Жизнь после

Прошло уже больше 15 лет после победы над капитаном Крюком, дети, с которыми раньше дружил Питэр, стали взрослыми, начали работать и завели свои собственные семьи. По началу они навещали Питера, но с годами визиты друзей стали всё реже и реже, пока и вовсе не прекратились. Шли годы, и Питэр начал всё больше задумываться о смысле своей никчёмной жизни. Он начал выпивать и целыми днями сидел в тавернах, чтобы не оставаться со своими пидарскими мыслишками. Чтобы расплачиваться за выпитый ром, ему приходилось браться за самую грязную и тяжёлую работу.  Он разгружал тяжёлые ящики в порту, но боли в спине и геморрой размером с персик в его заднице не позволяли ему этим заниматься. Питер стал чистить общественные туалеты, по его мнению, это было проще и безопаснее, но он в этом ошибался. Когда он уносил вёдра, наполненные доверху говном, они постоянно предательски расплёскивали на него всё содержимое. Говно было настолько жидким, что оно стекало с его торса до ног, словно капли воды, которые стекают по стеклу.  Каким-то образом эта коричневая жидкость попадала ему в рот и даже в глаза, само собой, его работодатель не был доволен таким «первоклассным» работником. Сначала он пытался объяснить питеру, что не нужно наполнять вёдра говном до краёв, но питеру было сложно что-то донести, он всегда был упёртым и верил в свои силы. Его работодателя достало, что говно после уборки Питера находится абсолютно везде, особенно там, где его быть не должно, поначалу он ругался с ним, и даже поколачивал его Но Питер, словно невозмутимая скала, всегда настаивал на своём, за что и был уволен. Скитаясь по улицам, Питэр встретил свою старую знакомую, фею Динь-Динь, что торговала волшебными порошками в тёмном переулке. Разговорившись с ней, она взяла Питера на работу, и некоторое время спустя дела у Питера пошли в гору. Он освоился в новом деле, начал обманывать клиентов и разницу в заработке клал себе в карман, через какое-то время он сам подсел на волшебные порошки, ибо ром перестал его вставлять. Потеряв всякую осторожность, обдолбанный в хлам Питер шёл к себе домой, еле передвигаясь, он споткнулся и, не в состоянии встать, всю ночь провалялся на улице в луже своей собственной мочи. На утро к нему подошли люди, увидев, что рядом с ним валяются пакеты с волшебным порошком, они вызвали городскую стражу.  Питер, открыв глаза, увидел стражников и карету, даже попытался от них убежать, но всё было тщетно Осознав своё положение, Питер сразу начал кричать, что его подставили и порошок не его, как вдруг из кареты вышел капитан крюк. Каким-то непонятным образом он затесался в городскую стражу. Сказав другим, что сам разберётся с этим обоссанным куском говна, он мощно пнул Питера прямо по лицу, отправив его в отключку. Стражники долго не думая, пошли дальше патрулировать свой город. Тем временем крюк, обмотал Питера верёвкой, словно свою добычу, оттащил его в свою карету, далее он повёз беднягу в тюрьму, чтобы заточить в одиночной камере. Капитан крюк думал о мести за своё поражение, и в голову пришла идея, что может заставить других заключённых выебать питера. Он уже начал фантазировать, как его «пельмень» будут дербанить все кому не лень, и от этих мыслей у него появилась эрекция. Не в силах больше сдерживать своё возбуждение, он вошёл в камеру с питером и приковал его руки к кровати. Своим крюком он разорвал его штанишки вместе с пожелтевшими трусиками, потом он взял шматок сала со стала и начал резко размазывать его по заднице. Дальше за каких-то пару секунд он вынул из своих штанов какого-то монстра, похожего на огромную змею с одним глазом по середине, словно это был циклоп-переросток из мира змей. Питер понимал, к чему всё идёт, и не мог сохранить спокойствие, его коленки тряслись, и он не мог не произнести даже слова, словно ему сдавили горло. И вдруг он почувствовал резкую, но приятную боль, словно в него что-то проникло и это тёплое согревает его изнутри, от наслаждения Питер начал стонать и скулить подобно дешёвой шлюшке, он старался терпеть, но слёзы покатились по его смазливому личику. В душе он понимал, что теперь он Пидар Пэн, и таким, как он, в тюрьме будет несладко, его мысли прервала какая-то пульсация в его заднице, словно вот-вот начнётся извержение вулкана. Продолжение следует...