I stay up all night

      Ночь — прекрасное время суток. Хюррем стояла на балконе, смотря на яркие звёзды. Который день её мучает бессонница одному Аллаху известно. Вдыхая прохладный воздух она думала о свой причине инсомнии. И это был вовсе не Султан. Она больше не любила его, в её сердце нет ему места. Её мысли прервала служанка. — Госпожа, Хатидже Султан пришла. — Проси, — бросила рыжеволосая, не поворачиваясь. Служанка ушла.       Услышав легкие шаги Хюррем обернулась. Перед ней стояла причина её бессонницы в бордовый платье с распущенными волосами. Хатидже улыбалась. — Госпожа, — жена Султана поклонилась. — Что Вас привело ко мне в столь поздний час? У Вас что-то случилось? — сухо спросила рыжеволосая. На что кареглазая закатила глаза. — Хюррем, ты серьёзно всё ещё обижаешься на меня? — Да, госпожа. Это была самая ужасная шутка за всю мою жизнь. Даже, когда Сулейман дал мне выпить яд, — Хюррем показала в воздухе кавычки, — было не так обидно. Я, конечно, понимаю, что Вам было весело, но надо было думать о последствиях. Да и я на самом деле беса гоню. — Прости, я на самом деле не… Стоп, что? Ты меня всё это время наёбывала? — Какие выражения, Хатидже. Мне, безусловно, до твоего уровня наёбывания далеко, но всё же. — Ах, ты сучка, ну-ну я запомнила. — Давай на листочек лучше запишу, вдруг забудешь. — Отстань.       Девушки рассмеялись. Хюррем подошла к Хатидже и обняла её за шею, утыкаясь куда-то в плечо. Они чувствовали то тепло, которого им так не хватало. — Ты не ответила на мой вопрос. Почему ты пришла ко мне так поздно? Что-то случилось? — Нет повода для беспокойства, мне просто не спится. А ты? Почему ты не спишь? — В полночь вселенная пахнет звёздами, а также ночь — это прекрасное время для того, чтобы разобраться в себе. — Ну и который день ты в себе разбираешься, милая? — Да чёрт его знает. Но одно я знаю точно. Я даже не знаю, как это выразить словами. Я попытаюсь тебе это объяснить, но мне нужно время. — Конечно.       Некоторое время они простояли в уютной тишине. Пока Хюррем собиралась с мыслями, Хатидже смотрела на звёзды, гадая что же хочет ей сказать голубоглазая. Спустя какое-то время рыжеволосая нарушила тишину. — В общем, первое, что ты должна знать я больше не люблю Сулеймана, а второе, дорогая, я по уши в тебя влюблена, я всё понимаю, это звучит так глупо, но это так. Прости. — За что ты извиняешься? За то, что у тебя есть чувства ко мне? Чувства, которые взаимны.       Хюррем подняла голову и посмотрела в глаза девушке, ища какой-то подвох. Но глаза напротив были чисты, как воды Босфора. Глаза, которые светились от счастья и любви. Хатидже подошла к ней и обняла так крепко, как мама обнимает своё дитя. Эти объятия были такими нужными для каждой из них. — Могу ли я тебя поцеловать? — робко спросила Хюррем. Ответом послужили застенчивая улыбка и утвердительный кивок. Она осторожно отодвинула прядь непослушных волос, которые падали на глаза, заставляя сердце забиться в бешеном ритме. Её руки переместились на щёки, которые горели огнём. Последний раз Хюррем посмотрела в глаза Хатидже и прильнула к таким желанным губам. Руки Хатидже блуждали по спине рыжеволосой, иногда зарываясь в волосы. Кареглазая боялась отстранится и открыть глаза, боялась, что всё это неправда. Медленно отстранившись, Хюррем прижала к себе Хатидже. — I stay up all night, — начала петь рыжая. — Tell myself I'm alright, — продолжила шатенка. — Baby, you're just harder to see than most — I put the record on — Wait 'til I hear our song — Every night I'm dancing with your ghost — Every night I'm dancing with your ghost — Every night I'm dancing with your ghost*, — последняя строчка была пропета в унисон. Хатидже стала замечать, что Хюррем засыпает. Она провела по щеке тыльной стороной ладони и, глядя в глаза, сказала: - Мне кажется пора уже идти в покои, ты устала и засыпаешь. - Нет, Хатидже, со мной всё хорошо, я хочу побыть с тобой. - Ну я же вижу, пошли я буду рядом, обещаю, - Хатидже поцеловала девушку в лоб и, приобнимая за талию, повела в покои. Уложив мать наследников на кровать, сестра Султана накрыла её одеялом и села рядом, поглаживая по голове. Хюррем перехватила её руку, толкая на кровать, накрыла её и себе одеялом, прижимая Хатидже к себе, она в полудрёме прошептала: - Моя королева подарила мне сон. Дорогая, по уши в тебя влюблена. Я буду оберегать твой сон, милая. - Я люблю тебя, мой ангел хранитель.