Белые лилии, красная кровь

— А-а-ах… — тихо выдохнул Драко, насаживаясь на член Поттера. Они сидели в ванной старост на пятом этаже. Из нескольких кранов сразу текла вода, создавая горы пены и мыльных пузырей. Гарри внимательно наблюдал, как привстает и снова опускается на его член блондин. Красивое зрелище, но альфе отчасти было обидно — вряд ли Драко запомнит хоть что-то из того, что он вытворял, скача на Поттере. — Гарри, — прошептал Малфой, смотря затуманенными глазами на брюнета. Он ласково приблизил лицо Гарри к себе, целуя. Поттер улыбнулся в губы блондина. Как же прекрасен был сейчас его омега — зацелованные губы, укусы, красующиеся в самых неожиданных местах, опухшая, вибрирующая звёздочка сфинктера… Идёт уже третий день течки, скоро все закончится. Но в отличие от Драко, Гарри помнил каждый из них — он выкручивался, как мог, ища уединенные места для них в перерывах между приступами у Малфоя. Как ни странно ни друзья, ни знакомые не искали их. Только к Дамблдору пришлось быстро наведаться. — Гар-р-ри… — прорычал Драко. Довольно тонко и совсем не похоже на рык альфы — попытка Малфоя насмешила гриффиндорца. Но Драко этого не заметил, он вообще мало что замечал последние три дня, концентрируя все свое внимание на поступательных движениях Поттера. Омеги… В течку они совершенно меняются, и, возможно, так даже лучше. — Гарри… — стон слизеринца сквозил болью, перемешанной с наслаждением. Слезы покатились из серых глаз. — Больно. Мне больно… — Что у тебя болит? — спокойно спросил Поттер, мягко улыбаясь. Хотя он почувствовал некоторое беспокойство, ведь он сейчас ответственный за состояние блондина. Драко не ответил на вопрос, сильнее зажмуриваясь. Он положил свою голову на плечо Гарри, прикусывая загривок альфы. Поттер вздрогнул. — Драко? — боль в шее усилилась. Маленькие, неострые клыки прокусили кожу — Малфой почувствовал кровь на языке. — Драко! — Гарри было больно, Драко — приятно. Возможно, кусая Поттера, причиняя ему боль, он пытался заглушить свою. Ужасно приятно. Солёная кровь, испачкавшая его клыки, язык и губы, и невыносимая боль в предплечье — Драко чувствовал очень много и очень ярко в один момент. Малфой потерял сознание, кончая. Гарри осознал это, только когда омежьи зубы перестали сдавливать его загривок, а обладатель этих зубов безвольно повис на теле Поттера. Блондин тихо, неровно дышал, срываясь на стоны. Из закрытых глаз все еще текли слезы, парень просто горел, не переставая дрожать. Гарри заволновался. — Драко, — он встряхнул омегу в своих руках. — Что с тобой? — взгляд Поттера упал на предплечье Малфоя — Тёмная метка как будто пульсировала, сужаясь и расширяясь. Чёрная змея яростно оголяла ядовитые зубы, петляя по руке Драко. Это точно не ее нормальное состояние. — Гарри… — альфа вздрогнул, вернув нахмуренный взгляд к лицу Малфоя. Серые глаза неотрывно смотрели на него из-под опущенных век. — Он зовет. — Он? — дурацкий вопрос. Он просто сорвался с губ Поттера, хотя и был лишним — Гарри и сам все понял. Губы Драко скривились, из прищуренных глаз с новой силой потекли слезы, но взгляда от гриффиндорца он так и не оторвал. — Не бойся, — быстро попросил Гарри. — Не бойся, я не отдам тебя никому. — Но мне больно, — Малфой наконец зажмурился, освобождая Гарри от груза своего взгляда. — Не плачь, я сейчас… — Поттер быстро вытер слезы с мокрых щёк блондина и тут же вылез из ванной, вытаскивая и Драко. Он завернул омегу в большую простынь и начал сразу же натягивать на себя одежду. Гарри понимал, что с каждой упущенной секундой Малфою становится все больнее. Прижав Драко к груди, как маленького ребенка, Гарри, чуть не переходя на бег, направился к кабинету директора. — Чш… — успокаивающе поглаживая блондинистые волосы, прошептал Поттер. — Я знаю один секретный проход… Мы быстро доберёмся до Дамблдора.

***

— Директор! — выкрикнул Гарри, врываясь в кабинет Дамблдора с Малфоем на руках. — Гарри? — поднял брови старик, не отрывая взгляда от газеты в его руках. — Что-то… Случилось? — замедленно произнес он. — Драко. Темный Лорд вызывает его, — взволнованно ответил Поттер. — Тогда у мистера Малфоя проблемы, — все так же медленно прошептал Дамблдор. Он наконец поднял глаза на Гарри, показывая то, что читал все это время. «ГАРРИ ПОТТЕР И ДРАКО МАЛФОЙ: ПАДЕНИЕ СВЕТА ИЛИ ПРЕДАТЕЛЬСТВО В СТАНЕ ТЬМЫ?» — гласил заголовок Ежедневного Пророка. Гарри похолодел, вся кровь отлила от его лица. — Нам… — он не мог оторвать глаз от статьи. — Нам нужно в Гринготтс! — быстро прошептал гриффиндорец. — Пошлите патронуса Нарциссе Малфой, директор! Она должна уходить из Малфой-менора.

***

— А-а… Б-больно, — хныкал Драко в руках Поттера. Гарри печально рассматривал его бледное, мокрое от пота лицо. Он такой храбрый, такой сильный… Гарри хотелось головой побиться об стену от безысходности — его омега сейчас мучается от боли, а он никак не может это прекратить. — Почему так долго? — резко спросил Поттер запыхавшегося пожилого гоблина. Тот нёс какие-то свитки, баночки, кисти, даже пару ножей. — Я делаю, что могу, — так же раздраженно ответил ему старик. Он был поверенным рода Поттеров. В отдалении от них стоял ещё один гоблин — Блэков — тихо рисуя на полу Ритуального зала какую-то пентаграмму. — Положи его сюда, — сухо произнес он, закончив с рунами. Гоблин указывал в центр нарисованного им круга. — Гарри… Гарри, — стонал Драко в полубессознательном состоянии. Он все никак не хотел разжимать пальцы на рубашке героя. Гарри бы улыбнулся, если бы ситуация не была такой серьёзной. Все же Малфой нуждается в нем, хоть и не признает этого. — Драко, милый, — быстро прошептал Поттер на ухо блондину, отцепляя от себя его руки. — Ты должен лежать спокойно. — Но мне больно, — очень жалобно ответил Малфой. — И я хочу… — он недвусмысленно потерся пахом о ногу Гарри. Альфа вспыхнул — все лицо Поттера до самой шеи было красным, как помидор. Малфой определённо не отвечал за свои действия. В трезвом состоянии он бы ни за что не вёл себя так раскрепощено не то, что при нескольких посторонних лицах, включавших в себя тихо стоящего в отдалении Дамблдора, даже наедине с Гарри. Поттеру очень хотелось забрать Драко, попытаться утешить его, но, чтобы избавить Малфоя от боли, нужно провести ритуал. Гарри неумолимо оторвал Малфоя от себя, прижимая того к полу. — Начинайте, — твердо произнес гриффиндорец. — Гарри!.. Гарри! — задергался в начавшей ярко светиться пентаграмме Драко. Ему было дико страшно. Ему было мучительно больно. И… Конечно, эрекция никуда не делась. Кажется, от таких нагрузок на организм вполне можно умереть. Страх и боль ни капли не помогали вернуть холодный рассудок. Паника накрыла Драко с головой.  — Поттер, остановись! Отпусти меня, мне нужно к Лорду! — во все горло кричал Малфой, пока гоблины раскрашивали его тело рунами. Он сильно бился в руках гриффиндорца, по неосторожности причиняя себе вред — его взмокший от пота затылок часто бился о твердый пол, запястья, живот и бедра покрылись синяками от пальцев героя. Выдернув руки из захвата Гарри, Драко быстро перевернулся на живот, отталкивая от себя когтистые лапы гоблинов. Пытаясь удержать Малфоя на месте, Гарри случайно задел его локтем. Из носа блондина тут же потекла кровь — Поттер прикусил губу, сожалея, но не прекратил бороться со слизеринцем.  — Я должен идти, он убьёт меня! — слезы попадали в рот, заливали уши блондина, из носа текла кровавая слизь, все лицо было перепачкано ей. Гарри поморщился, со всей силы прижимая плечи Малфоя к полу. Драко вскрикнул от боли и наконец перестал вырываться. Все это время один гоблин читал распевный текст на неизвестном Гарри языке, другой продолжал проводить двумя пальцами — средним и указательным — по телу омеги, рисуя чёрные линии и узоры. Из глаз Драко все так же лились слезы — наверное, он в жизни не плакал так много, как за последние три дня. Его веки опухли и покраснели, щеки неприятно пекло — соленые слезы сильно раздражали непривыкшую кожу, мокрые губы дрожали. Малфой делал судорожные вдохи, дыша сбито и неровно. — Хватит, Гарри, — шептал он. — Не получится, ничего не получится… Отпустите… Поттер… Никто и не думал останавливаться. Только Гарри отвернулся в сторону, не имея сил смотреть в глаза рыдающему, дрожащему Малфою. — А-а-а-а!!! — ужасный крик Драко разорвал тяжёлую тишину. Грудь Малфоя выгнуло колесом, широко распахнутые серые глаза невидяще смотрели в потолок. Руки скребли по полу скрюченными пальцами, ломая короткие ногти. — Что с ним?.. — испуганно спросил Гарри у таких же опешивших гоблинов. Те неосознанно отдалились от кричащего, расцарапывающего метку блондина. — Не знаю, — ответил один. — Что-то идёт не так. Ритуал не должен быть таким болезненным… — А-а-аргх!!! — ещё один хриплый стон. Гарри нервно выкрикнул: — Сделайте что-нибудь! — он хотел вцепиться в читающего заклятие поверенного. — Замолчите! — Стой ты! — окрикнул его другой гоблин, схватив за локоть. — Смотри, — он указал на предплечье Драко. Тёмная метка менялась. Змея медленно теряла свои очертания, приобретая новую форму. Гарри во все глаза рассматривал метку Малфоя. — Г-гарри, больно! Больно!!! — крупные слезы катились из серых глаз Драко. — Тише-тише… — Гарри ласково улыбнулся блондину, сжимая в кулаки дрожащие пальцы. Он напряженно всматривался в магическую татуировку Малфоя, затем перевел взгляд выше, на бледное лицо Драко. — Метка Волдеморта меняется, скоро все закончится, — смотря в глаза Гарри, Драко приподнял дрожащие уголки губ. Скоро все закончится… Надо только потерпеть. — Ы-а-а!.. — крик все же прорвался сквозь его сжатые зубы. Он правда пытался сдерживаться, но слезы не останавливались, молчать не получалось. — А-кха!.. — рот и подбородок Малфоя испачкались в крови из прокушенного языка. В кровавой, мучительной улыбке растянулись губы блондина — он чувствовал, как очень медленно, но все же уменьшается боль. Судороги разрядами проходились по его телу, выбивая из него дрожь. Драко слабо повернул голову вбок, смотря на свое предплечье. Лилии… Он улыбнулся. Тонкий, чёрный стебель перечерчивал его руку. По сторонам от него распустилась пара крупных бутонов. — Красиво, — тихо произнес он. Драко и не думал, что у Поттеров такой миловидный герб*. — Ты молодец, — слабо улыбнувшись, Гарри устало выдохнул и аккуратно приподнял Малфоя. Закутал во все ту же простынь и поднял на руки. Пальцы Драко ещё дрожали, конечности, казалось, налились свинцом, но это были только отголоски пережитой боли. Драко устало закрыл глаза. Он выжил, он смог... Как же приятно было не ощущать сильнейшую, буквально выжигающую его сознание боль. — Ты молодец... — повторил Поттер, заботливо поправив волосы Драко. — Такой сильный, такой храбрый... — Гарри наклонился ближе, к самым губам слизеринца, тихо выдохнув в них: — Люблю тебя, — но Малфой уже не слышал его. Он, наконец, забылся глубоким, здоровым сном.