не нужно было доводить до ушей ребёнка, где была найдена очередная жертва психопата.
— Опять питаешься как зря, а потом снова будешь жаловаться на боли в желудке! Отец, ты правда как маленький! — Мин младший махнул рукой своему другу, который ждал его у окна рядом с лекционной. Стоило подойти к нему, как теперь уже вместе направились в сторону раздевалок.
— Я не маленький, это просто ты слишком заботишься обо мне. Ладно, сынок, беги учиться, мне нужно позвонить мистеру О. Люблю тебя, Юнни.
— Хорошо. И все же не забудь нормально покушать. И жду фотоотчет! А то привезу в участок боксы с едой, — переход на обыденный разговор с отцом все же немного успокоил омегу, позволяя снова слегка улыбнуться. Юнги резко повернул голову на толкнувшего его в плечо друга, и лишь одними губами ответил ему «потом», когда тот кивнул, интересуясь о новых жертвах. С Кимом они часто это обсуждали, и даже в тайне от отца Мина вели свои, хоть и письменные, но расследования, прекрасно понимая, что на новых местах нахождения тела их могут поймать сотрудники полиции, но иногда они добирались до старых мест, изучая окрестности в поисках улик. — И, отец, я люблю тебя сильнее! Будь осторожен.
— Ну что там? — поинтересовался Тэхен, стоило Юнги завершить вызов.
— Несколько дней назад нашли новое тело, — Мин говорил тихо, чтобы больше никто не услышал их разговор. — Отец не сказал где именно, и кто жертва, пока пытаются связаться с родственниками погибшего, и только тогда обнародуют информацию. Хотя это кажется мне странным. Обычно сразу после обнаружения новой жертвы СМИ вещают об этом в новостях, — Юнги прикусил нижнюю губу, смотря вниз, явно пытаясь предположить замысел полиции. Ким сложил руки на груди, слегка дернув головой вбок, и вздохнув.
— Мне кажется, что если так, вероятно, они надеются, что преступник вернется на место, где оставил тело очередной жертвы, — Тэхен посмотрел на нахмуренного друга, понимая его волнение.
— Я тоже об этом подумал. Скорее всего, если следовать поведению преступника, они хотят заставить его думать, что тело ещё не найдено, если, конечно, тот за ними не следит и не в курсе расследования. Таким образом они надеются его либо поймать, когда тот окажется на месте, куда перевез последнюю жертву, либо сузить круг подозреваемых. Отец часто говорил, что убийцей может быть даже сотрудник полиции, раз тот так хорошо подчищает за собой, не оставляя улик, либо тот, кто хорошо знаком с правовой, либо криминалистической структурой, — Юнги кивнул проходящему мимо тонсэну, натягивая привычную улыбку на долю секунд.
— Если честно, так страшно подумать, что серийником может оказаться полицейский, который наоборот должен защищать граждан, — Тэхена от такой мысли даже передернуло. Ему и Юнги, как студентам академии госслужащих, было тяжело представить, что убийца возможно когда-то ходил по этим коридорам, изучал право, криминалистику и законы, клялся защищать граждан и быть неподкупным, а теперь лишал невинных омег жизни.
— В подобных делах, Тэ, мы должны лишаться предрассудков. Полицейские тоже люди, у них могут быть психические отклонения, они могут быть просто психопатами, которые хорошо притворяются нормальными и ведут самую обычную жизнь: у них могут быть семьи, дети, они могут быть прекрасными семьянинами и родителями, но при этом жить другой, страшной, для нормального человека, жизнью.
***
— Повезло тебе иметь сына-омегу, с альфами-сыновьями столько мороки! — напарник детектива Мина рассмеялся, выруливая на главную дорогу, предварительно осмотревшись в сторону проезжавших машин. — Недавно заявился к нам один омега и сказал, что беременный от Хёнсона, я аж постарел на десять лет вперед. — Ну, Хёнсон уже взрослый малый, небось портит омег направо и налево, — Юнсан улыбнулся, постукивая указательным пальцем по приоткрытому окну автомобиля, и подставил лицо потоку ветра, прикрывая глаза. — Так то оно так, вот только рано ему еще детей иметь, первый год работает в качестве помощника прокурора. Вот перестанет быть мальчиком на побегушках, тогда пусть хоть сразу жениха домой приводит и просит родительского благословения, — детектив Ли бросил мимолетный взгляд в сторону и ухмыльнулся, замечая минутную безмятежность на лице друга. Они были напарниками уже больше семи лет, с самого первого дня, как Мин Юнсан перевелся из центрального отделения полиции Сеула в отделение района Донджак-дона после смерти супруга. — У Юнги ведь скоро экзамены? — Да, меньше чем через месяц последний экзамен, а после, по результатам, получает значок госслужащего и должны будут определить в участок, — на лице альфы появилась улыбка, стоило подумать о любимом сыне. Убрав руку от окна и положив на колено, Юнсан повернул голову на друга. — Я, конечно, не в восторге, что он пошел в полицейскую академию, все же не омежье это дело, преступников ловить, но характером он весь в меня, так что спорить было бесполезно. С детства хвастался, что его отец – детектив, и обещал пойти по моим стопам, вот и пошел. Весь в реализации своей мечты, — Юнсан слегка дернул плечами, словно беззвучно усмехаясь, и бросил взгляд на мигающий зеленый сигнал светофора для водителей. — Что если наших детей отправить на свидание вслепую, вдруг породнимся с тобой. — И как давно ты это придумал, старый лис? — детектив Мин шуточно ударил друга в плечо, и они оба засмеялись. — Я, конечно, предложу Юнги пойти на свидание с твоим сыном, но зная его, он откажет. Да и я особо не хочу лезть в его личную жизнь, пусть сам решает с кем ему жизнь строить, лишь бы счастлив был. Если судьба распорядится нашим детям встретиться, то так тому и быть, — Юнсан по-дружески похлопал друга по колену и откинулся на спинку сидения. Четыре часа спустя. «Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети, пожалуйста, перезвоните позднее.» — слышал Юнги уже в третий раз при попытке дозвониться отцу. Родитель так и не прислал ему фото своего обеда, что омегу сильно злило. День близился к своему завершению, разливаясь на небе пастельными красками на темнеющем небосводе, окрашивая верхушки высоток. Заблокировав телефон, юноша положил его в карман толстовки, понимая, что звонить дальше было бесполезно и уставился в окно автобуса, крепко держась рукой за поручень. Тот либо погружен в письменную работу, либо снова занимался патрулированием района. Уже как полгода Комитет полиции в обязательном порядке установил объезд детективов к прикрепленным районам Сеула, в надежде поймать преступника, или, хотя бы, уменьшить число жертв, только данное решение ни дало ни каких результатов. Новые тела омег продолжали находить. Юнги, покинув общественный транспорт, огляделся, надеясь заметить машину отца или его напарника. Не приметив знакомый автомобиль, юноша вздохнул и достал телефон, проверяя время. Часы показывали уже семь вечера, а от родителя не было ни каких вестей. Он направился в сторону дома, по дороге реагируя на каждое пришедшее оповещение на мобильный, и мысленно представлял, как в тысячный раз отчитывал отца за пренебрежение к собственному здоровью. Как он и обещал, по прибытию домой, омега начал готовить ужин, раскладывая все по контейнерам. Он положил достаточно много еды, зная, что в отделении его отец был не единственным человеком, который забывал о приеме пищи. Юнги напевал играющую по телевизору из рекламы песню, укладывая боксы в пакет. Закончив с упаковкой, он довольно огляделся, обещая самому себе вымыть посуду потом, и протянул руку к пульту, выключая телевизор. Хоть отделение, в котором работал его отец, было недалеко, в такое время, когда уже стемнело, выходить на улицу становилось опасным, потому юноша вызвал такси через приложение, и начал одеваться, не желая тратить лишнее время на ожидание. Уже в машине Юнги снова начал набирать номер отца, чтобы предупредить о своем приезде, но телефон все также был вне зоны. И это ему не нравилось совершенно. Чувство тревоги за родителя одолевало, но он старался не накручивать себя лишний раз, прижимая к груди пакет с едой. Из собственных мыслей его вырвал звук серены полицейских машин, причем не одной. Открыв глаза, он бросил взгляд на мчавшихся в противоположную сторону патрульных. Юнитов для обычного вызова было слишком много, даже если и было найдено новое тело, слишком много офицеров выдвинулись в одном направлении. До участка оставалось всего несколько километров. Бросив тревожный взгляд на мобильный в собственных руках, омега подался к водителю. — Поезжайте за полицией, пожалуйста, — слегка дрожащим голосом попросил Мин бету, получая в ответ кивок. Водитель резко развернул транспорт, направляясь за машинами госслужащих.***
Прибыв на место за патрульными машинами, Юнги неподалеку покинул салон такси, на ходу отдавая водителю деньги. Он медленно направлялся к уже оцепленному оградительной лентой участку, прижимая пакет с едой для отца и его коллег к груди. Жители ближайших домов охали и переговаривались между собой, иногда бросая мимолетный взгляд на незнакомого паренька, который крался все ближе к месту преступления. Мин пытался уловить в гуле всей этой толпы хоть какие-то слова зевак или полицейских, но так и не смог выстроить картину произошедшего в переулке. — Где долбанная скорая? — раздался разъярённый крик, заставляя Мина вздрогнуть и замереть на мгновение. Что-то было не так, что-то внутри кричало сорваться на бег, протиснуться между всех этих людей и увидеть, что же скрывалось за чужими спинами. Издалека раздался характерный звук машины скорой помощи. Люди стали расступаться, создавая живой коридор, и позволяя, наконец, взглянуть на место трагедии. Стоило Юнги вернуть отвлеченный звуком взгляд, как земля ушла из-под ног. Рука, со знакомыми часами, которые Мин подарил отцу, купленные за первую заплату с подработки, виднелась за присевшими на корточки полицейскими, которые окружили пострадавшего. Пальцы, что так крепко сжимали пакет, выпустили тот, позволяя с глухим стуком упасть на асфальт. — О-отец, — тихо прошептал юноша, делая неуверенный шаг в сторону места преступления. Он резко сорвался на бег, ощущая застилающую пелену слез, и как боль, что начиналась от самого сердца, начала растекаться по всему телу, сковывая собой каждую клеточку. Юнги кричал истошно, вопил так сильно, но не слышал собственного голоса, лишь шепот в собственной голове: «Это не он, этого не может быть! Нет, нет, нет, этого не может быть! Пожалуйста, только не оставляй меня, прошу! Нет, это все не правда!». Но стоило оказаться около оградительной ленты, как последние крупицы надежды, что человеком, который лежал на земле в собственной крови был не его отец, разнеслись в пух и прах. Его пробрала дрожь, казалось, что он даже забыл, как дышать, делая новый вздох лишь тогда, когда темнело в глазах. — Извините, но вам нельзя туда, это место преступления, — остановил его полицейский в патрульной форме, когда Юнги ухватился за ленту. Но он не слушал его, поднимая ту и все же ступая на оцепленный участок. Его сразу схватили двое госслужащих, удерживая брыкающегося омегу. — Отец! Пустите меня, там мой отец! — сквозь слезы вопил брюнет, пытаясь вырваться. Он бил ногами о землю, выкручивал собственные руки, чтобы освободиться от чужих пальцев, выгибался в спине, мотал головой и орал, зовя своего родителя. Неожиданно руки сотрудников полиции отпустили его. Краем глаза Юнги заметил капитана Чхве, явно отдавшего приказ не трогать парня. Мин сразу сорвался с места, и упал перед отцом на колени, стоило только оказаться рядом. — Отец, отец, прошу, открой глаза, посмотри на меня, пожалуйста. Дрожащие тонкие пальцы обхватили грубую, холодную руку, пытаясь согреть своим теплом. Он оставил поцелуй на тыльной стороне ладони, ощущая, как щеки покрыли капли липкой крови. — Да открой глаза, это не смешно, — кричал юноша. Истерика брала вверх над молодым телом. Юнги отпустил руку отца, падая ему на грудь, и бил по плечам сжатыми кулачками. Омега не слышал биение сердца, не ощущал трепыхание груди от вдоха, и лишь сильнее пытался привести родителя в чувства, хоть и понимал, что теперь это было бесполезно. Запах металла забивал нос, и, казалось, ощущался на губах, он пропитал собой юношу полностью, этот запах крови самого родного человека. — Юнги, надо перевезти тело твоего отца в морг, — горячая ладонь коснулась его плеча, пытаясь привлечь внимание парня, но Мин не реагировал. Он сильнее сжимал пальцами рубашку родителя, не желая прощаться вот так, это не мог быть конец, и верить, что теперь его единственного родителя больше нет, не хотел. Капитан Чхве тяжело вздохнул, когда работники скорой помощи оказались рядом с носилками и мешком для тела, он слегка кивнул им, а после наклонился, оттаскивая юношу от тела убитого выстрелом в грудь детектива. — Нет, нет, отпустите меня, что вы делаете? — омега начал вырываться, царапал чужие ладони, и стоило заметить работу приехавших медиков, как он озверел, готовый накинуться на них. — Не трогайте его! Уберите руки от моего отца, — Юнги «рыл» носами кроссовок асфальт и дергал руками. Мужчина понимал, что удержать парня так не сможет, но и держать тело на виду у обычных граждан не мог. Он резко развернул юношу к себе лицом, прижимая к собственной груди, и поглаживал влажные от пота волосы. Говорить какие-либо слова было глупо, ничто не сможет успокоить ребенка потерявшего родителя таким ужасным образом. Чхве лишь прикрыл глаза, плотно стиснув зубы, ощущая дрожь молодого омеги, его слезы на своей футболке и слышал его отчаянный, полный боли крик, пока тонкое тело в его руках не обмякло, погрузившись в беспамятство.
