Возлюби врага своего

      Тренировки на бамбуковых шестах очень быстро стали излюбленным развлечением в похоронном доме. А-Цин, оказавшаяся неожиданно старательной и прилежной ученицей по части того, чтобы кому-то «наподдать», с удовольствием обменивалась ударами с Сюэ Яном, с поразительной предупредительностью двигавшегося со скоростью и грациозностью черепахи, позволяя «сестре» отрабатывать на себе удары и подсечки. Сун Ланя девочка всё ещё немного недолюбливала, а на Сяо Синчэня у неё рука не поднималась. Впрочем, не только у неё. Сун Лань с Сюэ Яном, становясь в пару с даоцзаном, становились скованными и неповоротливыми, опасаясь хоть чем-то навредить светлому заклинателю. Всё-таки при всех талантах и умениях Сяо Синчэня, он был слепым, а слепой зрячему, к несчастью, не соперник. Однако то, что было неудобно делать в паре, прекрасно работало в тройке.       Каждый раз, когда трое заклинателей сходились вместе в дружеском поединке, А-Цин не могла оторвать от них завороженного взгляда. Сун Лань с Сюэ Яном полностью концентрировали внимание друг на друге, отбрасывая в сторону малейшую сдержанность, и напоминали двух тигров, дерущихся за добычу. И изящный Сяо Синчэнь, с равной периодичностью атаковавший обоих своих сожителей, только подливал масла в огонь.       Сун Ланю было стыдно признаться, но тренировочные бои с Сюэ Яном доставляли ему истинное наслаждение. Босяк был очень достойным противником. Ловкий, грациозный, тёмный заклинатель движениями напоминал ядовитую змею, танцующую причудливый танец перед тем, как наброситься на свою жертву — его атаки всегда были стремительны, молниеносны и непредсказуемы. Во время поединков Сюэ Ян не затыкался ни на минуту, постоянно вставляя едкие комментарии, явно стараясь разозлить соперника и тем самым заставить его начать допускать ошибки. Что примечательно, данную хитрость он использовал исключительно на Сун Лане. Во время тренировок с А-Цин Сюэ Ян ограничивался наставлениями по технике выполнения тех или иных движений, причём голос его всегда звучал ровно и спокойно, без тени насмешки или издёвки. Но самое занятное происходило, когда в сражении участвовал Сяо Синчэнь. Тёмный заклинатель вертелся вокруг возлюбленного ужом, сыпал комплименты направо и налево и каждый раз, когда его шест мог дотянуться до даоса, Сюэ Ян в последний момент сдерживал удар, заменяя его коротким поцелуем куда придётся: в щёку, шею или плечо. Сяо Синчэнь на это лишь весело смеялся, а на особо смущающих словах заливался очаровательным румянцем, от которого Сюэ Ян не мог отвести восхищённого взгляда. Как и Сун Лань впрочем.       Ближе к началу зимы, когда на улице стало настолько холодно, что основная масса жителей города И попрятались в своих домах, из деревни, находящейся в паре дней пути, пришла новость о том, что там стали пропадать люди. Причём никто не знал, что именно с ними происходило: ни тел, ни каких-либо следов никому обнаружить так и не удалось. Естественно, Сяо Синчэнь не мог пройти мимо чужой беды. Сюэ Ян с Сун Ланем без лишних разговоров и пререканий собрались пойти с ним.       — Я тоже пойду! — неожиданно заголосила А-Цин, всегда терпеливо сносившая вынужденную необходимость оставаться одной в похоронном доме во время ночных охот.       — А-Цин, — мягко увещевал её Сяо Синчэнь, — боюсь, это невозможно. Ночная охота не место для юной девы. Тем более, мы понятия не имеем, с чем именно столкнёмся.       — А оставить меня одну в похоронном доме в этот зверский холод, значит, нормально, даоцзан? — на этот раз А-Цин даже не думала сдаваться. — За огнём даже некому будет присмотреть! А вдруг он потухнет, пока я сплю, и я замёрзну во сне?       Сюэ Ян насмешливо фыркнул на это предположение: как человеку, проведшему всё детство в полном одиночестве на улице, ему было хорошо известно, что сценарий, озвученный Слепышкой, был просто невозможен — любой босяк знает, как выжить даже в самые лютые морозы. Тем более, когда у тебя есть крыша над головой, возможность приготовить горячую еду и укрыться тёплым одеялом. Однако Сяо Синчэнь подобным опытом не обладал. Поэтому слова девочки заставили его усомниться в правильности своего решения.       — Да ладно тебе, даоцзан, — растянув губы в широкой усмешке, проговорил Сюэ Ян, нежно потёршись щекой о плечо даоса. — Давай возьмем малявку с собой. Нас всё-таки трое — уследим как-нибудь.       — Мы можем оставить А-Цин на постоялом дворе, — неожиданно подал голос Сун Лань, обычно сохранявший молчание во время подобных «семейных» разговоров, не считавший, что имеет право озвучивать своё мнение, но на этот раз сделавший исключение. — Там с ней точно ничего не случится.       — Если вы так считаете… — Сяо Синчэнь по-прежнему не выглядел убеждённым, однако сдался под гнётом мнения большинства. — Хорошо, А-Цин, можешь пойти с нами. Но если по пути мы встретим какую-то угрозу, ты не станешь вмешиваться и будешь держаться рядом с А-Яном и Цзычэнем.       — Хорошо, даоцзан.

***

      О том, что в деревне творится что-то совсем плохое, Сюэ Ян догадался сразу же, стоило только крышам первых домов показаться на горизонте: настолько мощную тёмную энергию он не чувствовал никогда. Даже иньское железо не источало от себя такую тяжёлую ауру.       — Зря мы сюда пришли, — недовольно пробормотал он, мысленно прикидывая, сколько тёмных талисманов у него имеется при себе. — Ещё и мелкую с собой притащили…       — Что-то не так? — А-Цин ещё никогда не видела на лице Сюэ Яна такого хмурого, сосредоточенного выражения.       — Ты что-то почувствовал, А-Ян? — настороженно спросил Сяо Синчэнь.       — А ты что, нет? — искренне удивился тот. — Да от этой деревни за много ли разит!       — Я ничего не чувствую, — покачал головой Сяо Синчэнь. — И Шуанхуа молчит.       — Я тоже ничего не чувствую, — поддержал друга Сун Лань.       Сюэ Ян коротко выругался себе под нос и вытащил из ножен Цзянцзай — происходящее нравилось босяку всё меньше и меньше. Нет, если бы он был один, он бы с превеликим удовольствием вошёл в деревню и выяснил, что там такое интересное происходит. Скорее всего, среди жителей объявился довольно сильный тёмный заклинатель, активно практикующий тёмный путь. Сюэ Ян бы с радостью познакомился с этим человеком. Возможно, даже обменялся опытом. Но, к сожалению, он пришёл сюда не один. И вот Сяо Синчэню точно не стоило связываться с подобной мерзостью. Да и А-Цин тоже (на Сун Ланя Сюэ Яну, естественно, было наплевать — его не жалко).       — Сяо Синчэнь, вы с А-Цин останетесь здесь, — твёрдо проговорил Сюэ Ян, нервно облизнувшись. — А мы с даоцзаном Суном пока сходим и посмотрим, что тут к чему. Заодно поищем ночлег.       — Почему мы не можем пойти с вами? — Сяо Синчэнь по-птичьи наклонил голову, недовольно поджав и без того тонкие губы. — Ты что-то скрываешь от меня, А-Ян?       Сюэ Ян осклабился и нежно поцеловал своего даоцзана в уголок губ.       — Я ничего от тебя не скрываю, — вкрадчиво проговорил тёмный заклинатель. — Просто хочу проверить одну свою догадку. Если я окажусь прав, мы с даоцзаном Суном быстро покончим с монстром, терроризирующим эту деревню, и преспокойно отправимся обратно домой все вместе.       — А если нет?       — Тогда найдём постоялый двор и вернёмся за вами. Ведь там, где не справятся двое, наверняка сдюжат трое? А за А-Цин всё равно кто-то должен присматривать. И ты, даоцзан, единственный, кого эта мелочь слушается.       Сяо Синчэнь тяжело вздохнул и слегка склонил голову в знак согласия.       — Прошу вас, только недолго, — попросил он. — Мы с А-Цин будем волноваться.       — Обернёмся до темноты, — заверил его Сюэ Ян, после чего повернулся к девочке, вытащил из-за пазухи нож и всунул ей его в руки: — Заметишь что-нибудь подозрительное: животное или человека, неважно — сразу же бей, не задумываясь.       А-Цин коротко кивнула и убрала нож в карман своего ханьфу.       — Идём, даоцзан Сун, — беззаботно скомандовал Сюэ Ян, уверенно направляясь по узкой тропинке к деревне. — Нас ждёт веселье!       Сун Лань, не проронив ни слова, последовал за тёмным заклинателем. Однако стоило им удалиться на достаточное расстояние, чтобы чуткий слух Сяо Синчэня точно не расслышал слов, Цзычэнь обнажил свой меч.       — А теперь говори прямо: что ты задумал?       Сюэ Ян наградил светлого заклинателя хищной усмешкой.       — Собираюсь охотиться на лису, — весело объявил он.       — На какую лису? — мрачно уточнил Сун Лань.       — На наглую хитрую лису, ворующую кур, — протянул Сюэ Ян, поигрывая Цзянцзаем в своих руках. — Достаточно умную, чтобы скрыть следы своего присутствия даже от таких опытных охотников, как вы с даоцзаном.       — Я не понимаю, о чём ты говоришь, Сюэ Ян.       — Скоро поймёшь.       Широко усмехнувшись, Сюэ Ян достал из цянькуня заготовку для талисмана, после чего решительно надрезал ладонь мечом и принялся сосредоточенно выводить кровавые символы пальцем на бумаге.       — Это тёмное заклинательство, — презрительно проговорил Сун Лань, хмуро наблюдая за действиями босяка.       — Ага, — подтвердил тот, задорно сверкая красноватыми всполохами на дне глаз. — Я ведь тёмный заклинатель, ты об этом не забыл?       — Сяо Синчэнь думает, что ты исправился, — голос Сун Ланя был холоден, как сталь его меча. — Что ты встал на светлый путь.       Сюэ Ян наградил даоса взглядом, полным ненависти.       — Я всю свою жизнь потратил на то, чтобы получить эти знания! — зло бросил он. — Почему я должен отказываться от всего? Только потому, что вы двое считаете мой путь неправильным? Ха! Я готов отказаться от убийств ради Сяо Синчэня. Я согласен помогать всяким никчёмным деревенщинам, раз уж ему так нравится играть в благодетеля. Но даже ради него я не стану отказываться от своей сути!       — Почему же ты не скажешь ему об этом? — Сун Лань подавил волну гнева, закипавшую в груди, и постарался говорить спокойно, действительно пытаясь понять, что именно имеет в виду этот кровожадный безумец. — Почему скрываешь, что продолжаешь следовать тёмному пути?       Сюэ Ян ничего на это не ответил, лишь угрожающе оскалил свои крохотные клычки.       — Хочешь, я скажу, почему? — продолжил говорить Сун Лань, ничуть не испугавшийся. — Ты знаешь: стоит Синчэню узнать о том, что ты всё ещё занимаешься тёмным заклинательством, он отвернётся от тебя, несмотря на все свои чувства к тебе. Сяо Синчэнь не позволит тёмному заклинателю запятнать себя.       Цзянцзай в руке Сюэ Яна задрожал, отражая взвинченное состояние своего владельца. Однако неимоверным усилием воли босяку удалось усмирить своё строптивое оружие, хотя пустить его в дело хотелось неимоверно — сколько бы они ни прожили с Сун Ланем под одной крышей, ненавидеть его меньше Сюэ Ян не стал.       Бросив в сторону своего провожатого недовольный взгляд, Сюэ Ян повесил активированный талисман на дерево, после чего убрал Цзянцзай в ножны и невозмутимо продолжил путь в сторону деревни.       — Для чего нужен тот талисман? — Сун Лань последовал за тёмным заклинателем, однако никакая сила в этом мире не могла заставить его промолчать.       — Он сообщит мне, если к Сяо Синчэню и А-Цин приблизится кто-то или что-то, несущее иньскую ци, — равнодушным голосом сообщил Сюэ Ян.       Сун Лань наградил тёмного заклинателя недоверчивым взглядом, но от дальнейших расспросов воздержался, понимая, что вряд ли ему удастся выбить из босяка правдивую информацию. Как и А-Цин, Сюэ Ян слушался исключительно Сяо Синчэня, подчиняясь любому его решению. Цзычэня же оба лишь терпели, да и то только потому, что он был другом их обожаемого даоса.       Добравшись до деревни, Сун Лань насторожился: вокруг стояла зловещая тишина, и на улице, несмотря на ещё совсем не позднее время, не было ни души. Мужчина молча вытащил из ножен Фусюэ. Тут же на его запястье легко и как-то даже привычно легла ладонь Сюэ Яна.       — Не стоит раньше времени размахивать мечом, даоцзан, — напряжённым голосом проговорил босяк, не торопившийся обнажать собственный меч. — Беду можешь накликать.       В обычной ситуации Сун Лань даже не подумал бы послушать юношу. Однако сейчас было в его взгляде нечто такое — какая-то странная, незнакомая эмоция, которую Цзычэнь не смог опознать, — что заставило даоса подчиниться и вернуть меч обратно в ножны.       Сун Лань с Сюэ Яном медленно двинулись по неширокой улице, настороженно оглядываясь по сторонам и внимательно прислушиваясь к малейшему шуму. В какой-то момент Сюэ Ян резко сорвался с места и, оттолкнувшись от земли, легко взлетел на крышу ближайшего дома. Сун Лань, естественно, немедленно последовал за ним.       От увиденного у даоса перехватило дыхание. Над деревней, захватывая несколько ли вокруг, растянулись бордовые пульсирующие линии, наполненные тёмной энергией, складывающиеся в какой-то замысловатый символ.       — Это талисман сокрытия энергии, — сквозь зубы процедил Сюэ Ян, отвечая на невысказанный вопрос своего спутника. — Он нужен, чтобы последователи светлого пути — и их артефакты, — не смогли почувствовать тёмную ци.       — Как удачно, что ты не следуешь светлому пути, — мрачно проговорил Сун Лань.       — Вот именно, — кивнул Сюэ Ян. — Нам нужно вернуться к Синчэню и А-Цин. Учитывая специфику данных чар, живых в деревне мы не найдём.       — И я должен поверить тебе на слово? — Сун Лань не скрывал скепсиса в своём голосе.       — А у тебя есть выбор, даоцзан Сун? — ядовито парировал Сюэ Ян. — Если хочешь, можешь обойти все дома и проверить. Но лично я не собираюсь тратить на это время — я возвращаюсь к Синчэню.       — Осторожней!       Сун Лань первым услышал высокий пронзительный звук и в последний момент успел схватить Сюэ Яна за предплечье и дёрнуть на себя, убирая с траектории полёта стрелы. Не удержавшись на ногах, Сюэ Ян со всего маха впечатался в грудь даоса, выбив из того дух. Однако Цзычэнь был крупнее и физически сильнее хрупкого босяка, так что сумел устоять на ногах.       — Так, так, так, кого я вижу! Сам несравненный Сюэ Ян почтил своим вниманием мою скромную персону.       На крыше соседнего дома появился невысокий коренастый мужчина, облачённый в простое тёмно-коричневое ханьфу. Его спутанные тёмные волосы сальными сосульками обрамляли лицо, с которого на мир взирали жуткие, абсолютно красные глаза. В опущенной руке незнакомец держал лук, а за его спиной висел колчан со стрелами.       — Не припомню, чтобы мы были знакомы, — криво усмехнувшись, заметил Сюэ Ян. — Впрочем, чему удивляться? На такую падаль я бы никогда не обратил внимания.       — В самом деле? — мужчину, казалось, ничуть не задели слова Сюэ Яна. — А вот я внимательно следил за тобой, убийца клана Чан. Твои дела были восхитительны! — на бледном, измождённом лице отразилась безумная улыбка. — Чего только стоит армия марионеток в городе И! Без тебя я бы никогда не додумался о таком оригинальном способе подчинения.       Сун Лань заметил, как внезапно побледнел Сюэ Ян, а на дне его глаз на мгновение отразился страх.       — Где жители этой деревни? — утратив всю свою язвительность и насмешливость, строго спросил Сюэ Ян, буравя противника тяжёлым, пронзительным взглядом. — Что ты с ними сделал?       — Как что? Пустил в дело, разумеется, — с губ мужчины сорвался короткий полубезумный смешок. — Теперь они верные стражи моих владений. Сейчас они как раз должны разобраться с незваными гостями, остановившимися на границе моей земли.       «Синчэнь!» — испуганной птахой взметнулась в голове Сун Ланя мысль. Озвучить её он не успел.       Сюэ Ян двигался быстро и грациозно, словно дикий зверь. Перескочив с крыши на крышу, босяк на лету вытащил из ножен Цзянцзай, одновременно свободной рукой бросая в лицо противнику какой-то порошок. Мужчина закашлялся и неумело взмахнул руками, пытаясь отбить атаку луком: меч легко разрубил дерево, а вторым ударом снёс незадачливому последователю тёмного пути голову.       — Сюэ Ян, — в голосе Сун Ланя звучал металл. — Ты должен был схватить его, а не убивать.       Сюэ Ян не обратил на его слова ни малейшего внимания. Удобней перехватив меч, босяк спрыгнул с крыши на землю и со всей мочи побежал прочь из деревни, мысленно моля всех известных ему богов и небожителей только об одном: успеть. Успеть и не позволить Синчэню пролить невинную кровь. Потому что в этот раз Сюэ Ян не сможет скрыть от возлюбленного неприглядную истину. А правда непременно разобьёт даосу сердце.       На полпути Сюэ Ян почувствовал, как активизировался сигнальный талисман: судя по всему, марионетки таки успели добраться до поляны, на которой они с Сун Ланем оставили Синчэня и А-Цин. Зарычав сквозь стиснутые зубы, Сюэ Ян прибавил ходу, хотя и так бежал на пределе своих возможностей.       На поляну тёмный заклинатель ворвался за секунду до того, как Шуанхуа пронзил грудь какого-то бедолаги. Цзянцзай привычно лёг в руку своего хозяина. Мечи соприкоснулись друг с другом с громким лязгом.       — А-Ян? — Сяо Синчэнь, естественно, сразу же узнал возлюбленного. — Что ты делаешь?       — Спасаю тебя от непоправимой ошибки, — ответил босяк, отталкивая в сторону нападавшего на них крестьянина, чьё лицо покрывали зловещие тёмные линии — верный признак воздействия трупного яда. — Синчэнь, опусти меч и отойди в сторону — Шуанхуа сейчас тебе не помощник.       — Почему, А-Ян? — Сяо Синчэнь выглядел растерянным. — Что происходит?       — Твой меч реагирует на тёмную энергию, — отвесив хорошего пенделя очередному околдованному бедолаге, не подпуская его к светлому заклинателю и испуганно жмущейся к нему со спины А-Цин, ответил Сюэ Ян. — Только вот проблема в том, что он не всегда точен в своих выводах. Люди, которые сейчас на нас нападают, подверглись действию трупного яда. Они ещё не мертвы, и некоторым из них, возможно, даже можно будет помочь. При условии, что ты никого не проткнёшь мечом.       — О, Небожители! — испуганно воскликнул Сяо Синчэнь, моментально опуская меч. — Я мог убить невинных людей!       — Никогда, — пылко возразил Сюэ Ян. — Я бы никогда не позволил этому случиться.       В этот момент на поляне появился Сун Лань — несмотря на все свои неоспоримые достоинства, в скорости даос всё же уступал шустрому и юркому босяку. Быстро сориентировавшись, Цзычэнь достал из своего цянькуня обездвиживающие талисманы, и принялся один за другим прикреплять их к спинам марионеток. Спустя мгновение к нему присоединился и Сюэ Ян. Вдвоём они за несколько минут обезвредили всех нападавших.       — Нужно вызвать лекарей из Цинхэ, — заметил Сун Лань, рассматривая их совместный с босяком «улов». — Я понятия не имею, как подобное излечить.       — Нет нужды никого звать, — весело отозвался Сюэ Ян. — Уверен, в доме нашего массовика-затейника мы найдём всё необходимое, чтобы помочь этим людям.       Сун Лань наградил тёмного заклинателя убийственным взглядом.       — Судя по всему, ты прекрасно разбираешься в этом, — сухо проговорил даос. — Интересно только, откуда?       В голове Цзычэня набатом стучали слова того безумца о том, что он следил за Сюэ Яном и вдохновлялся в своих преступлениях какими-то его действиями в городе И.       — Я служил Вэнь Жоханю, — напомнил Сюэ Ян елейным голосом. — Не думает же даоцзан Сун, что я для него сады выращивал?       — Прекратите, — тихо, но чётко проговорил Сяо Синчэнь, сейчас выглядевший как никогда бледным и совершенно разбитым. — Цзычэнь, перестань задирать Сюэ Яна, ты ведёшь себя, как ребёнок. А-Ян, — губы светлого заклинателя дрогнули в слабом намёке на улыбку, и он протянул к босяку свою тонкую, изящную ладонь. — Прошу тебя, если ты можешь помочь этим людям — сделай это. Я…       Сюэ Ян порывисто обхватил ладонь даоса и прижался губами к бледному запястью.       — Я всё сделаю, Синчэнь, — пылко заявил тёмный заклинатель, и в его глазах вспыхнул зловещий огонь. — Тебе не о чем переживать. Просто сядь у костра, расслабься, развлеки А-Цин разговором. Никакой опасности в округе больше нет, а об остальном я позабочусь.       — А как же тот, кто всё это сотворил? — Сяо Синчэнь нахмурился. — Вы с Цзычэнем поймали его?       — Я его убил, — твёрдо проговорил Сюэ Ян, отпуская руку возлюбленного, опасаясь, что после услышанного тому будут неприятны его прикосновения. — Без суда и следствия. И ни капли об этом не жалею.       Сяо Синчэнь укоризненно покачал головой.       — Это неправильно, А-Ян, — заметил светлый заклинатель. — Этот человек должен был предстать перед судом.       Сюэ Ян горько усмехнулся.       — Я тоже должен был предстать перед судом, — голос босяка сочился ядом. — Напомнить тебе, даоцзан, что произошло? Не прошло и дня, как меня выпустили из темницы, и я вернулся к своим прежним развлечениям. Так неужели ты думаешь, что с этим идиотом было бы по-другому? Судя по тому, что я увидел, он был весьма неплох в тёмном заклинательстве. Следовательно, мог бы быть полезен для кого-нибудь в том же Ланьлине. Суд бы превратился в фарс, ублюдок снова оказался на свободе и продолжил творить свои грязные делишки. Сейчас же он мёртв, окончательно и бесповоротно. Я найду его дом, приготовлю противоядие, а затем уничтожу все его наработки в области тёмного пути, если таковые, конечно, имелись. И ты можешь осуждать меня, Синчэнь, сколько твоей душе угодно!       Понимая, что запас времени у них весьма ограничен, если они планируют спасти хоть кого-то, Сюэ Ян, не дожидаясь очередной порции увещеваний, развернулся и направился обратно в деревню, старательно отметая в сторону мысли о том, что от неприятного разговора ему так легко не уйти — Сяо Синчэнь не успокоится, пока плешь ему не проест своими душеспасительными речами. А его не нужно спасать! С ним и так всё прекрасно.

***

      Дом злодея Сюэ Ян нашёл без труда: от него сильнее всего фонило тёмной энергией. Обнажив на всякий случай Цзянцзай — ну, мало ли, какие именно сюрпризы могли ожидать его внутри, — босяк резко распахнул дверь и уверенно переступил через порог.       — Ты слишком полагаешься на свои умения, — раздался у него за спиной отстранённый голос Сун Ланя, бесшумно возникшего рядом с убийцей клана Чан чуть ли не из воздуха. — Здесь могла быть ловушка.       — Был бы сюрприз, — осклабившись, ответил Сюэ Ян, окидывая раздражённым взглядом ветхое жилище. — А я очень люблю сюрпризы.       Сун Лань ничего на это не ответил: точно безмолвная тень, даос проскользнул за тёмным заклинателем в дом, не отступая от того ни на шаг.       — Ты чего увязался за мной? — раздражённо спросил Сюэ Ян, бросив в сторону даоса полный негодования взгляд. — Шпионишь?       — Присматриваю, — последовал лаконичный ответ.       Сюэ Ян презрительно скривился и зажёг огненный талисман — в доме было настолько темно, что разобрать хоть что-то было совершенно невозможно. В тусклом оранжевом свете талисмана взгляд юноши сразу зацепился за небольшой стол, заваленный пергаментами с очень узнаваемым кривоватым почерком.       — Не может быть! — зло прошипел сквозь зубы Сюэ Ян, разглядывая собственные записи, которые он некогда делал для Мэн Яо, когда был приглашённым учеником в Ланьлине и занимался восстановлением иньской печати для Цзинь Гуаньшаня.       — Что такое? — Сун Лань тут же оказался за его плечом.       — Этот грязный ублюдок использовал мои наработки! — возмущение Сюэ Яна было настолько велико, что он совершенно не подумал, кому и что говорит. — А главное, где он их мог раздобыть? Разве что… — Сюэ Ян замолчал на полуслове и нахмурился. Неприятная догадка куском льда сползла вдоль позвоночника, заставив босяка поёжиться. — Неважно.       Сюэ Ян аккуратной стопкой сложил бумаги, поджёг их с помощью огненного талисмана, и напряжённо наблюдал за тем, как плоды его многолетних трудов пожирает жадное пламя.       — Сюэ Ян, — голос Сун Ланя дрожал от напряжения. — У кого ты оставил свои записи?       — Тебя это не касается, — отрезал Сюэ Ян. Дождавшись, пока все пергаменты догорят, он залил пламя водой из кувшина, стоявшего на подоконнике.       — Будет касаться, если твой бывший наниматель явится за тобой в город И, — мрачно заметил Сун Лань.       — Он не явится, — заверил его Сюэ Ян. — Он считает, что я мёртв.       — Убитый тобой заклинатель видел тебя в городе И. Где гарантия, что он никому об этом не рассказал?       — Если бы он рассказал своему хозяину о том, что видел меня живым, к тому моменту, как ты появился в городе, я был бы уже мёртв.       — Откуда такая уверенность?       Сюэ Ян повернулся и тяжёлым, хмурым взглядом посмотрел в лицо даоса.       — Потому что, если судить по словам этого кретина, в городе И он видел меня несколько лет назад — в тот период, когда я только-только поднялся на ноги после ранений. И раз за всё это время в похоронном доме не появились гости, кроме тебя, даоцзан Сун, значит, этот мелкий червяк побоялся, что, узнав о том, что я выжил, его хозяин избавится от него, как от ненужного мусора, отдав предпочтение мне.       — Он сказал, что метод создания марионеток взял у тебя, — продолжил допрос Сун Лань. — Это правда?       — Правда, — неохотно признал Сюэ Ян, понимавший, что откровенную ложь даос прекрасно распознает.       — Ты применял трупный яд на людях, — это был не вопрос — утверждение.       — Да.       Сун Лань недовольно поджал губы и бросил на Сюэ Яна презрительный взгляд.       — Ты просто отвратителен, — процедил Цзычэнь.       — Да, я отвратителен, — покорно согласился Сюэ Ян. — Но если ты попытаешься рассказать об этом Сяо Синчэню, я вырву твой поганый язык.       Сун Лань тут же выхватил Фусюэ и направил его лезвие в сторону тёмного заклинателя.       — Ты создавал марионеток в городе И, — зло выплюнул обвинение в лицо Сюэ Яну даос. — То, что ты знал, как Шуанхуа отреагирует на трупный яд… это не может быть просто совпадением.       Осклабившись, Сюэ Ян лениво перекинул Цзянцзай из руки в руку, однако и не подумал нападать первым. Всё происходящее настолько напоминало их первую встречу возле рынка в городе И, что босяк почувствовал лёгкую ностальгию.       Как и в прошлый раз, Сун Лань, не отличавшийся терпением, атаковал первым. Казалось, он совершенно забыл и об ожидающем их возвращения Синчэне, и о пострадавших жителях деревни, полностью отдавшись во власть своих внутренних демонов.       — А ты не думаешь, даоцзан Сун, что твоими действиями руководит банальная ревность? — ядовито поинтересовался Сюэ Ян, играючи парируя все выпады даоса. Всё-таки они достаточно долго тренировались вместе, так что успели хорошо изучить стиль боя друг друга. — Ты постоянно оскорбляешь меня, нападешь без причины. Это так недостойного благородного заклинателя! Ай-яй-яй… — Сюэ Ян, издеваясь, укоризненно покачал головой. — Вот сейчас, например. Я вызвался добровольно спасти бедных жителей этой деревни, подвергшихся воздействию трупного яда. Однако ты упорно мешаешь мне это сделать, обвиняя не пойми в чём.       Сун Лань замер и растеряно моргнул: поддавшись чувствам, он, действительно, забыл об истинной цели их визита в этот дом.       — Если хочешь драки, я с удовольствием сражусь с тобой, — ухмыльнувшись, продолжил говорить Сюэ Ян. — Но после того как мы закончим с делом. Обещаю, я отвечу на все интересующие тебя вопросы.       Сун Лань несколько мгновений сверлил Сюэ Яна подозрительным взглядом. А затем с громким лязгом убрал Фусюэ обратно в ножны.       — Хорошо, — коротко кивнул даос. — Делай, что должно. Но не думай, что я забуду об этом разговоре!       Сюэ Ян пожал плечами и отошёл к шкафу с сушёными травами и пузырьками с непонятной жидкостью. Тёмный заклинатель намеревался исполнить обещание, данное Синчэню, и немного поработать целителем. А заодно позаботиться о том, чтобы Сун Лань замолчал навсегда.