Челмедведопит, глава вторая.

XVI век нашей эры. Восточная Европа, один из замков

      В черных каменных коридорах, освещенных оранжево-красным светом факелов, приглушенным их едким дымным чадом, было на удивление тихо. Каменный исполин словно пустовал и лишь треск огня, поглощающего пропитанные маслом древесину и паклю, говорил о том, что сооружение имело хозяев. Однако пустые проходы, пустые комнаты и целые залы наводили пугающую жуть. Ее усиливал и лунный свет, изредка пробивающийся через почему-то не закрытые бойницы.       Пыль, копоть, дым и островки света возникающие посреди тьмы и дарующие путнику шанс рассмотреть богатое окружение создавали эффект отчужденности этого места, а пустые коридоры словно давали шанс понять глупцу, посмевшему появиться здесь, что не поздно сбежать, что есть еще шанс спастись от тех темных сил, что обитали здесь. Вот только наглец скорее засмотрится на огромные картины и гобелены, на позолоченные доспехи и огромные мечи и секиры. Его увлечет рисунок узора на шкатулках, резьба на металлических пластинах доспехов, гравировка на клинках оружия, сложные, завораживающие механизмы арбалетов. И он не заметит тени, что появилась у него за спиной, он не обратит внимания на клыки, что вырастут у нее из-под губ и уже точно не успеет вскрикнуть или испугаться своей смерти.       Хотя сегодня у незваного посетителя был бы шанс уйти незамеченным. У врага был бы шанс захватить замок, по крайней мере до утра…       Причина столь безответственного поведения у хозяев, конечно же, была. Правда, чтобы понять ее пришлось бы спуститься в подвал этого замка, в помещения, прокопанные не-смертными не-людьми сотни лет назад. Уже потом поверх них прорыли и возвели тюрьмы, затем уложили каменный пол, ставший потолком для тюрем, поставили стены, накрыли потолки и вырастили башни. Самым первым был именно этот круглый каменный зал, в котором собрались потомки некогда величайшего и первейшего из не-умерших, Влада Цепиша, залегшего после появления какого-то пророчества в спячку до «дней решающей битвы», как сам он передал своим первейшим сыновьям.       Пятеро его потомков, замещающих сейчас предка, были готовы преступить черту, после которой потомкам летучей мыши не придется скрываться от людей, не придется больше трястись за свой род, оберегая самых первых. Сейчас, уже через пару минут, они быть может освоят способ создавать новых вампиров, не прибегая к помощи древних. Владзе, величайший из вторых, раздевал догола своего раба, любовника и единственного безмерно близкого ему смертного человека.       Привезенный на корабле из самой Африки, рослый и сильный негр оказался практически гением в науках, в том числе в аккультных искусствах и химии, а еще он был невероятно талантливым музыкантом. Его слушали взапой при дворах, его просили привозить на турниры и празднества и готовы были оплачивать каждый час его выступления серебром, равным по весу самому музыканту. Арии, исполняемые им, приводили слушателей в гипнотический восторг, отправляли сознание в путешествия по далеким, невиданным мирам, на встречу со сказочными тварями и привязывали к себе сильнее дурмана.       Закончив с раздеванием, Владзе что-то прошептал ему, заковывая руки и ноги в оковы. Не сдержался, поцеловал мужчину в губы напоследок. Поцелуй вышел долгим, страстным и тревожным. Не удивительно, потому что уже через пару минут начнется тот самый ритуал.       Оторвавшись от плененного, но уверенно улыбающегося мужчины, Владзе подошел к своим собратьям, выдохнул, уверенно кивнул им. Обряд начался.       Одетые в черные балахоны, вампиры по очереди окуривали пленного особыми дымами, образуемыми горением десятков высушенных растений. Потом рабу дали неведомый раствор, одурманивший его сознание. Наконец, Владзе взял особенно острый нож, вскрыл им кожу на шее блаженно улыбающегося мужчины, вытащил артерию. Четким, быстрым движением вскрыл ее и тут же пережал, не позволяя крови забрызгать окружение.       Прочие вампиры тут же окружили стол и началась процедура. Кто-то подавал иглы и нити, кто-то пропитывал тряпочки кровью, вытекающей из разрезанной шеи, кто-то подавал какие-то настои и новые и новые кадки с горящими маслами. Спустя полчаса подготовка завершилась, и один из вампиров вытащил странное устройство – что-то вроде стеклянной бочки, заполненной кровью. Из нее торчали две прозрачные трубки из неведомого материала, которые изобрел и заказал прикованный сейчас раб.       Именно раб придумал весь этот ритуал. Он всегда восхищался могуществом вампиров. Вампиры восхищались живостью ума и невероятными способностями пленника. Уже давно его хотели принять к себе и слово «раб» было лишь формальностью скоро как десяток лет. Его считали своим, считали равным, но принять к себе не могли. Сейчас не был активен ни один из первейших, а значит, и создать нового вампира не выйдет. И если по меркам не-мертвых три десятка лет до его пробуждения было приемлемым сроком, то смертный за эти годы успеет состариться и, скорее всего, умереть.       Поэтому долгих пять лет они совместно со своим пока еще слугой продумывали этот обряд. И вот сейчас он близился к апофеозу. Чан с кровью вампиров, собранной сразу же после их насыщений, хранившейся в специальных комнатах. Трубки, оканчивающиеся тончайшими иглами. Вскрытая артерия.       Дождавшись кивка, Владзе наконец отпустил артерию и из нее забил фонтан крови. Тут же чуть выше разрыва была воткнута игла и по ней побежала кровь не-мертвых. Тело тут же забилось в конвульсиях, негр пытался кричать, то приходя в себя, то вновь отключаясь. Он испытывал невероятные муки, из глаз текли слезы, но он был не в силах что-то изменить. Более того, перед началом действия он сам просил их не останавливаться не смотря ни на что. Сейчас же все, на что его хватало – кричать и смотреть на шипастую булаву, что покоилась на стене напротив него, вставленная в специальный держатель и служившая памятью Владзе о его рыцарском прошлом. ***

2018 год, август. Где-то в Брянске

      Два мужчины смотрели друг на друга со сдерживаемой, но отчетливой ненавистью. Если бородатый и длинноволосый гигант не собирался ее сдерживать, и потому был мрачным, словно грозовая туча перед разрядом молнии, то совершенно лысый, с татуировкой змеи на голове, лишь надменно улыбался, словно чувствуя свое превосходство. Один был выше другого практически на две головы, но никто не считал себя намного более сильным или слабым врагом. Каждый знал, что встретился с опаснейшим представителем враждебного им народа. И тем не менее ситуация сложилась так, что оба понимали важность грядущего союза. Распри подождут.       Они стояли посреди зарытого неделю назад торгового центра, совершенно одни, если не считать девчонки, что стояла неподалеку. Сверлили друг друга взглядом, не находясь, что сказать. Наконец, лысый мужчина медленно, высоковатым голосом спросил:       - Как понимаю, ты уже разобрался,что к чему?       Великан кивнул: - Далеко же зашли наши потомки. Слишком далеко.       Анжелика, наблюдающая за ними внешне спокойно, про себя костерила двух пришельцев, подключая к составлению выражений всю свою фантазию, может даже подключаясь ко вселенской энергии для подпитки мозга.       Эти двое оказались двухтысячелетними реликтами, хрен пойми как дожившими до сих пор. И ладно, будь они простыми дикими варварами, так ведь нет. Борис, как представился ей гигант, оказался ядрить каким агентом 007 с примесью анимешных главных героев. Он знал какие-то непонятные «техники», с помощью которых за какие-то секунды выучил русский, взял под контроль не самых последних в Брянске чиновников, закрыл торговый центр, заняв его как «лагерь» для планирования будущих действий. Как будто этого было мало, он невесть пойми как добыл себе наикрутейший деловой костюм, объяснив это «техникой созидания».       Потом, когда они выбрались из горящего и паникующего ТРЦ, напоминающего горящий муравейник, когда она взяла такси, когда они приехали домой к Анжелике, ее мама вместо криков и разборок просто кивнула гиганту, словно он был давним ее знакомым. А потом начался кошмар, сломавший к хренам мир Анжелики.       - Доча, иди-ка переоденься и возвращайся сюда, да побыстрее. У нас тут серьезный разговор намечается – Отрезала мама таким тоном, что спорить с ней расхотелось мигом.       Пока Анжелика сбрасывала с себя рабочую униформу и набрасывала более привычные черные джинсы и белую футболку с радужным единорогом в районе сердца, из кухни доносились спокойные голоса. Когда она открыла дверь и вошла на кухню, она была пуста. Но голоса продолжали доноситься, правда уже не приглушенные. А спустя миг мама и гигант появились за столом, на тех же местах, что заняли перед уходом Анжелики. Только теперь гигант был в более обычных для города трико и футболке, а на ногах его красовались легкие кеды.       - Так будет проще всего убедить тебя, что сказанное нами не просто бред – Сказал гигант.       Трясти Анжелику начало еще в торговом центре. Сейчас она понимала, что вот-вот слетит с катушек. Вся логика функционирования мира, продуманная и бережно выстроенная ею за все двадцать с лишним лет жизни, рухнула в один день. Она прошла к заначке отца, сохранение секретности которой регулярно давало ей кое-какие ништяки, но сейчас Анжелике было плевать, и девочка без зазрения совести вытащила бутылку с прозрачной жидкостью, уверенно ее откупорила и приложилась к горлышку, сделав несколько глотков, словно заправский алкаш.       Горло сгорело. Просто выгорело дотла, ей даже захотелось просипеть что-то – крикнуть бы не вышло. Вместо этого она лишь вдохнула поглубже и уселась за стол, мотнув головой. Мысли не то чтобы пришли в норму, но соображать стало проще. Мама ничего не сказала, лишь одобрительно кивнула и начала рассказ. Иногда рассказ подхватывал и уточнял здоровяк.       Так, девочка узнала, что все современное человечество произошло из пары тысяч первых родов. Эти рода были порождены самими богами, или духами, или, как выразился «Борис»: «Отдельными проявлениями силы природы». Каждый род унаследовал свой набор талантов, не всегда уникальных, но всегда сверхъестественных. Однако со временем силы трансформировались. Многие члены племен теряли свои способности, но силы тех, кто сохранял возможности, дарованные богами, многократно возрастали. Первые, лишенные способностей, стали воинами. Другие же получили статус шаманов, и они стали посредниками между богами и простыми смертными.        Еще она узнала о «техниках» - особых умениях некоторых шаманов, и воинов, которые позволяли им управлять мирозданием. Борис рассказал ей, что все люди создают некое поле знаний и что каждый человек хранит все накопленные всеми предками знания. Просто люди в большинстве своем не умеют к нему подключаться.        - И как я понимаю, со временем люди из разных родов постоянно смешивались, а старые религии и обряды были забыты. Поэтому сейчас настоящих шаманов уже не осталось, хотя силы иногда проявляются, как у твоей мамы.        Анжелика поперхнулась, теперь уже чаем, и уставилась на мать.        - Лик, я не хотела тебе рассказывать, ты бы просто не поверила.        - А папа знает?        Мама лишь пожала плечами.        - Зачем ему это? Я начала «видеть» только пару лет назад, до этого было что-то вроде вещих снов. О них рассказывала, а о видениях решила, что незачем.        - Да, Лика, твоя мама – провидец – Пояснил Борис – А еще лекарь и в ней чувствуются способности к управлению теплом. Техники «бабочки», «вливания жизни» и «взгляда» ей доступны в полной мере, а вот к «полю» она едва ли способно подключиться.        Анжелике понадобилось секунд десять, чтобы увязать все смыслы сказанного. Наконец, она спросила:        - А что с моими способностями?        Борис качнул головой.        - Пусто, их совершенно нет. Твой отец, он из рода «Лещей» и его способности почти не стыкуются с медвежьими, из чьего рода в основном твоя мама. Так что твой путь – воинский.        - Ну спасибо, порадовали – нахмурилась девочка.        На это здоровяк лишь пожал плечами:        - Не важен путь, по которому ты идешь, важно упорство, с которым ты идешь по нему. Не переживай так, главное суметь применить данное тебе.        Лика нахмурилась:        - Данное что? Ничего? Вот уж спасибо! Я так счастлива, не представляете.        - Девочка… Хотя в моем племени ты бы уже была женщиной… Не суть. Тебе недоступны шаманские техники, основанные на общении с богами, но техники воинов, которые требуют ресурсов твоего тела, ты освоить вполне способна. Но для этого у тела должны быть ресурсы, оно должно быть сильным. Я тоже воин, но шаманы учили меня развивать свои техники и я не испугаюсь, доведись сразиться с одним из них, потому что мне есть что им противопоставить.        - А знаете что? Спасибо, конечно, но мне и так неплохо. Обойдусь как-нибудь. Жила нормальной жизнью, проживу и дальше. Небось мир без меня не помрет.        Взгляд мамы стал озабоченным и серьезным. Борис тоже выразил какую-то тяжелую грусть.        - Лика, доча…        Девочка почувствовала, что сейчас на нее навалится куча проблем. Прямо как в бездарных рассказиках молодых девчонок.        - Мам, ты же это не всерьез сейчас, так? Я банально не хочу влезать во всю эту хрень. Так понятно?        В ответ мать лишь обняла дочку, и та увидела потоки образов. Какие-то твари, рвущие убегающих в панике людей. Какая-то война, поглотившая всю планету, грибки ядерных взрывов. Это не проняло девочку, ведь не было ясно какое это время – может сейчас, а может через сотню лет, когда ее и праха в этом мире не будет. Да и в любом случае найдутся люди, которые смогут сделать больше, чем она. Но потом ей явился образ, в корне изменивший настрой Анжелики.        Не то люди, не то летучие мыши, впивались зубами во фронтмена skillet, который разворотил головы десятку монстров перед смертью, но все же проиграл им. Они выгрызали куски от еще теплого, но уже мертвого тела Джона и с жадностью пили его кровь.        Анжелика с силой отстранила мать, в ее глазах блеснули огоньки решимости.        - Ладно, допустим. Что от меня нужно?        Борис улыбнулся и лишь кратко отрезал:        - Через неделю решим. Пока что ты будешь учить меня всему, что я упустил.        И вот неделя прошла. Хорошенько накаченный знаниями Борис стоял напротив заклятого врага и единственного пока что полноценного соратника. Они долго стояли друг напротив друга, словно решая – прибить соседа, или все же спасти мир. Лика многое бы отдала, чтоб узнать, какие кошки пробежали между ними. Наконец, лысый мужчина медленно, высоковатым голосом спросил:        - Как понимаю, ты уже разобрался, что к чему?        Великан кивнул:        - Далеко же зашли наши потомки. Слишком далеко.        Лысый утвердительно качнул головой:        - Кто бы мог подумать, что оба клана сошлись вместе столь странным образом.        - И что они так предательски постелились перед ними. Но да давай посвятим и девочку, она пока что совсем ничего не знает. Лика, подойди к нам поближе.        Девочка, уже кое-что познавшая, послушно подошла. Казалось, за эту неделю она прожила сотни миллионов разных жизней и преисполнилась мудростью тысяч людей.        - Итак, Лика, мое настоящее имя – Берингар, я из рода «Первейшего Медведя». Этот мужчина – Рахдим из рода «Питона Нерожденного». Наши племена враждовали десятки тысяч лет еще до начала вашей эры. Мы считаемся сильнейшими воинами, Питоны – хитрейшими обманщиками и стратегами. Там, где мы побеждали врагов силой, яростью и невиданной наглостью, питоны стравливали людей, подчиняли их своей воле, устраивали засады и тайные нападения. И так сложилось, что наша вражда стала поистине легендарной. Я убил девушку и новорожденного сына Рахдима. Он в отместку лишил меня братьев и отца.        В глазах воинов при этих словах опять загорелась ярость, но они и сейчас сдержали ее. Что же должно было случиться, чтоб они вот так вот погасили на время вражду? Речь продолжил Рахдим:        - В один день оба наших рода получили послание от богов, которые предрекли большие беды и приказали нам уснуть до следующего года. Мы выполнили приказ, но меня разбудили на год раньше. Помня о предупреждении насчет объединения с давним врагом, я сумел-таки найти место захоронения Берингара и пробудить его.        Лику это начало раздражать.        - Так а зачем вам все это?        Рахдим продолжил:        - С приходом христианства появилась новая сила. Не природная, но созданная разумами и мыслями людей, их деяниями. Они создали обряд поедания мяса и испития крови. В годы нашего бытия религия эта лишь зарождалась, но уже тогда стало ясно, что новая сила является лишь жалким подобием старых, истинных богов. Она не была способна даже даровать подобие техник своим живым последователям. Но уже тогда проявилась опасность этого пути. Так, некоторые из самых верующих, испив крови одного из своих мучеников, а после отведав его плоти, травились и умирали.        Лика рассмеялась.        - Какой неожиданный расклад, но да ладно, продолжайте.        Продолжил Борис.        - Правильно приготовленные плоть и кровь человека вреда не принесут, но те неучи утеряли даже эти знания. Но так вот, некоторые из мертвых спустя какое-то время возвращались в мир уже в виде не-мертвых. Но и не живых. Сейчас вы называете таких нежитью. Добавь к этому, что им нужно пить кровь и есть человеческую плоть для поддержания своих сил. А еще они не любят свет, потому что он лишает их части сил. Получается что-то похожее на вампиров.        - И они захватили весь мир, а нам нужно их убить, так? Делов-то… С двумя величайшими воинами всех времен.        Рахдим качнул головой:        - Проблема не столько в них, сколько в наших потомках. Вампиры, или дети летучей мыши, не проявляют особой активности днем, вместо этого подчиняют себе тех, кто имеет достаточно власти. Породить новых вампиров могут только первородные, отведавшие плоти мучеников. Со временем нужные мученики перестали появляться, а первородные не желают проявлять большую активность. Рожденные же ими вампиры, «Истинные Сыны», как называют они себя, способны лишь подчинять волю смертных.        - То есть имеется куча первородных, еще большая куча второродных и целая орда их приспешников, так?        - Да, девочка – Продолжил Рахдим – Деталей я не скажу – знания не-мертви выпадают из общего поля, и я не могу их получить – но ясно то, что сегодня они подчинили себе почти все истинные роды, потомков богов. И в России правят как раз представители наших с Борисом родов. Две враждующие тайно группы, которые пришли к компромиссу, позволившему им избегать излишнего кровопролития.        Рахдим замолчал, продолжил Борис:        - Очевидно, что Медведев это один из моих потомков. Но он и его клан пока вынужден быть на вторых ролях, потому что сильно провинился перед своими хозяевами. Они удерживают у власти потомка Рахдима, Владимира из рода «Питонов». Правда это название исказилось с течением веков, пройдя через искажение английским – Pyton и перекочевавшее в Россию уже как Путин. Два этих клана прочно держат власть и большая часть чиновников так или иначе являются их родичами. Вампиры же захватили богему и шоу-бизнес, потому что эти направления позволяют им выкачивать деньги из людей буквально не за что, часто даже не прилагая усилий. А еще они за счет своих способностей имеют толпы фанатов, которыми и питаются при необходимости.        Лика с трудом держала челюсть закрытой, Борис же продолжал:        - Но вампиры также не монолитны и разделены на множество кланов, которые также враждуют друг с другом. В основном кланы привязаны к своим прародителям, которые просыпались примерно раз в сорок лет, потом раз в десятилетие и сейчас каждые пять лет. И через год как раз начнется их пробуждение.        - И что вы хотите сделать?        Тут уже подхватил Рахдим:        - Нам нужно любой ценой освободить наших потомков от власти вампиров, а для этого нужно во-первых лишить вампиров возможности вербовать новых рекрутов – то есть убить первородных. Во-вторых нужно вырезать всех истинных сынов и всех их смертных приспешников.        Лика задумчиво нахмурилась, потом уточнила:        - А кто тогда останется? Ну, раз большая часть ваших потомков это именно чиновники.        Рахдим ответил:        - Они проиграли, подчинились врагу и потому не заслуживают жить. Но есть второй лагерь, наши потомки, которые сохранили чистоту крови и даже некоторые способности. Они сражаются за людей, очищая некоторых очарованных вампирами от колдовства, а у многих отбивая желание подчиняться вампирам в принципе. Именно они станут костяком для возрождения человечества, или хотя бы его защитниками перед лицом сил, подобных вампирам.        Пораженная Анжелика сумела лишь выдавить:        - И кто же это?        - Рок-музыканты – Ответили в один голос мужчины.        - Но сперва нужно очистить мир от вампирской скверны – Тут же уточнил Берингар - И на подготовку к битве у нас есть чуть меньше года. Клич мы уже бросили, скоро первые родичи прибудут сюда, но в сплетениях судьбы, помимо прочих, ярко горит твоя ниточка, что говорит о твоем особом вкладе в грядущую битву. Поэтому я спрошу лишь один раз, и твой ответ определит твою судьбу. Готова ли ты встать на этот путь, готова ли пройти тренировки пути «Питона» и пути «Медведя», освоить пути воина обеих школ и, быть может, отдать жизнь во имя спасения мира в том бою?        Думать было особенно не о чем, Лика лишь кивнула. ***

       В тоже время, в одном из московских особняков

       Владзе, чье истинное имя исказилось со сменой мест и эпох до Валерия Меладзе, удовлетворенно выдохнул и откинулся на спинку дивана. Встал с колен и уселся рядом с ним бывший любимчик грандмастера Истинных Сынов. Меладзе захотел отвернуться, как, впрочем, и всегда, когда он видел следы своей ошибки той давней ночи. Он хотел добить его, дабы избавить от мучений и калеку, и себя.        Не сумел. Слишком сильна была любовь к тому человеку, отголоски личности которого все еще проявлялись в каких-то мелочах, в деталях поведения и личности того, кто был сейчас перед ним, сидел на диване и утирал лицо и рот. Да и слишком сильно давила вина за содеянное. Пускай ошибка была допущена самим рабом, пускай эта технология и дала возможность создавать, пусть и тайно, новое поколение, названное «Младшими Сынами», все же искалечил возлюбленного именно Валерий.        Остались в прошлом сказочные арии, пропала гениальность, исчезла бездна знаний. Вместо высокого и сильного негра перед композитором, певцом и вампиром теперь сидел башкир, которому можно было дать лет двадцать.        Его путь был труден. Больше недели тело подопытного лихорадило, он медленно белел, изменялся разрез его глаз. Потом он пришел в себя став подобием овоща. О связной речи говорить не приходилось – он мог только мычать и издавать отдельные звуки. Единственным засевшим в его голове словом оказалось название оружия, висевшего на стене во время опыта. Это слово и стало вторым именем теперь уже не раба, но и не совсем вампира. Он так и не приобрел способностей, но обрел бессмертие.        Долгие годы он учился говорить, ходить, шевелить руками и выполнять самую простую работу. Потом он пытался учиться, но оказалось что голова, мозг получившегося существа, не способны удержать информации больше, чем про алфавит, умение говорить и читать и выполнять самую простую работу. Но он не сдавался, и спустя два века его можно было принять за обычного недоразвитого молодого человека, которые попадаются едва ли не в каждой деревне.        Сейчас он вполне походил на туповатого мужчину, умел говорить, даже научился водить автомобили. Вот только умение петь к нему так и не вернулось. Стоило ему начать пытаться исполнять что-то, как он переставал говорить членораздельно, слова смешивались в какую-то непонятную мешанину, а при выступлении на публику он в принципе терял голос.        И, тем не менее, он сумел даже из этого вывести какие-то треки, которые не без помощи Истинных Сынов стали едва ли не самыми популярными в стране. Удалось даже выбить ему концерт в Кремле, и залы на том концерте были заполнены даже без применения магии. Так Азашер Сладкоголосый окончательно переродился в Алишера Моргенштерна.        Сейчас они сидели в комнате особняка, погруженного в черно-алые тона, и отдыхали после данных совсем недавно концертов. Удалось и собрать целые горы денег, и запастись провиантом на пару месяцев жизни без нужды, чему оба не-мертвых были рады и отчего они были слегка навеселе, перепив свежей крови.        Помимо прочего, Алишеру напрочь отбило чувство вкуса и стиля, поэтому сейчас он сидел в широких штанах-шароварах, одетый в строгий деловой пиджак, а на ногах его красовались домашние тапочки. На голове его торчали вездесущие дредо – еще одно фантомное воспоминание о прошлой жизни полукровки, которое определяло его поведение.        Меладзе, напротив, был одет со вкусом, присущим аристократу. Не слишком дорогой, но идеально подогнанный костюм темно-синего цвета, дорогие туфли и белая рубашка делали его аристократичным и привлекательным. Словно вампиром. Впрочем, вампиром он и был.        И все еще чувства Меладзе и Алишера были взаимны и сильны. Не смотря ни на что, вопреки всем невзгодам. Валерий отложил бокал, поцеловал соседа, расстегивая его ширинку, и уже было начал наклоняться и вставать на колени, когда дверь открылась и в комнату влетел один из Младших.        Он быстро и слишком сильно кивнул, выражая почтение присутствующим, и тут же затараторил:        - Повелитель! Перворожденный, Ишуа, пробудился! Он сказал о пророчестве и потребовал вас как можно скорее.        Раздосадованный Владзе все же поднял голову, разочарованно бросив взгляд вниз, к бедрам своего друга. Он уже понял, что довершить начатое не выйдет, кивнул, поднялся с колен и направился к выходу. Разнервничавшийся Алишер сумел лишь мыкнуть вдогонку, но спустя пару секунд забыл о случившимся, принявшись вновь издавать нечленораздельные звуки, которые записывал с десяток диктофонов. Может, какие-то из них удастся объединить в один трек. Иногда у него даже выходило выводить вполне полноценные слова. ***

       Спустя пару часов. Центр Москвы

       В дорогущем ресторане сидели двое мужчин, примечательных разве что своей близкой к идеалу внешностью. Один, чуть полноватый, в синем деловом костюме, сидел напротив другого, - мужчины лет тридцати, длинноволосого с небольшой бородкой, одетого в белоснежный костюм к которому, кажется, даже пыль не липла. Они не были чужды заведению, обставленному в стиле хай-тек и подчиняющемуся вампирам. Даже персонал здесь составляли Истинные Сыны. Заведение было предназначено для особенно важных переговоров вампирской знати.        - Я видел это своими глазами, сын, война неизбежна. И если мы не ударим первыми, мы проиграем.        Говорил сейчас мужчина в белом.        - Двое древних пробудились почему-то раньше срока и уже начали готовить свой удар.        Мужчина в синем был спокоен – не в первый раз приходила подобная новость, убивать древнейших ему доводилось и ранее. Собственно, поэтому Владзе и стал первым советником и заместителем всего сонма Первых.        - Известно, где они появились? Куда бить или хотя бы когда будет крайний срок для атаки?        Длинноволосый мужчина отрицательно качнул головой.        - Место неизвестно. Где-то в радиусе тысячи километров вокруг нас, точнее сказать не смогу. А вот идеальный момент для удара наступит через пятнадцать дней. Тогда врагам будет нанесен наибольший ущерб.        Владзе удовлетворенно кивнул. Время еще было. Уже скоро он поднимет с десяток тысяч Истинных и разошлет их по всем городам и деревушкам в нужном радиусе. Они учуют, они поймут, где враг и кто он. И Владзе продумает план и нанесет удар, который если и не убьет противника окончательно, то уж точно покалечит его так, что добить не составит труда.        Сам он тоже поучаствует – уже в конце недели он отправится на один из финальных концертов в Брянск и что-то ему подсказывало, что с собой нужно взять побольше слуг. Этому предчувствию древний вампир предпочитал доверять