Дождалась

Её никто не спрашивал, хочет ли она остаться одна в непростые сороковые, когда ели кошек в подвалах и мёрзли насмерть на морозе, а человеческие тела, истощавшиеся от голода и превратившиеся в скелет, прятались в огромных сугробах января. Её не спрашивал. Никто. В минуты, пока иней покрывал её синие руки, Кристина задумывалась об этой несправедливости. Она должна быть рядом с ним, обрабатывать его раны. Но Гыну - какая гордая фамилия - искала засыпанную снегом мать, которая ушла за едой и не вернулась. Отчаяние брало вверх. " Темнота и ночь Блеска ни единого Сбежать бы прочь К своему любимому " Тело пронзали иголки холода, изо рта клубами выходил пар, а объёмное пальто не помогало. Последнее, что она помнит перед потерей сознания, - синие астры. "Букет астр синих Любимый дарил Он лучше дорогих Украшений и вин" Шла зима 1943 года.

***

-Шевелись! - Потешин хлопал в ладоши, подгоняя Амура, который, по задумке, должен перепрыгнуть через обруч, но, на деле, не сдвинулся и с места. Кристина поправляет бутоны синих астр, чей аромат разливается по комнате. Девушка одета в розовое платье - подарок отца - и бежевые балетки с незаурядным вышитым узором в форме цветочка. -Он слишком ленив, сдавайся. - Кристина вышла, поправляя волосы в пучок, из которого выбивается светлая прядь. -Можно добиться всего, стоит лишь поусердствовать. - отмахнулся Дима, легонько пиная кота под жопку. Ох, как многозначно. Девушка села рядом, поправляя фуражку парня. Утром пришёл приказ, обязывающий идти на войну: утро 23 июня. -Выиграешь войну? -Для тебя - да. "Чай и кофе. Тет-а-тет Чувств море. Слов нет" Скоро он уйдёт. Скоро она останется. Последнее чаепитие. Никто не может нарушить тишину. Оба знают, о чём думают, но не решаются заговорить. Возможно, так будет проще. Может, они привыкнут оставаться друг без друга. -Обещай мне кое-что. Кристина поднимает глаза. Видит озабоченность. -Что? -Обещай мне свидание. -Если жив будешь, - она улыбается кривой улыбкой, но неискренни, понимая, что всё может быть, - то пойду. -Ты увидишь синие астры. -Я хочу увидеть тебя живым, Дим. - всё-таки она не выдерживает. Кристина падает в его объятья, рубашка становится мокрой, как и две пары глаз. -Ты увидишь синие астры.

***

Гыну находится в больнице. Удивительно, как они ещё работают: все финансы государства идут на оборону, про такие мелочи как отопление и покупка медоборудование часто забывают. -Я видела синие астры. - медсестра ставит ей капельницу, синяя жидкость втекает внутрь её синих вен. Возможно, она и вправду бредит. Делать такие акценты на цветах - уже слишком даже для девушки солдата. -Вы устали, Вам нужен отдых. -Он ждёт меня. -Кто? "Кто мил сердцу Кто прогонит тоску Кто даст перцу И даст огоньку" -Он.

***

-Я здесь, глупышка, - голос доносится до неё глухо, будто издалека, - найди меня. Кристина не понимает, где сон, а где реальность. Она в этой больнице слишком долго. -Открой глаза. Синие цветы бросаются в глаза - это первое, что она видит. Кажется, таблетки не помогают, или.... -Ты долго будешь на них смотреть? Чёрт. Неужели... -Дима! Она чувствует. Он рядом. Сидит перед ней в парадной форме со своей фуражкой. На груди его - медаль, на руках - перчатки, а на сердце - любовь к всего одной девушке, которая сейчас висит на его шее, окутав её руками. -Я знала, что ты придёшь за мной. Слёзы стекают вниз ручьём, как тогда, она не боится, что выглядит ужасно с зарёванным лицом. Он любит её любой. Она любит его любым. Его руки на её спине, успокаивающе поглаживают. "Ты ушёл Как пароход Ты пришёл Как восход" Это была лучшая весна 1945 года.