Мармелад

Раз-два, раз-два, прием! Голос будто сквозь толщу воды, голову словно тисками сжимают со всех сторон, вокруг слишком шумно, голоса, звон, грохот, хочется закрыть уши, чтобы не слышать абсолютно ничего. За плечо сильно трясут, и словно лопается этот раздражающий пузырь из звуков, Бомгю резко поднимает голову, но тут же шипит и зарывается рукой в волосы. Голова все ещё раскалывается. — Эй, Бомгю, прием! — Субин перестает рьяно трясти друга за плечо, когда тот поднимает на него взгляд, и хмурится, видя, как омега щурится от боли. — Ты вообще спал прошлой ночью? — Д-да, прости, хён, — говорит омега, отводя взгляд. Нет, ни черта он не спал, прорыдал всю ночь и вырубился лишь под самое утро, пролежал в беспокойном сне около часа, а после проснулся под раздражающий звон будильника, который чудом не кинул в стену. — Просто голова болит. — Голова? Ты точно спал? — недоверчиво смотрит Субин, открывая свою сумку и ища что-то в куче из тетрадей, проводов и фантиков. — Вот, держи. Омега кивает, принимая пачку обезболивающего, кидает на язык сразу две таблетки и запивает водой. Через полчаса должно стать легче. — Слушай, я же вижу что что-то случилось, это связано с Ёнджуном? Свидание не удалось? — осторожно пытается выведать причины такого убитого состояния друга Чхве. Бомгю поднимает на него усталый взгляд, обдумывает что-то пару секунд, а после вздыхает, поднимаясь со своего места. — Ты же не против прогулять сегодня? Погуляем? Не могу выносить всей этой суеты. Субин удивленно смотрит на друга пару секунд но кивает, тоже поднимаясь со своего места. Бомгю редко бывает таким серьезным, неужели правда что-то случилось? Опять замешан его отец? У Субина кулаки сжимаются сами по себе от мысли, что этот мудак опять мог навредить его другу. В парке Бомгю садится на лавку и сразу же лезет в свою сумку, чтобы вытащить бутылку воды, ведь в горле совсем пересохло. Судя по цвету лица, ему уже лучше, по крайней мере не выглядит как живой труп. — Так что случилось? — спрашивает сразу же Субин, садясь рядом и выжидающе смотря на друга. — Ёнджун случился... и отец случился, вообще много чего случилось, — неопределенно начинает омега и откидывается на спинку лавочки. — Вчера хён пришел ко мне, принес огромные пакеты с едой и мы пошли ко мне в комнату, — Бомгю смотрит на стайку голубей, пьющих воду из небольшого фонтанчика. — Мы сидели у меня в комнате, он жаловался на учебу, а после попросил меня сыграть на гитаре. Субин кивает, думая, что судя по началу рассказа ничего не предвещает беды, но решает слушать дальше. — Я сыграл свою любимую песню, ну ту, Троя Сивана и знаешь... он начал петь со мной, — на этот моменте Бомгю улыбается, но после эта улыбка кажется Субину грустной. — У него очень красивый голос, я был в восторге, даже подумал, чтобы было бы круто записать какую-нибудь песню вместе. — И что потом? — нетерпеливо спрашивает Субин, желая скорее узнать, что же плохого могло случиться в такой, казалось бы, прекрасный вечер. — Потом он предложил посмотреть дораму, я включил первую попавшуюся и лег рядом с ним... я почти сразу вырубился, но почувствовал, как он обнял меня, а потом... — Бомгю замолкает и друг с беспокойством смотрит на него. Омега делает ещё глоток воды, после устремляя взгляд куда-то в землю. — Потом я услышал крик отца. Субин вздрагивает от того, как же сквозит страхом голос друга даже сейчас, когда уже прошло столько времени с этой ситуации. Он чувствует вскипающую внутри ярость, все таки этот мудак что-то сделал. — Он начал орать что я шлюха, который привел домой своего ёбыря, — говоря это, Бомгю запинается, ему мерзко произносить эти слова. — И Ёнджун-хён заступился за меня, сказал, что мы просто друзья, и он не имеет права так разговаривать со своим сыном. Субин кивает, думая, что надо будет сказать Ёнджуну спасибо. — А потом Ёнджун-хён ударил его, — Бомгю зарывается рукой в волосы. — Сейчас я понимаю, что он лишь хотел защитить меня, но ты ведь понимаешь? Из-за этого отец будет докапываться до меня ещё больше. Субин кивает, понимая, что в ситуации Бомгю и правда лучше игнорировать этого мудака, чем провоцировать его. Но откуда Ёнджуну об этом знать? — Я так испугался, что сказал ему уходить, сказал хёну, что он все испортил, сделал только хуже, — голос Бомгю срывается, словно тот вот-вот заплачет. — У него был такой взгляд, видимо, я очень сильно его обидел, — омега вытирает рукавом толстовки начавшие слезиться глаза. — Не волнуйся, уверен, он поймет, если ты все объяснишь ему, — пытается успокоить друга Субин, но тот лишь вертит головой. — Он... когда уходил, сказал, что не зря сомневался во мне, — на последнем слове Бомгю все же начинает плакать, и у Субина сердце сжимается от такого вида его друга. Он обнимает омегу, тот сразу же утыкается Субину в плечо и тихо рыдает, цепляясь за его футболку пальцами. Субин думает, что сначала поблагодарит Ёнджуна, а потом ударит. — Бомгю-я, я уверен, что он сказал это лишь на эмоциях и на самом деле так не думает, все будет хорошо, вам нужно поговорить, — старается успокоить друга Субин, но тот лишь начинает плакать сильнее. — Он явно так думает, он и правда все ещё ненавидит меня, — Бомгю всхлипывает и отстраняется от Субина, чтобы вдохнуть больше воздуха, из-за сильных рыданий он начал задыхаться. — Я думал так ещё с того раза, когда он сказал Тэхёну и Хюнин Каю, что не доверяет мне, а вчера он это лишь подтвердил. Теперь он точно не захочет со мной больше общаться. — Не говори глупостей, если бы не хотел, то вчера вовсе не приходил бы к тебе в гости и не вел бы себя так, будто хочет дружить с тобой, — Субин гладит друга по волосам и старается успокаивающе улыбнуться. — А если он и правда не захочет больше с тобой общаться, то и пошел он куда подальше, — уверенным голосом говорит Субин и кивает. Верно, в жизни Бомгю уже было слишком много не самых лучших людей, так что если человек вызывает сомнения, лучше сразу прекратить с ним общение, избавишь себя от лишней боли. — Не думаю, что смогу жить без него, похоже, я и правда сильно влюбился, — болезненно улыбается Бомгю и вскидывает голову, видя, что на небе собираются тучи, хотя в прогнозе обещали солнечный день. — Ох, Бомгю-я, — Субин поджимает губы, смотрит на друга пару секунд, а после лезет в карман и достает телефон. — Давай так, я напишу Тэхёну и попрошу выведать у Ёнджуна, что он там на самом деле думает, если все хорошо, вы поговорите и бум, все счастливы, — тараторит Субин, довольный своей идеей, но рука Бомгю останавливает его и он переводит недоуменный взгляд на младшего. — Не стоит, хён, я хочу сам у него все узнать, я... — Бомгю делает глубокий вдох и смотрит прямо Субину в глаза. — Я поговорю с ним, обещаю. И если он не хочет со мной общаться, то пусть идёт куда подальше, — омега улыбается и Субин не может не улыбнуться в ответ, кивает, хлопая друга по плечу и встаёт, протягивая младшему руку. — Правильный настрой, уверен, все будет хорошо, а сейчас пойдем поедим мороженое, мы должны поднять тебе настроение. Бомгю кивает, поправляя сумку на плече и идёт за другом, в душе понятия не имея, сможет ли он правда найти в себе силы поговорить с альфой лицом к лицу.

***

— Хён, ты меня вообще слушаешь? — Хюка машет перед лицом друга рукой и тот переводит на него хмурый взгляд. — Не смотри на меня так, я зову тебя уже пять минут, но ты не реагируешь! О чем ты там задумался? И почему пришел сегодня без Бомгю? Ёнджун опускает взгляд при упоминании омеги, что не уходит от внимания друзей. — Вы поругались? Что-то случилось вчера? — задаёт вопрос Тэхён, отпивая свой чай и не отводя взгляда от Ёнджуна. — Ничего серьезного, — понуро отвечает Чхве, на что Хюнин лишь фыркает. — Ага, настолько несерьёзно, что ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик, хён, не ври нам, давай выкладывай что у вас там случилось. — Ты от меня не отстанешь, верно? — слабо улыбается Ёнджун, на что Хюка уверенно кивает. — Все начиналось отлично, мы сидели, разговаривали, Бомгю сыграл мне на гитаре, кстати, он очень красиво поёт, — альфа улыбается, пока Хюка смотрит на него с хитрой ухмылкой. — В общем все было хорошо, мы легли смотреть дораму, он уснул у меня в объятиях... так, убери эту лыбу с лица, она меня раздражает. Хюка хмыкает и подмигивает хёну, тот лишь вздыхает и продолжает вспоминать события прошлого вечера. — Я тоже почти заснул, но услышал шум на первом этаже, а после в комнату ворвался его отец, — выражение лица Ёнджуна становится злым, он сжимает кулаки и мысленно старается успокоиться. — Не буду в подробностях рассказывать, что этот мудак наговорил, но я его ударил, хотя Бомгю и просил меня остановиться. — У него проблемы с отцом? — задаёт логичный вопрос Тэхён. — Насколько я понял, его отец пьет, но не буду вдаваться в подробности, все-таки это не наше дело, — Ёнджун делает глоток своего американо со льдом, чтобы смочить пересохшее горло и охладить голову. — В общем, Бомгю сказал мне уходить, сказал, что я все испортил, я тогда разозлился и на эмоциях ответил, что не зря сомневался в нем, — Ёнджун старательно игнорирует два направленных на него испепеляющих взгляда. — Знаешь, хён, ты извини конечно, но... — хмурясь, начинает Хюка, но Джун перебивает. — Знаю! Я знаю, что мудак, знаю, что опять наговорил хуйни не подумав, не нужно читать мне нотаций я и сам понимаю, что проебался, — отрезает альфа, и Хюнин с Тэхёном согласно кивают. — В таком случае, вам нужно поговорить и все разъяснить. — Знаю я, но... вдруг он не хочет больше со мной говорить? Он итак наверняка чувствует вину за то, как раньше себя вел, а тут я одной фразой подтвердил все его возможные опасения, хотя на деле я так не думаю, — Ёнджун зарывается рукой в волосы и мученически стонет. — Черт, ну что мне делать? Почему я не мог держать себя в руках? — Хён, ты ведь хочешь с ним общаться, правда? — спрашивает Тэхён, и Ёнджуну, когда он смотрит ему в глаза, кажется, будто тот знает о мыслях и чувствах Ёнджуна больше, чем он сам. Эта черта Тэхёна всегда пугала и восхищала одновременно. — Хочу, не знаю почему но... Что-то в нем меня цепляет, и я бы хотел понять что... — Ёнджун морщится от неприятной трели звонка прямо над ухом и поднимается со своего места, накидывая сумку на плечо. — В любом случае, вы правы, нам нужно поговорить, и... я постараюсь сделать это как можно скорее. — Все в твоих руках, хён, и не вздумай больше обидеть его! — грозит пальцем Хюнин Кай, на что Ёнджун улыбается. — Конечно.

***

Хоть Бомгю и пообещал Субину собраться с силами и поговорить наконец с Ёнджуном, прошла уже неделя, а они так и не виделись. Нет, конечно они пересекались в коридорах, пару раз даже в столовой, когда обедали все вместе, но это были крайне неловкие моменты, когда они сидели уткнувшись в тарелки, а остальные смотрели на них то с сочувствием, то с осуждением. Пятница, последний урок, ненавистная математика, которую Бомгю решает прогулять. Нет, ну а что? Он вполне заслужил отдых, хотя и получит потом от Субина за то, что бросил его одного. Парень озирается по сторонам, идя по пустующим коридорам школы, отсюда слышен лишь ветер из открытых окон, шелест бумаги и приглушённые голоса из кабинетов. Омега поднимается на четвертый этаж и идёт к лестнице на крышу. Однажды он был дежурным и сделал вид, что потерял ключи от двери на крышу, на деле же оставив их себе. Глаза слепит солнце, в лицо сразу же приятно бьёт прохладный ветерок, омега вдыхает его всей грудью, раскидывая руки. В метре от края крыши стелит на холодную поверхность пакет и садится, решая провести здесь ближайшие сорок минут. Он любит иногда приходить сюда и просто сидеть, смотреть на небо, на суетящихся внизу школьников, или же слушать музыку. Бомгю пытается отвлечься, но мысли все равно каждый раз возвращаются к одному человеку. Черт, за эту неделю он чертовски соскучился, иногда, когда он видел альфу в коридоре, так хотелось подойти, сделать вид что ничего не случилось, и просто разговаривать как раньше, но омега каждый раз себя одергивал. Ёнджун тоже не особо искал встречи, что, конечно, расстраивало и отчасти убеждало омегу в том, что альфа не заинтересован в общении с ним, но Субин каждый раз уверял омегу, что это все глупости и не узнаешь, пока не спросишь. Бомгю и сам прекрасно это понимал, но все равно было страшно. Благо, хотя бы дома в эти дни все было спокойно, отец смотрел на него тяжёлым взглядом, но ничего не говорил, что очень радовало омегу, хотя бы какое-то время он поживет спокойно. Бомгю слышит за спиной скрип открывающейся двери и резко оборачивается, испуганно смотря на того, кто потревожил его покой. И видит того, кого ожидал увидеть здесь меньше всего. — Привет? Тоже прогуливаешь? — неловко почесывая затылок, спрашивает Ёнджун, не решаясь подойти ближе. — Можно составить тебе компанию? Омега смотрел на него не моргая несколько секунд, а после опомнился и кивнул, доставая из сумки ещё один пакет и кладя рядом с собой. Ёнджун благодарно улыбается и садится рядом, вытягивая ноги перед собой. Он поднимает голову и закрывает глаза, делая глубокий вдох. Омега завороженно смотрит на его профиль, подмечая, что выглядит он просто волшебно. Ёнджун открывает глаза и смотрит уже вниз, думая о чем-то и наблюдая за гуляющими во дворе школьниками. — Прости, — через несколько минут молчания наконец произносит альфа, заставляя Бомгю вздрогнуть. — Ну, за то, что тогда сказал, — Ёнджун поворачивает голову к омеге. — На самом деле я так не думаю, я бы очень хотел и дальше общаться с тобой. Бомгю удивлённо моргает и не может сдержать улыбки. — Все хорошо, хён, ты меня тоже извини, я не должен был тебя прогонять, и тем более в чем-либо обвинять... — тихим голосом говорит омега. — Просто, понимаешь... Мой отец... лучше просто игнорировать все что он делает, иначе будет только хуже, поэтому я так испугался, когда ты ударил его. Ёнджун понимающе кивает и взволнованно осматривает младшего. — Так, он больше ничего тебе не сделал? Прости, если из-за меня... — Нет, все хорошо, на этой неделе он не лез ко мне, — успокаивающе машет руками перед собой Бомгю. — Спасибо за то, что заступился за меня тогда. — Он... Часто себя так ведёт? — не может не спросить Ёнджун, Бомгю слышит в его голосе волнение и душит в себе желание как всегда сказать, что это "не его дело". — Достаточно часто, хотя чаще он просто напивается и не может даже подняться с дивана. — Если что-то случится, ты всегда можешь написать или позвонить мне, — говорит Ёнджун и Бомгю улыбается. — Спасибо, хён, я очень это ценю. — Так... теперь мир? — неуверенно спрашивает Ёнджун, на что младший кивает. — Тогда могу я тебя обнять? Я дико соскучился за эту неделю. Младший смеётся и сам двигается ближе к Ёнджуну, обнимая его за шею, и альфа сразу же прижимает его к себе, зарываясь рукой в волосы и вдыхая запах мармелада, по которому так скучал.