Mind Game

       Первая вечерняя звезда засияла на небе, скромно выглядывая из-за тучи. Тени причудливо изгибались, пока пламя костра игриво танцевало, облизывая своими языками жарящуюся свинину. Вдалеке, словно скорбя по ушедшему, выли волки. Холодный ветерок пронизывал до костей, заставляя кожу покрываться мурашками, а кроны деревьев мерно покачиваться. Красный лес неприветливо встретил гостя терпким туманом и низкой температурой. Среди секвой, занимавших большую часть леса, изредка проглядывали кусты, еще реже — дохлые елки. В корнях могучих деревьев можно было притаиться на ночлег, и под одним уже был разведен костер.        Скачущие тени не позволяли нормально разглядеть ветхую карту, пропитанную запахом пороха и гари. Но кочевнице это было не так важно, ведь карта была заучена наизусть еще в детстве. Дрожащей рукой она вывела светокамнем тонкий крестик, обозначающий её месторасположение. Впереди нелегкая дорога — путь через горы. Еще раз окинув взглядом карту, щурясь от плохого освещения, девушка дернула головой назад, ударившись о вековой ствол. В обход идти не как: слишком много времени займет дорога. Прикрыв глаза, она вслушалась в шум леса: ветер в кроне, животное в кустах, вороны и волки вдалеке, рык зомби, человеческие шаги... Открыв глаза, она резко выпрямилась, доставая топор — людей здесь быть не должно: ближайший поселок в тридцати километрах.        Из темноты лениво вышел человек. За ним развивался белый плащ, что никогда не окрасится в грязный алый цвет. Ладони девушки неприятно начали зудеть, пока в душе пятном разливался гнев, бурлящий не хуже лавы в крови. Мужчина замер в паре шагов от костра, позволяя свету мягко покрыть его фигуру, дожидаясь пока девушка встанет на ноги. Она обманчиво, но чертовски убедительно, спокойно покрутила в руке топор, исподлобья посматривая в ответ. Каждый ждал чего-то. Слова, действия, знака — не важно. — Что ты забыл здесь? — Начинаешь с агрессии?,- хмыкнул он,— Будь по твоему, не мои проблемы...,- "как буд-то у тебя вообще есть проблемы"- буркнула под нос она,— Ты слышала? Дрим попал в тюрьму.        Спустя несколько секунд молчания, девушка встряхнула головой, отгоняя шальную мысль. — Ты уверен? — Я мог пошутить об этом?        Логичный вопрос-ответ на нелогичный вопрос. Дрим в тюрьме. Дрим. В. Тюрьме. Девушка со всей силой стиснула челюсть, незаметно усилив хватку на топоре. В такие моменты стоит сказать, что в её глазах полыхнули красные огни, но нет. Её глаза остались абсолютно безэмоциональными. — Это все? — Ты ожидала еще чего-нибудь? — Катись к черту, ХД, пока я тебе что-то не отрубила,- мотнув головой, устало сказала она. В её планы вторгся неучтенный фактор, а это значило, что надо хорошо продумать план действий. Находящийся рядом бог совсем не располагал к творческому настроению, необходимому для создания нового плана. Кожа ладоней зазудела еще сильнее, и даже через плотные кожаные перчатки она почувствовала холод пронзающего ветра,— просто катись к черту.        Названый ХД склонил набок голову, веселясь поведением девушки. Не знай он её истинной натуры, он был бы удивлен её абсолютно холодному поведению. Но он знал. Знал что скрывалось под личинами, знал её нутро, переворачивающееся от мысли о том, что зеленый человек в тюрьме. Пролетевший мимо его лица топор лишь доказал намеренья девушки. Расправив шесть своих крыльев, ХД взлетел над землей, зависая в воздухе. — Только не думай спасать его, принцесса,- невзначай бросил он, телепортируясь куда-то дальше. Может в ближайшее поселение, может вообще туда, откуда пришел. Девушку больше это не волновало: забрав топор, она уселась среди корней секвойи, затачивая подобранным камнем лезвие.

***

       Томми устало повалился на кровать, сегодняшний день был одним из самых судьбоносных в его жизни. Дрим заключен в тюрьму. Не это ли значит то, что каждый может спокойно вздохнуть? Главный монстр этого мира в безысходной ловушке, больше никому не надо бояться за свою жизнь. Томми так не думал. Он не мог понять этой настойчивой мысли — мысли о том, что все неправильно. Не мог человек, названный богом, так глупо попасться людям, пусть их и была приличная армия. Каждый в армии за что-то свое недолюбливал этого зеленого утырка, каждый мечтал отомстить. Отомстили, и что теперь?        Дернув головой, Томми усмехнулся одной интересной мысли: его называли никчемным ребенком, но именно он отобрал две жизни Дрима, как и Дрим у него. Где-то внутри, Томми был счастлив, как и его соратники, но, даже спустя несколько часов после заключения Гринмана, он чувствовал беспокойство. Он знал этого парня, несколько месяцев провел едва ли не под боком у него. И ему казалось абсолютно неправильным то, что Дрим позволил себя поймать. Да. Именно так. Он сам пошел к ним в руки. Это не их победа — это его очередной ход на шахматной доске судеб.        О том, что Дрим не человек он догадался после встречи с его сестрой. Эта девчонка в маске с "злыми бровями", подколовшая его, вместо того, что бы поздороваться, была первым человеком (или не человеком, если быть точнее), с которым он общался в изгнании без лишних слов и разговоров. Она была приятной компанией, которая расслабляла, вызывала дух соперничества, вынуждала вспоминать старые времена дружбы с Туббо. Но она имела главное отличие от людей — она парила над землей, словно за её спиной были крылья. Да и те предметы, что она дарила людям — их не добыть простым смертным. Дриста... Именно так она представилась ему. Маленькая и безумная, младшая сестра названого бога. Вздрогнув, Томми распахнул синие глаза, ведь он понял одну из многих причин беспокойства: Дриста не будет счастлива узнать, что её братец сидит в тюрьме. Если учитывать её природу, то минимум произойдет взрыв, который сметет хоть пару-тройку Л'Мэнбургов.        Вспомнив о Л'Мэнбурге, Томми окончательно загнал себя. Напевая строки гимна, он ворочался на кровати, слушая как кто-то на улице празднует победу. "Гражданские"- призрачно проскакала в голове мысль. Спать не хотелось, как и не было сил банально встать. Горели огнем места бывших ран, зудели шрамы. Сухие глаза неприятно щипало. Его временная комната, арендованная у гражданских, казалась ему персональной камерой. Почему же он, желавший отомстить врагу, теперь паникует? Что заставляет его испытывать страх? Страх закрыть глаза и больше никогда не проснуться.        В дверь его комнаты постучали. Короткий стук вынудил парня подскочить, принять сидячее положение. С протяжным стоном Томми сполз с кровати, автоматически проверяя хот-бар инвентаря. Привычка выработанная месяцами никуда не делась, хоть порой и мешала ему. За простой дубовой дверью стояла хозяйка дома, нервно вытирающая руки о белый передник. На её немолодом лице была растянута широкая, но искренняя улыбка. — Мистер Иннит,- начала она, поднимая голову, что бы смотреть ему в глаза. Начавшие седеть волосы, в аккуратной прическе, слегка качнулись, обрамляя лицо волнистыми прядями коричного оттенка,- Прошу прощения за поздний визит. Не могли бы вы удостоить нас своей компанией на ужине?        Обычно его не приглашали. Да и в принципе он не был на кухне ни разу — еду он добывал себе сам, поедая чаще по дороге, чем в своей комнате. Томми понимал, что это лишь способ гражданских отплатить игрокам за победу. Пожевав губы, вспоминая как зовут каждого из членов семейки(что было тяжеловато), он кивнул своим мыслям. — Да... Да, конечно, я приду, подождите немного,- протараторил он, пытаясь найти подвох в поведении женщины, предположительно зовущейся Амандой. Женщина дернула плечами в смешке, прикрывая улыбку ладонью, склоняя голову набок. Она на секунду прикрыла глаза, прежде чем отойти от двери. — Мы вам горячо благодарны, мистер Иннит,- ответила она, сцепляя руки в замок, пока отдалялась от комнаты Томми.        Когда её шаги стихли на лестнице, ведущей на первый этаж, он наконец-то расслабил плечи. Томми закрыл дверь и подошел к шкафу, что бы быстро сменить пропитанную гарью, чужой кровью и своим потом кофту. Новая футболка обдала поджарое тело холодком, а запах травы, в которой она не раз валялась, принес долю свежести. Покинув комнату, он направился к лестнице, быстро преодолев которую, вышел к кухне, где на стульях, около стола, его ждала вся семейка гражданских.        Отец семейства, вроде его звали Бернард, сидел, по-хозяйски закинув огромную лапищу на Аманду. Старшая дочь, Долли, почти что ровесница Томми, ссутулившись, поглядывала на него исподлобья. Матти же, младший сын хозяев, живо рассматривал Иннита. Только Мэт, средний сын, толи демонстративно, толи действительно без интереса уставился в окно. Томми и сам скосил туда глаза: там, словно позабыв обо всех ужасах, весело плясали люди, разжигая костры. — Ну, садись, Иннит,-добродушно развел рукой Бернард в приглашающем жесте. За столом для Томми было место. За столом, ломившимся от обилия блюд. Последний раз он видел столько еды в Л'Мэнбурге. От этой мысли желудок свело очередным спазмом. Захотелось выйти из дома и бежать, бежать, бежать. Бежать по дальше от болезненных воспоминаний, давящих в горле плотным комом. Но с трудом он заставил себя сесть, привычно ссутулившись. Возможно ссутулость была вызвана проблемами с позвоночником, но скорее всего — защитной реакцией. Томми всегда ссутулился когда Дрим находился рядом.        Спустя пол часа Томми вообще стало неуютно. Говорить с людьми, которых он не знал, было не о чем, имитировать пай-мальчика было невероятно скучно. Но хуже всего было чувствовать себя животным в зоопарке, или лучший вариант — экспонатом в музее. И Томми не знал кто больше ему трепит нервы: Матти, уже откровенно пялившийся на Иннита, или Долли. Насчет последней, Томми вообще не хотел думать. Нет, она не была плохой, просто кто-то из её родителей поставил странную цель: что бы она завладела вниманием Томми. По-другому это никак нельзя было описать. В один момент Аманда злобно прошипела дочке что-то на ухо, после чего та резко выпрямилась, выпячивая грудь колесом. Её темная коса едва качнулась, найдя себе место на груди, а в бледно-желтых глазах затаилась крупица страха. Девушка стала себя совсем неестественно вести, что не могло не выбешивать. Да, Томми был парнем, всегда жаждущем внимания от девушек, да, ему сейчас проявляли внимание, но он ненавидел когда людей принуждают к чему-то. — Иннит, не окажешь еще одну услугу, не бесплатно, конечно же,- внезапно обратился к нему Бернард, выуживая названного из мира мыслей. — Смотря какую услугу, Мистер,-хмыкнул подросток, пристально вглядываясь в мутно-желтые глаза мужчины. — Видишь ли, Иннит,- стушевался он,- Матти способный парень, тянется к железу так, что не отдерешь, не то что Мэт,- Томми выпал на несколько секунд из разговора, обдумывая то, к чему клонит собеседник,- не мог бы помочь ему?        Томми с сомнением перевел взгляд на мальчишку. Без сомнения, Томми было тоже около девяти лет, когда он научился "махать" мечем, но между ними есть существенное отличие: Томми — игрок, а Матти — человек. Будучи совершенно разными расами, они имеют разные силы и способности. Матти просто по определению не сможет стать воином. Обычные люди не становятся ими. — Не буду спорить, он способный,- на секунду Томми поперхнулся, увидев как засияли глаза ребенка, и как скривился Мэт,- но в ближайшее время я, как и многие из армии, заняты. — Нет ни минуты свободного времени? Мы всегда можем оплатить, чем хочешь,- ощутимое разочарование повисло в воздухе. — Я один из Надзирателей в тюрьме,- оборвал его Томми. И благовейное настроение главы семейства мигом вернулось. Только в глазах женщин была затравленности и паника. Конечно, это было объяснимо — всем известен был Главный Надзиратель, а по совместительству и строителем, тюрьмы был Авезам, которого звали Сэмом. А Сэм был известен жестокостью. И пусть Томми не был похож на Сэма, само звание надзирателя было связанно у людей с кровью и болью.        Так и не доев ничего из того, что ему положили в тарелку, Томми ушел в свою комнату. Мэт провожал его живым, заинтересованным взглядом. Уже в комнате, он обратил свое внимание на картину за окном: мерцали звезды, клубился дым костров. Люди веселились, распивая алкоголь. В этом городе не шла война, не проводилась охота на названого бога. Облокотившись на подоконник, он уронил явно потяжелевшую от мыслей голову на руки. Только маска Дрима, которую он забрал себе, притягивала взгляд, словно она светилась в темноте комнаты.

***

       Сэм в очередной раз проверил работоспособность механизмов. Нервно перебирая пальцами ремешки брони, он привычно хмурился. Дрим сидел в нижнем ярусе Пандоры. Заказчик сидел в обсидиановой камере, на самом защищенном этаже заказанной постройки. Холодные незеритовые стены, добытые в сердце ада, охлаждали не только воздух, но и кипящую от мыслей голову. Сэм прижался к стене лбом, стукнувшись маской о её гладкую поверхность. Эти стены, в которые он вложил все силы, всю любовь и ласку, которую не мог дарить людям, он знал наизусть. Эти стены практически невозможно сломать, а взрывам они не подвержены. Все ведь так, как хотел зеленый человек. Все ведь так, как в заказе. Деньги у Сэма, у Дрима — Тюрьма. Или же точнее — Дрим у Тюрьмы?        Вновь в голове лихорадочно пронеслись слова Томми, которые он небрежно бросил, прощаясь с заключенным:"Это еще не конец". И все нутро Сэма было готово вспыхнуть как спичка и взорваться. Эта простая фраза была не для Дрима, и все трое участников разговора знали это. Это была констатация факта. Простая истина, которую многие не видели. Война еще не закончена, пойдут смерти и далеко не единичные: вылезут все те, кто боялся перейти дорогу Дрима. А может еще и то, что названый бог не мог долго оставаться в тюрьме. Томми знал это, как и знал то, что ему не выжить во время следующей их встречи. Томми, Томми, Томми. В последнее время его было удушающе много в жизни Сэма. Он был везде: в городе, в армии, в надзорной охране. Вновь Сэм повернулся к контрольной комнате, в которой обилие редстоуна могло заменить освещение. Все системы включены, работают без перебоя, аварийная система подключена к запасным реакторам. Все идеально, так, как и должно было быть, так, как было когда он проводил финальное тестирование.        Неправильно. Абсолютно неправильно. Потому что Сэм видел Дрима еще до первого суда, потому что он сам видел его силу. Темнота коридоров давила на Сэма, хотя раньше расслабляла. Чертов Дрим, сидящий в одной из сотен камер тюрьмы даже здесь пускал свои тени влияния, как яйцо распространяет свои лозы. Сэм бьет рукой по незериту, даже не оставляя вмятине в металле. В который раз потеребив ремешки, он вооружился трезубцем и пошел обходить здание. Раз в четвертый, наверное. Кажется эта ночь обещает быть длинной.

***

       Мужчина опустил взгляд на свои ноги. Его мысли были совсем далеко, там где началась его история. Но это место сейчас не найти на карте. В том месте деревья стояли частоколами не для защиты, магия питала все вокруг, а на небеса можно было попасть просто прыгая через порталы. На родине мужчины было светло и радостно. Хмыкнув, мужчина стер видимую только ему грязь с рук. Он сам уничтожил все то что имел. Но сейчас, он знал что над его головой мерцают звезды. И знал, кто тревожно высматривает его взгляд среди них. У него есть люди за спиной, а значит, все еще впереди.

... ... .?. :)