Ромашки

      «Смешанные чувства — первое, что ты замечаешь, когда становишься перед выбором. Ты человек. Ты чувствуешь. Ты понимаешь. И в какой-то мере пытаешься держаться.       Поддержки нет, от этого хочется забиться в угол и плакать. Хочется кричать, бить стену кулаками.       На утро, ты поймёшь, что полностью опустошен. Нет сил злиться, снова плакать, горло болит от крика, который просит о помощи. Но что от этого изменится? Никто не поймёт, никто не узнает. Все будут молча смотреть на твоё состояние, а в мыслях будет: «Заслужил». Потому что ты не прав для всех. Твои взгляды, мечты, достижения. Это исключительно твоя дорога. Тебе по ней идти.       А потом ты осознаешь — ты всегда прав для самого себя. Твои действия, решения, достижения, ошибки — это плоды твоих стараний и трудов. Когда ты это осознаешь, то почувствуешь некую свободу. Мысли больше не будут казаться неправильными. Да, будет страшно, но нужно смотреть в глаза этим страхам, иначе, тебя просто заткнут.       Как бы трудно не было, сколько бы обидных слов не услышали твои уши, ты — это ты. Нужно верить, в первую очередь, в себя и свои силы. Ты всё сможешь, всего добьешься, не сомневайся в этом. Если есть цель, то иди к ней. И не сворачивай со своего пути, если он тебе нравится. Хочешь сменить? Спустись и ищи другую тропу, даже если на пути заросли. Ты пройдешь. Ты силен. Ты всё сможешь и преодолеешь».       Изуку отложил ручку, зелёные глаза, в которых до сих пор была неукротимая буря эмоций, смотрели на написанные строчки.       Он мысленно ликовал, ещё никогда он не чувствовал такой свободы. Воздух больше не казался испорченным, каким-то не таким. Он был чистым, свежим, в конце концов свободным. Как же ему нравится это слово — свобода. От одного этого слова сердце начинает биться сильнее, в животе появляется тёплое чувство, а с губ не может исчезнуть улыбка.       Пару недель назад он и подумать не мог, что сможет назвать себя свободным человеком. Но теперь, всё изменилось. В конце концов, изменилась его жизнь.       Наконец он смог принять себя, пройдя: унижение от сверстников, которые просто не могли оставить его в покое; вечные разговоры за спиной, он спасался от них только благодаря любимым песням, они дарили ему надежду; побои и издёвки одноклассников; холодное отношение матери. И вот, спустя столько времени, он захотел быть с тем, кого считал своим спасителем, своим любимым и дорогим человеком, который всегда поддерживал его и пытался подбирать слова, чтобы не навредить. Несмотря на его вспыльчивый характер, он был прекрасным человеком, которым Изуку очень дорожил.       Всего лишь пара нужных слов от любимого, и Мидория, взяв себя в руки, начал собирать вещи. Каждый день на протяжении месяца был катастрофически пугающим. «А вдруг кто-то узнает? А вдруг увидят? Может не стоит?» — эти мысли крутились в голове каждый день, но он успокаивался, когда слушал голосовые сообщения, в которых было море мата, но в тоже время слышалась забота и такое же волнение. Изуку просто радовался, что переживает это всё не один. Одна мысль о том, что человек на другом конце этой всемирной паутины переживает не меньше и желает, чтобы всё прошло гладко, так, как и было задумано, радовала парня.       И вот тот день икс. Все вещи благополучно, на протяжении месяца, перенаправлены к любимому, нужные документы на руках, билет в один конец в куртке, во внутреннем кармашке, небольшая сумма денег в рюкзаке и, наконец, осознание, что стукнуло восемнадцать не меньше радует.       Снова ужин с мамой, такой холодный, безэмоциональный, молчат и смотрят в свои тарелки с рисом. Ничего нового. Единственное, что меняет этот вечер это Изуку. Он шепчет перед тем, как уйти к себе в комнату тихое: «Спокойной ночи, люблю тебя». Парень скатывается по двери и сидит на полу. Пути назад нет. Это он знает точно.       Глаза скользят по знакомому с детства помещению, которое опустело. Он внимательно смотрит на свою кровать: сандали и лёгкая куртка уже находятся под ней, чтобы никто не видел.       Полночь. До поезда остался час. Нужно выходить. Изуку встаёт с кровати, уже полностью одетый. Он ещё раз смотрит на дверь, а затем, уверенно ступает к окну. Осторожно спустившись по верёвке, которая была заранее закреплена и ни раз выручала с перевозом вещей, парень коснулся травы ногами. Глянув на своё окно, Изуку улыбнулся и побежал к такси, которое было заказано за час до поездки.       На протяжении всей дороги сердце было готово выпрыгнуть из груди. Было неимоверно страшно, но это так захватывало дух. Любимый писал сообщения. Поддерживал, успокаивал, кидал фотки вещей Изуку, которые ждали, когда их хозяин приедет и распакует их. Парень улыбался и отвечал.       Это было волнительно. Пальцы похолодели и дрожали не переставая. Даже когда Изуку уже стоял на платформе, протягивая билет контролеру, где был не такой уж и прохладный ветерок, он продолжал кутаться в куртку.       И вот он здесь, в своем поезде-спасителе, в купе. Никто не едет рядом, все вышли ещё ночью. Он абсолютно один, любуется красотой природы. За окошком мелькают различные пейзажи.       Совершенно одинокий лес, что быстро показывает свои деревья, покоющиеся в постоянном безмятежьи; иногда появляется маленькое озерцо, что завораживает своими бликами на её безупречно прямой поверхности, отражающей солнечные блики, и, как-будто завлекает к себе; мимо проходят мелкие зверьки, что с крохой любопытства подошли к железной дороге посмотреть на тех, кто в это время путешествует на поезде и мчится куда-то в даль. Поезд проезжает мимо крохотных деревень, в которых местами горит свет — жители ещё не спят. А чуть подальше этих домиков стоят фермы со своим скотом, это например как вечер вялые коровы, которые вечно мычат о чем-то непонятном нам, лошади, что что-то роют копытами в земле, свиньи, что постоянно просят еду. Прекрасный пейзаж из окна…       А в телефоне так и не закрыта переписка, которая продолжалась на протяжении пяти лет. Они не раз встречались. Любимый ни раз приезжал к нему и всячески ухаживал. Чувства появились лишь на третьем году общения, а может они были и раньше, просто со временем стали более романтические.       Кацуки Бакуго — именно так звали парня с взрывным характером, который всю свою нежность и заботу дарил Изуку. Кацуки старше на три года, но это не такой уж и большой возраст. Всего-то двадцать один. В этом году парень наконец убедил своих родителей, что может жить самостоятельно. Они знали об отношениях парней и не раз видели их вместе, мысленно радуясь их счастью. Кацуки утверждал, что сможет жить один, а затем уже и с Изуку. За свои слова он ответил. На протяжении трёх месяцев они за ним наблюдали, как Кацуки живёт в их квартире, пока семья Бакуго находилась на даче. И они не разочаровались, поэтому, дали добро на проживание в отдельной квартире, которую Кацуки купил специально как можно дальше от них, чтобы реже ездили.       А затем, он позвал Изуку. Просто сказал, что ждёт в гости, но понял, что не сможет позже отпустить от себя. Кацуки видел, как парень страдает и предложил переехать к нему, после восемнадцатого дня рождения.       И вот, на всех парах, оставив прошлую серую жизнь позади, Изуку едет к нему. Улыбка не сползает с его губ.       Телефон снова вибрирует и парень смотрит на экран. Сообщение. — Жду тебя на платформе, мой любимый придурок.       Глазки загорелись. Сердце готово было выпрыгнуть из груди и отправиться прямиком к своему взрывному блондину. Изуку снова посмотрел в окошко и наконец увидел платформу, а на ней парня, с букетом ромашек. Его любимых ромашек.