Instead Of A Killer Whale

— Чонгук~и, — Тэ ласково убрал прядь чёрных, с фиолетовым блеском, волос за ухо спящего. — Просыпайся, зайка. — Зайка? — Чонгук сонно приоткрыл глаза и улыбнулся. — Почему зайка? — Ты улыбаешься, как кролик. — А ты как тигр. Ты меня съешь? — Чон улыбнулся шире и лёг на спину. — Зачем это? Нет уж. Давай ты будешь моим зайкой? Повторяй: я… — Я. — Люблю… — Люблю. — Тебя. — Тебя. — А теперь сам. — Я… /краснь/ — Хорошо, я и так понял.       Тэхён чмокнул Гука в висок и крепко обнял со спины. — Я правда… влюбился, — прошептал он на самое ушко Чону. — По самые жабры. В тебя. — Я… я тоже, Тэ. — Как здорово, что всё взаимно… Ты не голоден? Пойдём, научу рыбок ловить.       Парни погрузились в воду и покинули пещеру, а крошечная девочка, с голубой кожей, счастливо вздохнула. Истории любви — её слабость, а тут прям под боком новая парочка нарисовалась, не счастье ли? Для Пам — да, а для Тэ и Гука — тем более.

***

      Юнги осматривал границу Начкоа Пам-и Сам. Сильная магия не пускает бури к острову, но барьер, периодически, приходится освобождать от разного мусора, чтобы открывать путь морским существам в другие места. Конечно, мерман не один, а с отрядом других русалов, «чудовищ» и драконов.       Плач… Тонкий, тихий, прерывающийся плач заставил Юи сначала замереть на месте, а потом со скоростью самонаводящейся ракеты рвануть на звук. С наружней стороны границы, он увидел большое ведро, присыпанное песком. Неподалёку от ведра были заросли водорослей, довольно потрёпанных и рваных. Не штормом. Русал подплыл к зарослям и увидел в чаще розоватый, чешуйчатый хвост, принадлежащий определённо русалке. Хвостовой плавник изодран в клочья. Чешуя ранена во многих местах и кровоточит. Густой багровый туман. Русалка мертва.       Плыть дальше Юнги просто боится. Банально боится. Он, жестокий хищник, боится. Не хочет смотреть на истерзанное морем, а потом акулами, тело. Писк из-под ведра вернул Юнги к жизни.       Маленький, еле разлепивший глазки, малёк, при виде большого и страшного мермана со светящимися глазами прижимается ко дну опрокинутого ведра. — Не бойся, крошка, — как можно мягче бормочет Юи. Голос у него низкий, грубый, поэтому мерман не уверен, что малыш ему доверится. — Я отведу тебя к родным.       К родным… Юнги нужно только узнать род этого малыша и взрослый русал наверняка отыщет русалок той же семьи, тех, кто позаботятся о новом родственнике. — Не бойся. Русалёнок поднимает на него взгляд тёмно-синий глаз, пару раз толкает воду чёрным хвостом, подбираясь ближе, и останавливается над ладонями старшего. Тот, простым и ласковым жестом, гладит крошку по серо-синим волосам. Малыш успокаивается и закрывает глазки, ластясь. Как бы, невзначай, Юи прибирает большим пальцем волосы за ушком малька и видит метку, к счастью, целиком появившуюся. Завиток с длинным хвостом и волна под ним. — Ты из рода Бури? — улыбается русал. — Какая злая ирония… Та же сила, которая будет в будущем беречь малыша, погубила его мать. Чем кроха заслужил такое? — Юнги!.. — Юнги!.. — Я здесь!       Мерман спешит к остальным. — Кто это с тобой? — Нет времени объяснять. Где сейчас все русалки? — У Каменного Пляжа. — Спасибо. Простите парни, я сейчас не могу вам помочь. За границей, в водорослях, лежит русалка. Мёртвая. Это её сын, я должен найти его родных. Пожалуйста, похороните его мать. — Хорошо. Удачи.       Юи умеет плавать быстро. При желании, обгонит дракона, не говоря уже о других русалах или морских чудовищах. Судьба сопутствует ему и русалки находятся на том пляже. — Пожалуйста! Нуны! Есть среди вас буревестница? Девушки шумно переговариваются, а потом к мерману приближается русалка с сиреневой чешуёй. — Я, — настороженно произносит она. — А что тебе от меня нужно? — Да… вот. Юнги раскрывает ладони и показывает ей малыша. — Его мать погибла. Он — маленький буревестник. — Ох, — на лице русалки отразилась вся гамма печали и сострадания, — Господи… Какого цвета были её хвост и волосы? — Я не видел волосы, а хвост… то, что от него осталось… был светло-розовым. — Бедняжка… Иди ко мне, малыш. Русалёнок, почувствовав в ней близкую душу, сразу приблизился и попал в объятия. — Спасибо, — русалка улыбнулась. — Юи, верно? — Да. Счастливо. Мерман помахал на прощание и поплыл к Чимину. Ему не хотелось присутствовать на похоронах несчастной.