Раскаяние

Холодный ветер дует в лицо, не позволяя открыть глаза полностью, лишь прижимать поближе свой шарф, следом садясь на землю, склоняя голову с блондинистыми волосами вниз, пока первая слеза катиться вниз. Кирилл достает свой телефон из кармана, заходя в мессенджер, находя подходящий контакт, и начинает писать. "Твоя кожа всегда была настолько субтильна, что я боялся прикоснуться к тебе каждый раз как только видел. Было страшно. Действительно страшно от той мысли, что я мог сломать тебя, так и не узнав до конца". Сообщение не доставляется. Они никогда не доходят до адресата. "Я не хотел её убивать. Правда не хотел. Я просто хотел привлечь твоё внимание и не знал как. Я сожалею. Действительно сожалею. Я виню себя до сих пор, пусть и прошло уже больше двух лет". Это действительно была лишь ошибка. Он хотел привлечь внимание такого милого мальчика, которого однажды заметил на детской площадке с девочкой, сидящей на его коленях, что понял абсолютно сразу – он его любовь. Гречкин даже план продумал – "случайно" задеть девочку, извиниться, выплатить компенсацию, познакомиться поближе с тем парнем и пригласить его следом на свидание. План был идеальным, как ему тогда казалось... "Прости меня. Умоляю, прости. Я действительно раскаиваюсь. Я ведь пытался извиниться, пытался загладить свою вину. Но видимо груз на твоих плечах был слишком тяжёлый, и ты сломался. Как только я увидел твоё мёртвое тело, висящее на дереве возле моего дома, моё сердце разбилось навсегда. Только тогда я по-настоящему осознал, как я сломал тебя. Насколько, сука, сильно". Он и до этого пытался сделать хоть что-то, чтобы облегчить жизнь Лёши. Пытался платить деньги, оплатил нормальные похороны, и даже по просьбе Грома сделал так, что на них мог присутствовать только Макаров. Он пытался. "Прости меня. Я ненавижу приходить на эту могилу и прикасаться к надгробью так, будто это твоё нежное лицо. Скоро я сам приду к тебе, и тогда надеюсь ты простишь меня, поняв, что я искренне сожалею". Мужчина встаёт и уходит, перед этим поцеловав фотографию на надгробье в губы, разворачиваясь, обтряхивая грязные колени, направляясь к своей машине, обратно к дому. И вот, он снова достает телефон. "Сообщения не доходят. Номера-то больше не существует". Судорожный вдох. Такой же выдох. "Прости меня, любовь моя. Я просто хотел привлечь твоё внимание, чтобы мы смогли быть вместе". Они наконец подъезжают к дому. Гречкин кивает водителю, следом улыбаясь, а затем совсем тихо говорит «Спасибо». Абсолютно за всё. Пока седой мужчина в шоке смотрит на удаляющуюся фигуру. "Я умру так же, как и ты. Я хочу страдать во время смерти так же, как и ты. Прости меня ещё раз, прошу. Скоро увидимся, милый". Это предпоследнее сообщение, которое отправит блондин. Он знает, на что идёт. И он готов принять свою судьбу. Он заслужил. "Я люблю тебя". Телефон падает на пол, пачкаясь об грязную траву. Капелька дождя попадает прямо на нос Гречкину, пока тот поправляет петлю на шее. — Давай. Всего лишь один шаг. Давай, ты сможешь, — тяжёлый вздох. Руки трясутся и хватаются за верёвку. Страшно почти так же, как и в тот момент, когда он увидел мёртвое тело Макарова. — Ты должен поплатиться за всю ту боль, что причинил. Нога протягивается вперёд. Шаг. Стул падает под ногами бьющегося в агонии тела, пытающегося избавиться от веревки. Пальцы стираются в кровь, которая пропитывает это же самую верёвку, а глаза закатываются, пока лёгкие пытаюсь совершить ещё один, последний вдох. В тот день умер Кирилл Гречкин. Умер так же, как и человек, которого он так сильно полюбил. Которого так сильно сломал. Он поплатился за своё поведение. Теперь он никому не причинит боли.