Болезнь любви неизлечима!

— Мам. Когда папа придёт домой? — У него очень сложная работа, так что он пока не может вернуться. — Неужели папа не волнуется о тебе и обо мне? — Что? Даже не думай так! — Тогда почему он не приходит домой? — Сарада… Отец одинаково дорожит нами обоими. Вот почему он пока не может вернуться домой. Может сейчас ты этого не поймёшь… но я уверена тебе однажды все станет понятно. Как же… Довольно тяжело смотреть в эти доверчивые чёрные глаза, пока девочка внимала каждое её слово. Хотелось встать перед ней на колени и просить прощения за все: за то, что не сможет оправдать ожидание, за то что сама хочет верить в то, что говорит. За то, что врёт. Этого не должно было произойти. Когда она прибыла на помощь друзьям, закончившим «дружеский спарринг», она уже понимала—сердце Саске ни ей, ни кому бы то ни было ещё не достанется. Оно уже было отдано в тёплые, бережные руки её друга. И плевать, что не такие уж и бережные и что рука всего лишь одна: оно было открыто только для Наруто. Эту теплоту, эту нежность, с которой Учиха смотрел на спасителя мира, мог не заметить только идиот или умалишенный. О чем бы они не говорили, это растопило лёд сердца последнего из клана Учиха. Жаль, что сам Наруто этого не видел. «Друг», «мой первый и лучший друг», «я никогда не бросаю своих друзей». Он кричал это так напористо и искренне, что, несомненно, разбивал сердце Учихи на мелкие осколки. На него было больно смотреть: казалось, ещё одно слово, и он просто сбежит из деревни только для того, чтобы Наруто вновь бежал за ним. А если и не побежит, то просто спрятаться, уйти далеко-далеко и никогда не возвращаться. Видимо, это он и хотел сделать, когда согласился работать на деревню: ограниченное время нахождения в ней, а главное —он будет далеко от него. Почему же она поступила так? Она ведь знала, что Саске не любит её, что ему, в каком-то смысле даже плевать на неё. Зачем же она… Надеялась на отказ? И правда: она не ожидала ничего более, готовилась к этому и приняла бы его. Главное избавиться от чувств и не мешать самому Саске добиваться своего счастья. Она бы даже могла ему помочь, подтолкнуть Учиху к решительным действиям, а Наруто открыть глаза на очевидные вещи. Так почему же он подыграл? Ткнул в лоб, да так, что сердце в пятки ушло. Всё тело будто стало невесомым, стало так тепло, так приятно. Пока она не посмотрела в его глаза и не увидела боль. Леденящую тоску от того, что выбор сделан, что так будет правильнее. Сакура чувствовала себя виноватой: ее сердце наслаждалось и ликовало от «взаимности», пока его разрывалось на куски. Её чувства безответны, его тоже. Она хочет ему помочь, а он не против. И эта иллюзия может показаться правдой. Словно она попала в профессиональное гендзюцу и не может из него выбраться. Сакура готова подарить ему любовь и не ждет ничего взамен, склеить его разбитое сердце, стоит ему попросить. Когда Узумаки объявляет о помолвке, Саске захлёбывается своим горем, но не показывает этого, поздравляет Наруто и Хинату с их свадьбой. Все страдания он держится внутри себя и лишь Сакура находится рядом, лишь она его понимает. Сакура лежала под ним, чувствовала его тепло внутри себя, его горячие руки на своем теле и получала удовольствие. Пока не раздавалось тихое, едва слышное «Наруто», вместо ее имени. Ножом в самое сердце, но она никогда не винила Саске в этом. Да, в первый раз не удалось сдержать слез и ей пришлось первой уходить в душ, чтобы он не заметил, но потом стало легче. Привыкла. Когда Сакура узнала, что беременна, она безумно обрадовалась. Она станет матерью ребёнка её любимого мужчины, она станет той, кто поможет клану возродиться. Она носила под сердцем ребёнка Саске, а сам он будто бы потеплел. Тепло обнимал, щелкал по лбу, улыбаясь и смотря с неведомой раньше нежностью. «Саске. Это действительно ты?» —хотелось спросить, но было страшно. Вдруг она очнётся, осознавая, что все это был её жалкий сон, мечта о чем то хорошем. Уж лучше строить планы о совместном будущем под покровом ночи, чем надеяться на худшее. И вот, на свет появилась Сарада и все началось сначала. Саске ушёл, оставив жену воспитывать надежду клана. В тот момент ее мир рухнул. Она искала ошибку, которую могла совершить и испортить все, что успело наладиться между ними, пока не поняла, что ни в чем не виновата. Саске ушёл, потому что у Наруто тоже родился наследник, потому что не мог найти сил притворяться. А Сакура нашла. Она растила дочь в любви, заботе, плетя вокруг них обоих кокон, скрывая от всех невзгод. От правды. Но дети по натуре любопытны, им хочется знать все обо всем. Не удивительно, что и Сарада была такой. «Когда папа придёт домой?» Нет, она не заплачет. Она сильная, она сдержится. «Папа обязательно вернется» — и это правда. Как бы Саске не хотелось сбежать от чувств, от Наруто, он все равно вернется. Если она не видела его уже несколько лет, это не значит, что его не видел господин Хокаге. «Ты точно его жена?» Она не смогла этого перенести. Накричала на дочь, испугала её, не сдержалась. Одно дело, когда сама сомневаешься, душишь все мысли, проскальзывающие в голове. Другое же, когда это видят другие. Болезненно закололо в груди, похолодело как в Юкигакуре. Тяжело и больно. Сильнейшая куноичи не должна плакать, говорила она сама себе. Она должна биться до конца, сражаться достойно, держать себя в руках. «Доказательство этой связи ты, Сарада.» И в это верит не только их дочь, но и она сама. Она слишком долго играла этот спектакль, декорации и актёры слишком хороши, а реплики и сюжеты въелись в её сознание. Она —Сакура Учиха. Мать Сарады и жена Саске. Он любит её. Любит, любит… Легче поверить, чем терпеть всё это.