Я ищу высокое здание

      Дни шли настолько быстро, что Антон не успел заметить, как ушла зима, предоставляя место весне, которая до ужаса бесила его. Ведь на снегу не поваляешься, в снежки не сыграешь, заболеть сложнее, если нужно прогулять школу. Смотри в окно и любуйся грязью на земле, расцветающими подснежниками и сюрпризами от уличных животных. И смотри не сдохни от холода, потому что единственное, что осталось от февраля — это его погода, минусовая температура, которая казалось только и шла вниз, ибо холодно везде. А отопление как на зло выключили!       Про ту встречу с тем самым мужчиной в парке Антон Диме решил пока что не рассказывать. Рассказывать было нечего. Он ведь даже не узнал, кто это и как его зовут.       Менялось все вокруг, кроме людей. Дима решился парить на постоянке, Ирина Михайловна всё ещё флиртовала, бабушка уговаривала сходить к психологу, а мама всё также забивала на него. А вот отец на удивление изменился. Как-то так получилось, что он просто перестал его ругать, оскорблять и забирать его вещи. Он просто приходил с работы и всё. Сказать, что Антон ахуел от такого поведения — это ничего не сказать. Видимо бабушка провела хороший разговор, что её сынок стал таким… пофигистичным? Возможно в какой то степени это и хорошо. Антон придет позже обычного и пизды ему не вставят. Но что то ему подсказывало, что если случается что-то хорошее — вскоре жди плохого.       Школа продолжала существовать, а за ней усталость, утренний подъем, гребанная домашка и листок с номером учителя, на который кое-кто так и не позвонил.       «Сколько я уже тяну это? Соберись, Антон, просто возьми и позвони ей, спроси про занятие и забудь как страшный сон.»       Звонок кому-то — это был подвиг парня, он всегда писал, и не потому что боялся помешать, разбудить или потревожить, а потому что просто не мог. Звонил он обычно только кому-то из близких — маме, папе, бабушке, Диме иногда. Что уж говорить про учителя. Досчитав до трёх, Антон взял в руки телефон… Нажав на кнопку вызова, его неожиданно дернуло и парень сбросил.       «А вдруг занята, учитель ведь, много работы, все дела?»       Загнать себя в какую-то хрень до дрожи в пальцах для Антона было плёвое дело, а позвонить блять учителю — было что-то невозможное.       «Да, да. Оправдывайся. Тем более ты по делу звонишь, а не играть в кс.»       Поговорить с собой вообще дело любимое. А позвонить все ещё было сложно.       Так и не решившись набрать ещё раз, Антон принял решение просто напечатать сообщение. Так будет удобнее и проще.       «Слабак ты Антон, натуральный слабак.»       Поскольку сообщение адресуется не какому-то другу, писать нужно с уважением и желательно без ошибок.       «Добрый день! Я Антон Шастун, ученик 10 «А» класса, хотел бы спросить у вас насчёт дополнительного занятия, прошло просто много времени, а ничего так и не известно. Буду ждать вашего ответа.»       «Ебать ты конечно грамотей, классуха бы заценила.»       Отправив написанное, Антон выключил телефон, понимая, что каждый учитель отвечает дай бог через час, если не через день. Выйдя из комнаты на кухню за чаем, парень вернулся к столу, что бы начать делать уроки. И биологию.       «Когда-нибудь меня уже начнёт тошнить от этого предмета.» Слушать музыку во время домашки — очень классная затея. Ты расслаблен и в то же время сконцентрирован. Тебе никто не орет в ухо, ведь ты слушаешь классный и позитивный текст. Ты не слышишь крики родителей, потому что в ушах успокаивающая мелодия.       Закончив делать письменное, Антон потянулся к устной части — биология. Он никогда не любил этот предмет, но и самым худшим назвать не мог. Ему нужно знать и сдавать этот предмет, а значит хочешь — не хочешь — учи. По началу было интересно, но когда «Окружающий мир» закончился и начался пятый класс, интерес уменьшился, потому что появилось много «воды». А в десятом классе вообще «болото».       Только Антон открыл учебник, ему пришло смс: «Здравствуй, Антон. Дата начала занятий ещё не известна, поэтому завтра на уроке обсудим. Сейчас я просто добавлю тебя в группу доп. уроков ;)» — Можно вопрос? — спросив в тишину — Когда учителя стали писать со смайликами? Или у меня эксклюзив?       Написав короткое и ёмкое «ок», парень моментально закрыл учебник, сейчас он его до безумия бесил.       «Что за палитра эмоций?»       Сейчас его бесило всё, абсолютно всё.       Телефон, сообщение, уроки, учебник, стол, музыка. Злости не было предела, хотелось разбить, накричать, ударить, сломать что-то, но в рукаи и на глаза ничего не попадалось. Разум работал и многие вещи было жалко портить. Заметив ручку, выпирающую из пенала, Антон моментально сломал ее по частям, понимая, что писать больше нечем.       «Похуй.»       Если бы сейчас в комнате кто-то бы был — была бы пизда. Антон поделился бы всем своим словарным запасом и возможно показал бы парочку ударов, потому что кулаки чесались неимоверно.       «И все из-за смайла? Блять, ты серьезно? Ты бешенный, ты просто блять бешенный. Никого не напоминает?»       Бесить самого себя? Что-то новенькое. Когда он успел стать таким же как его отец? Сейчас он не боится никого, ведь он знает всех. Антон боится себя. Он не знает, что сейчас произойдёт, он не знает на что он способен, он не знает о себе ничего. Понимая, что он ведёт себя как его отец, на щеках выступили слёзы, которые скрыть было невозможно. Хочется спрятаться от себя, не слышать себя, не чувствовать. Закрывшись от мира, парень закрыл глаза, дабы переварить ситуацию.       «Ты только что был нормальным и спокойным, когда ты успел стать злым? Когда ты начал боятся? Почему ты плачешь? Что происходит?»       Руки перестали быть управляемыми настолько, что отпить из кружки глоток чая было очень трудно. Не понимая себя, Антон кинулся в постель, с музыкой, он надеется, что сейчас он снова улетит и все будет хорошо. В другом мире всегда хорошо.       В ушах играла «Думай позитивно». Парню как никогда казалось, что музыка знает, что происходит, и, что нужно включать. Ты живёшь, с тобой все хорошо, ты психически уравновешен, но в какой-то момент ты узнаешь о том, о чем знать нельзя, и ты ломаешься.       В голове было настолько запутанно, что улететь не получалось, мозг вечно был против него и давал ему воспоминания, произошедшие пару минут назад.

***

— Тоха! Ты биологию ведь читаешь? — Обижаешь. — с ухмылкой ответил Антон, вытягивая все нужное к предмету. — Я короче в кс рубился, утром по фасту что-то скатал, а это — указывая головой на учебник — не успел, слишком много. — Я сам вчера не дочитал. Да забей, все норм будет.       Учитель зашёл по звонку в кабинет, осматривая класс, остановив свой взгляд на Антоне, она улыбнулась.       «Че бля? Ты мне ещё подмигни.»       Возможно это никто не заметил и сам учитель просто улыбнулся и даже не ему. Урок шёл вполне нормально, но Антону было очень не приятно здесь находится. Возможно ему уже настолько все казалось странным и вызывающим, но и одежда учителя не была совсем одеждой для работающего в таком месте человека. Обычно это был бежевый пиджак, белая блузка и чёрные брюки. Сейчас же это была обтягивающая тёмная юбка, немного прозрачная блузка, прикрытая лёгкой красной накидкой. Внутри кипела злость. Он ничего не понимал, но хотел просто уйти. Учитель вела предмет вполне хорошо, задавала вопросы на счёт параграфа, говорила, что конспектировать в тетрадь и продолжала смотреть на Антона, только ему и улыбаясь.       «Антон, ты параноик. Ей и посмотреть на тебя нельзя? Дохуя дорогой для её взгляда?»       Выслушать критику от себя же было плохой идеей. Злость настолько захватила его тело, что парень не заметил, как сжал зубы, как взгляд был настолько ужасающим, что каждого довёл бы до испуга. Антон очнулся только от подозрительного хруста в руках. — Чел. Все норм? Нахер карандаш сломал, одного мало? — если бы Дима понимал степень всего происходящего…       В руках был разломленный карандаш, что неаккуратно поломался на пополам. — Так удобнее. — прошептал Антон.       Вылетев из класса, парень побежал в туалет, там спокойнее, там никто не раздражает. Ополоснув себя холодной водой, Антон отошёл от раковины. Прижавшись к стене, он сполз к полу, что был неимоверно холодным из-за открытого окна. Просидев так минут пять, шатен вернулся обратно. Он не зол, не весел, он не пофигист и он не плакал. Он где-то не здесь, в своих мыслях. Он спокойный, как всегда. — О, ты вовремя пришёл. — Дима пододвинулся поближе к другу. — Сказали презентацию делать. — Бля, а у меня компа нет. — вытягивая руку. — Ты куда? — опуская резко руку парня. — У меня компьютера нет, делать не на чем. — из-за того, что телефон был отдан досрочно, комп решили задержать ещё на недельку. — Ты головой подумай. — вытягивая руку сказал Дима — Она тебя заставит к информатичке сходить и на ее компах делать, а тут мы можем вместе. Быстрее. Веселее и лучше. — Да, Дим? — повернулась учительница, замечая, как поверх руки Антона лежит рука его одноклассника. — А можно сделать общую работу? — Можно, но тогда сделайте больше информации, а самое главное нужную, — отметила она. — выслушивать бред, который и так каждый раз слышу с одного и того же сайта не буду.       Урок шёл к концу, и, каждый потихоньку собирал свои вещи, потому что следующим физ-ра, а значит можно пойти домой или просто быстрее переодеться, чтобы не толпится в и так небольшой раздевалке.       Звонок прозвенел и через пару секунд кроме Антона и ждущего Димы в классе не было. — Антон, сегодня у меня нашёлся свободный час, поэтому после следующего урока у меня, в «41» кабинете. — учитель улыбнулась ученику и вышла из класса, оставляя за собой удаляющийся звук каблуков.       Урок физкультуры был у всех, кроме Антона. Так уж получилось, что охранник был на посту и никого не пустил, а он везунчик. Чтобы опять не сдохнуть на уроке, бабушка дала ему маленький отгул, поэтому Антон сидел в раздевалке и ждал начала дополнительных. Музыка стала очень важна в его жизни, поэтому и сейчас обойтись без неё не мог.       «Пока есть время, нужно поговорить самим с собой и попытаться понять, что происходит.»       «Что было вчера вечером? Я не знаю, меня взбесило то, что со мной разговаривает так учитель, она со мной флиртует! А ты уверен, что она флиртует? Может у неё такая манера общения! А ты не задумывался, что ты так к ней негативно относишься, когда она тебе ничего не сделала. Все завидуют тебе, что ты единственный, кто получает такие поблажки с ее стороны, завышенные оценки, ее улыбки. Ты любимчик, пользуйся! Не изнасилует ведь она тебя! Хорошо, это ещё ничего, что с тобой в остальном? Почему ты постепенно превращаешься в того Антона из прошлого года? Всё же хорошо, а сейчас особенно.»       «Я был тогда без эмоций, совсем, я улыбался через силу в школе, а дома вообще не разговаривал даже. Сейчас ведь все по другому. Нет, Антон, тебе напомнить твою палитру эмоций, что была вчера? Я давно ничего не показывал, вот и вырвалось из меня, разве я виноват? Тогда нужно показывать себя! А ты только и делаешь, что ковыряешь стол на уроках и слушаешь дома музыку. Показывай себя, проявляй себя. Даже если один, даже если в одиночку, похуй. Возможно и так. Хотя у тебя есть друг Дима, вы вообще в последнее время не общались, ничего не делали, не смеялись. Ты только и делаешь, что плачешь и злишься. Вспомни себя в прошлом! Ты заметил в кого ты превратился? Ты стал нытиком, слабаком и параноиком. Поздравляю!»       Возможно у Антона было бы больше времени заняться самокопанием, но урок прошёл, а значит пора сваливать. — Тоха! Стой! — подбежал Дима, он был красным как помидор, это веселило парня. — Да вытащи свои наушники! — Чего? — выключая мелодию. Он никого не слышал даже не потому что играла музыка, а потому что он был опять в себе. «Не опять, а снова.» — Я пошёл домой, куплю нам хавку, будем презентацию делать и веселится. Согласен? — Да, конечно, я скоро буду. Пока. — разворачиваясь на пятках в сторону кабинета, Антон удалился.       Как назло спортивный зал был на первом этаже, а кабинет был на четвёртом. На всякий случай взяв из рюкзака запасную тетрадку и учебник, парень постучался. — Входите!       В кабинете было пусто, был только учитель, погружённый в стопки бумаг.

***

«Наверное ты первый пришёл, потому что недавно кончился урок?» — Присаживайся, Тош. — Да, конечно.       «Чего блять?! Тоша? Меня так мама никогда не называла. Уже не было злости, что появляется только об упоминании преподавательницы, сейчас появился страх, недопонимание, переживание. Сейчас тебя одноклассник не закроет своей спиной, выйти из кабинета не сможешь, а если опять что-нибудь сломаешь, все будет слышно.»       «Так, соберись. Все нормально! Это просто урок, сейчас все будут!» — А когда все придут? — Давай подождём ещё пару минут, эти выпускники всегда опаздывают. — учительница улыбалась, продолжая смотреть куда-то то в тетради. — Хорошо, а сколько будет идти занятие? — Смотря, как быстро управимся, но мне кажется недолго.       Либо интуиция барахлит, либо говорит все верно. Сейчас будет что-то плохое.       Учитель резко встал со стула, а Антон, который опять накрутил себя до безумия, чуть ли не подпрыгнул от испуга. — Ты весь дрожишь, что-то случилось? — движения учителя были такие медленные и плавные, что парень готов поспорить, что она изображала кошку. — Нет, все хорошо.       Та накидка, что была на плечах женщины, постепенно начала спускаться, открывая белоснежную блузку, под которой можно было увидеть тело учителя. Ловко забирая в руки красную ткань, она подошёл ближе к Антону. — Мне кажется нам это не нужно. — скидывая все вещи парня на пол, учитель нагнулся к ученику, слегка показывая свою грудь. — Что… что происходит? — шатена конкретно потряхивало и голос был не исключением, а преподавательница все также была спокойна, она говорила тихо и четко, ее голос ласкал уши, но на Антона это не срабатывало. — Встань. Буду спрашивать тебя по теме.       Неуклюже встав со стула, парень подошёл к доске. Сердце билось бешено, он не хотел верить в то, что он придумал. — Почему ты так дрожишь? — учитель подходил медленно, но верно к нему, в руке она держала эту накидку, она точно что-то хотела сделать с ней. — Когда все придут? — попытка выдержать свои голосовые связки в норму не удалась. — Не прикидывайся глупеньким, Тош. — учитель распрямила ткань и подошла практически вплотную к парню, обвивая шею платком. — Поизучаем биологию?       Не успев ответить и понять произошедшее, женщина втянула Антона в требовательный поцелуй, полностью прижавшись телом к нему. Из-за каблуков, учитель вполне доставала до его губ своими, а притягивая платком шею Шастуна, целовать было ещё проще.       Антон смотрел в неё с открытыми глазами, наполненными испугом, когда она делала это так спокойно и нежно, не закрывая глаз. Так и не получив ответа на поцелуй, Ирина Михайловна отстранилась, смотря влюблеными и все также спокойными глазами, в них была надежда на взаимность. Улыбка все ещё не спадала с лица, она вела себя так, будто ничего и не произошло. Учительница отпустила его шею, дав парню свободу, и он, воспользовавшись моментом схватил все свои вещи и выбежал из кабинета.       Спотыкаясь о ступеньки, парень спрятался за лестницей, там его не найдут, не заметят, не тронут.       Он ничего не понимал, эмоции контролировать было бессмысленно, он не сможет их остановить.       «Что делать? Куда идти?»       Вспомнив о бабушке, которая всегда помогала ему во всех проблемах, он уже был готов подорваться и бежать к ней за очередной помощью.       «Нет! Она тебя к психологу отведет! Сколько раз тебя просила, думаешь сейчас не скажет?»       Больше помощников нет, но есть лучший друг, а он в беде не бросит, ведь так? — Дим, — говорить было очень сложно, когда ты в истерике и перестать рыдать невозможно. — Что случилось? Ты плачешь? Ты где? — голос был волнующимся, Дима услышал всхлипы Антона. — Я в школе. — Ты был на биологии? — Был. — Что случилось? — Она меня поцеловала. Она меня обманула. Я… я не знаю, что делать. — глаза бегали, они искали ответ на это, они не знали что делать. — Иди к бабушке, она успокоит, расскажи ей. — Она поведёт меня к психологу. Я не хочу. — Антон! Тебе он нужен! Ты в последнее время сам не свой, а сейчас ты вообще как не знаю кто по голосу. Тебе нужно идти к ней. — Угу. — Антон бросил трубку, он согласен на все, но идти куда-то и выслушивать какие-то тупые вопросы и говорить, на что похоже чёрное пятно не хотелось.       Но если уже говорят все, значит надо.       Постучавшись в дверь, ему сразу же открыли её, в проеме была женщина в куртке и шапке, видимо уже хотела уходить. — Антон! Что с тобой?! — это был потрёпанный подросток, волосы были перепутаны, на щеках текли слёзы, глаза наполнены испугом, кричащие о помощи, а на губах отметина от помады. — Я… меня… — Идём к психологу. — взяв за руку внука, она вышла с ним из комнаты — Это не обсуждается! — Антон не сопротивлялся, он знал, что так и будет.       Дошли они достаточно быстро, кабинет был практически соседним.       «Школьный психолог». Как давно эта табличка висит? Антон впервые её видит. — Арсений Сергеевич! У нас тут потерпевший! — Добрый день. Заходи… — спрашивая имя. — Антон Шастун — ответила женщина — думаю, вы и без меня тут справитесь, я пошла, до свидания! — Ну что ж, что у тебя случилось? — не услышав ответа, мужчина принёс таблетку и стакан воды. — Я подожду, будет лучше, когда ты успокоишься.       Антон не скажет, сколько прошло времени с того выпитого стакана.       Он смотрел в пол и даже не видел, кто с ним говорит. Всё это время парень пытался сконцентрироваться на своих мыслях и привести их в порядок. — Вижу ты успокоился, ты сможешь сказать, что случилось? — Ко мне приставала учительница по биологии.       Психолог молчал некоторое время, погружённый в мысли, и чуть погодя ответил: — Значит на более молодых потянуло, ох уж эта Ира, сука.