Возлюби врага своего

      — Не это ищешь, даоцзан Сун?       Вздрогнув, Сун Лань, в этот момент сосредоточенно обыскивающий комнату, которую Сюэ Ян делил с Сяо Синчэнем, выпрямился и увидел Сюэ Яна, прислонившегося к дверному косяку и с насмешливой улыбкой демонстрирующего небольшую склянку с каким-то желтоватым порошком. Впрочем, почему каким-то? Заклинателю доподлинно было известно о назначении содержимого склянки.       — Это трупный яд, — Сун Лань не спрашивал, а констатировал факт.       — Он самый, — подтвердил Сюэ Ян, хищно усмехнувшись, демонстрируя маленькие острые клычки.       — Значит, ты, действительно, заставил Синчэня убивать крестьян.       — Да.       Сюэ Ян даже не думал что-либо отрицать.       Сун Лань длинно вздохнул и на мгновение прикрыл глаза. Тот факт, что трупный яд, действительно, существовал, доказывал, что всё, увиденное им во сне, было правдой. И это порождало целый ворох проблем. Как ненавидеть человека, вся жизнь которого, с раннего детства и до недавнего времени, представляла собой кромешный ад? Как презирать мальчишку, вставшего на тёмный путь лишь потому, что ему не оставили иного выбора?       — Синчэнь никогда не должен об этом узнать, — твёрдо проговорил Сун Лань, уверенно глядя в глаза Сюэ Яну.       — Не узнает, — заверил его юноша. — Если, конечно, ты не расскажешь.       — Никогда.       На этом тема была исчерпана. Сун Лань не потребовал от Сюэ Яна отдать ему остатки трупного яда, не заставил отречься от тёмного пути, чем поставил босяка в тупик. Сюэ Ян ожидал крупной ссоры, криков, возможно даже сражения на мечах. Однако Цзычэнь просто сделал для себя какие-то выводы и на этом всё. Подобная неопределённость бесила босяка из Куйджоу, но, чтобы не расстраивать Сяо Синчэня, он был вынужден запихнуть собственные чувства глубоко себе в глотку и постараться изо всех сил сохранить то хрупкое равновесие, которое воцарилось между ними.       Сун Ланя же терзали противоречия. С одной стороны, будучи воспитанником храма Байсюэ, он ненавидел всех последователей тёмного пути, считая их отбросами, недостойными жизни — так учили его наставники, и прежде Цзычэнь никогда не подвергал это сомнению. Но сейчас мужчина не мог не задаться вопросом: а что, если есть другой путь? Вспоминая, с какой нежность и преданностью Сюэ Ян смотрит на Сяо Синчэня, Сун Лань спрашивал себя: быть может, милосердием, любовью и заботой можно сделать намного больше, нежели ненавистью и мечом?       Решив проверить эту теорию, ближе к вечеру, когда Сяо Синчэнь и А-Цин вернулись с прогулки по лесу, принеся с собой вязанку хвороста и корзину с лекарственными травами, которые даоцзан собирался использовать для приготовления целебных снадобий, Сун Лань отправился на рынок, где купил четыре кумквата и два кулька с конфетами: А-Цин и Сюэ Яну.       Неожиданные гостинцы от всегда хмурого и нелюдимого Цзычэня вызвали у обитателей похоронного дома разную реакцию. Сяо Синчэнь буквально светился от счастья, с благодарностью принимая из рук друга ароматный фрукт, внешне напоминавший маленькое солнце. А-Цин с сомнением посмотрела сначала на угощение, потом на нечитаемое лицо дарителя.       — С чего такая щедрость? — прямо спросила она, с подозрением глядя на Сун Ланя.       — Да какая разница! — легкомысленно бросил Сюэ Ян. Выхватив кумкват из рук девчонки, босяк из Куйджоу с помощью ножа ловко избавил его от кожуры, разделил на дольки и разложил на небольшой тарелке, которую и вернул А-Цин. — Ешь, пока дают.       Получив своеобразное благословение от «старшего братца», А-Цин забрала тарелку и ушла во двор, где Сяо Синчэнь уже успел развести уютный костерок.       — Это очень любезно с твоей стороны, Цзычэнь, потратить свои деньги на нас, — заметил светлый заклинатель, улыбаясь уголками губ, всем своим одухотворённым видом напоминая Небожителя. — Благодарю.       — Да-да, спасибо за щедрость, даоцзан Сун, — ухмыляясь, проговорил Сюэ Ян, противно растягивая слова. — Век не забудем.       Сяо Синчэнь укоризненно покачал головой, но улыбаться не перестал. Сюэ Ян забрал из его рук кумкват, почистил его и разделил на дольки так же, как и для А-Цин, выложив из долек на тарелке цветок. Критически оглядев получившуюся картину, Сюэ Ян пододвинул к себе тарелку с двумя оставшимися фруктами и избавил их от кожуры. Дольки одного он неаккуратно сложил в тарелку, а второй кумкват разделил на три части: одну присовокупил к «цветку» для Сяо Синчэня, а вторую просто положил сверху на горку долек в другой тарелке.       — Вот, даоцзан, ешь, — Сюэ Ян заботливо вложил первую тарелку в руки Синчэню, сопроводив это действие крохотной улыбкой. — Я пойду, прослежу, чтобы мелкая себе космы не опалила возле костра.       Молча пододвинув вторую тарелку с очищенным кумкватом к Сун Ланю, Сюэ Ян забрал оставшуюся треть фрукта и вышел во двор. Бросив мимолётный взгляд в окно, Цзычэнь увидел, как юноша вручил последнюю часть кумквата А-Цин, которая с удовольствием приняла добавку к своему угощению.       — Я рад, что вы с Сюэ Яном пытаетесь поладить, — заметил Сяо Синчэнь, с удовольствием закидывая в рот горьковатые дольки.       Сун Лань промолчал, сверля пристальным взглядом свою тарелку, пытаясь разглядеть в ней какой-то скрытый смысл, но не видел ничего, кроме почищенного и нарезанного фрукта.       Поздно ночью, когда похоронный дом погрузился во мрак и тишину, Сун Лань сквозь сон услышал тихие шаги. Открыв глаза, мужчина, ожидаемо, увидел возле своей постели Сюэ Яна. На этот раз, видимо, разнообразия ради, босяк из Куйджоу не держал в руках нож и даже не улыбался своей жутковатой клыкастой ухмылкой.       — Решил купить меня горсткой конфет, даоцзан Сун? — вкрадчиво спросил юноша, сверля мужчину тяжёлым взглядом.       — Нет, — спокойно ответил тот.       — Тогда чего ради ты устроил этот спектакль сегодня за ужином?       Сун Лань неопределённо пожал плечами. Он и сам не был до конца уверен, зачем всё это затеял.       — Мне показалось, ты не будешь против дополнительной порции сладостей, — после достаточно длительной паузы всё же ответил он. — Да и А-Цин тоже. Вы оба заслуживаете того, чтобы о вас заботились.       На некоторое время в комнате повисло напряжённое молчание.       — Я ненавижу кумкваты, — неожиданно сообщил Сюэ Ян. — Слишком горькие. Так что, даоцзан Сун, если в следующий раз захочешь порадовать меня фруктами, лучше купи личи или рамбутан.       Конфеты, что примечательно, Сюэ Ян возвращать не стал. Более того, весь кулёк был съеден в течение пары дней.

***

      Следующие три недели прошли в городе И совершенно спокойно, можно даже сказать заурядно. Пару раз Сяо Синчэнь вместе с Сун Ланем и Сюэ Яном выбирались на Ночную охоту, но никого стоящего им обнаружить не удалось, так, мелкую нежить, с которой даже А-Цин смогла бы справиться.       Мучимый скукой, Сюэ Ян стал всё чаще покидать похоронный дом, пропадая неизвестно где, чем сильно беспокоил Сяо Синчэня, которому врождённое чувство такта не позволяло лезть к возлюбленному с расспросами. К счастью, Сун Лань был не настолько щепетилен, как его друг, поэтому в один из дней он отправился следом за босяком из Куйджоу, чтобы выяснить, чем тот занимается.       Тёмный заклинатель обнаружился в лесу неподалёку от города, где развлекал себя тем, что с помощью талисманов приманивал низкоуровневых мертвецов и безжалостно кромсал их Цзянцзаем.       — Осуждаешь, даоцзан Сун? — насмешливо спросил Сюэ Ян, практически сразу же заметивший, что за ним следят, но даже не подумавший прерывать своё занятие.       — Нет, — лаконично ответил даос.       — Почему? — Сюэ Ян опустил меч и заинтересованно взглянул на заклинателя. — Ты ведь ненавидишь тёмный путь. И меня.       — Я осуждаю тёмный путь, — возразил Сун Лань. — Он ведёт к разрушению тела и души.       — С моим телом всё в полном порядке, — ухмыльнулся Сюэ Ян и даже неторопливо повернулся кругом, широко раскинув руки, как бы демонстрируя себя. — Да я просто неотразим!       И широко улыбнулся, демонстрируя острые клычки.       «Поганец», — с грустью подумал Сун Лань, ощущая знакомое щемящее чувство в груди — раньше оно возникало исключительно при взгляде на улыбку Сяо Синчэня. А теперь глупое сердце отреагировало и на самодовольное лицо убийцы клана Чан.       — Тебе не стоит так часто отлучаться одному, — ровным голосом заметил мужчина. — Синчэнь волнуется.       — Боится, что я сорвусь и начну резать местных крестьян? — в голосе Сюэ Яна послышались злые нотки.       — Боится, что ты найдёшь неприятности на свою дурную голову, — парировал Сун Лань. — Идём. Скоро время ужина.       Сюэ Ян не стал спорить и покорно убрал меч в ножны.       По пути домой заклинатели заглянули на рынок: Сун Лань намеревался пополнить запасы овощей, а Сюэ Ян завернул в винную лавку, где разжился двумя кувшинами рисового вина.       — Нужно же хоть чем-то разбавить скуку, — растягивая слова, пояснил юноша, поймав вопросительный взгляд своего спутника. — Ночных охот нет, запугивать местных торгашей вы с даоцзаном мне запрещаете, эксперименты с тёмной материей я проводить не могу. Остаётся только напиться!       Сун Лань не стал делать замечаний: Сюэ Ян был уже взрослый мальчик и достаточно сильный заклинатель, так что от двух кувшинов вина ему плохо точно не станет.       — Ну, наконец-то! — не скрывая возмущения, поприветствовала их А-Цин, стоило только Сун Ланю и Сюэ Яну переступить порог похоронного дома. — Вы где так долго были? Мы с даоцзаном вас уже заждались!       — А-Цин, пожалуйста, прекрати, — мягко попросил её Синчэнь, поднявшийся из-за стола навстречу своим товарищам. — А-Ян, Цзычэнь, всё в порядке? Мы с А-Цин волновались, что вас очень долго не было.       — Мы заглянули на рынок, — бодро доложил Сюэ Ян. С негромким стуком поставив кувшины с вином на стол, юноша подошёл к Синчэню, собственнически обвил рукой его талию и запечатлел быстрый поцелуй на тонких губах даоса. — Даоцзан Сун купил твои любимые овощи. А у меня есть вино. Составишь мне компанию?       — Вино? — Сяо Синчэнь на мгновение растерялся. — Я никогда его не пробовал.       — Только не говори, что на твоей горе, как и в клане Лань, запрещён алкоголь.       — Нет, не запрещён, — покачал головой Сяо Синчэнь. — Просто до этого у меня не было желания его попробовать. — Синчэнь повернул голову к Сун Ланю, безошибочно по звуку шагов и движению ци определяя, где тот находится. — Цзычэнь, а ты пил когда-нибудь вино?       — Случалось пару раз.       Сюэ Ян встрепенулся и с интересом взглянул на Сун Ланя.       — Когда это даоцзан Сун успел приобщиться к культуре пития? — хищно улыбнувшись, спросил он. — И главное с кем?       — В Ланьлине, — последовал равнодушный ответ. — Мне не спалось как-то вечером, и молодой господин Цзинь предложил мне составить ему компанию.       — Цзинь Гуанъяо? — лицо Сюэ Яна внезапно закаменело, а глаза приобрели опасный блеск.       — Да, — подтвердил Сун Лань.       — И чего он от тебя хотел?       — Ничего. Мы просто обсуждали красоту сада Башни Кои.       — Видимо, у него было хорошее настроение, — пожал плечами Сюэ Ян. Усадив несопротивляющегося Сяо Синчэня на стул, юноша подошёл к дымящемуся котелку, стоящему на столе, и принялся деловито разливать похлёбку по тарелкам. — Обычно он ничего не делает просто так.       — Ты хорошо знаешь Верховного заклинателя? — с интересом спросил Сяо Синчэнь.       — Лучше, чем его названные братья, — мрачно рассмеялся Сюэ Ян. Расставив тарелки на столе, тёмный заклинатель сел справа от возлюбленного и взял в руки палочки. — Не будем о нём. Пусть катится в Диюй со своей слащавой улыбкой и прогнившей душонкой.       После ужина А-Цин отправилась мыть посуду, а три заклинателя расположились у огня во дворе. Сюэ Ян ловкими движениями разлил вино по пиалам и вручил своим собутыльникам.       — Пахнет вкусно, — признал Сяо Синчэнь, с интересом изучая содержимое врученной ему пиалы.       — С Улыбкой императора не идёт ни в какое сравнение, — весело сообщил Сюэ Ян, уверенно залпом выпивая свою порцию. — Но тоже неплохо, что удивительно для подобной глуши.       Сун Лань в алкоголе не разбирался, но должен был признать: у этого вина был приятный, лёгкий вкус с нотками каких-то фруктов. Сделав пару глотков, Цзычэнь поставил пиалу на землю возле своих ног, после чего вытащил из-за пазухи небольшой свёрток, который протянул Сюэ Яну.       — Это ещё что? — насторожился тот, с подозрением разглядывая подношение.       — Разверни и узнаешь.       В свёртке оказался набор метательных ножей.       — Ты пользовался подобными, когда мы впервые встретились, — заметил Сун Лань, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. — Кажется, твои остались в Цинхэ?       — Да, — каким-то странным, глухим голосом подтвердил Сюэ Ян, кончиками пальцев оглаживая тёмные рукоятки. — Глава Не оставил их у себя. — Сюэ Ян поднял голову и впился острым взглядом в лицо Сун Ланю. — Зачем ты мне их отдаёшь?       — Ты ходишь со мной и Синчэнем на Ночные охоты. Ты хорош с Цзянцзаем, но твой стиль боя подразумевает нанесение внезапных атак с большой дистанции: для этого нужно подходящее оружие. Теперь оно у тебя есть.       — Это так замечательно, Цзычэнь, что ты заботишься об А-Яне! — восторженно проговорил Сяо Синчэнь.       — Просто восхитительно, — сухо бросил Сюэ Ян, вновь наполняя свою пиалу вином и сразу же опустошая её. — Невероятная щедрость с твоей стороны, даоцзан Сун.       Сун Ланю показалось, или юноша выглядел смущённым?       — Я слышал, недалеко в горах завелась какая-то опасная тварь, — заметил Сяо Синчэнь, чутко уловивший напряжение, повисшее в воздухе, в связи с чем решивший сменить тему и сгладить неловкость. — Думаю, нам стоит сходить и посмотреть, что к чему?       — Отличная идея, даоцзан, — охотно согласился Сюэ Ян. — Завтра на рассвете и отправимся.

***

      Никогда прежде Сяо Синчэнь так остро не ощущал нехватки зрения, как в последние дни. После возвращения из деревни, захваченной тёмным заклинателем, Сюэ Ян и Сун Лань вели себя странно. Синчэнь ощущал странное напряжение, исходящее от них, казалось, будто воздух вокруг становился густым и тяжёлым, когда эти двое находились в одном помещении.       А потом Цзычэнь начал оказывать Сюэ Яну знаки внимания. Покупал сладости, составлял компанию во время походов на рынок. А потом и вовсе подарил метательные кинжалы. Все эти жесты выглядели странно и крайне неоднозначно. Нет, разумеется, Синчэнь не хотел ни в чём подозревать друга. Однако для закрытого, эмоционально отстранённого Цзычэня подобная неприкрытая забота о ком-то казалась необычной. Словно он отчаянно пытался произвести на Сюэ Яна впечатление. От одной только мысли об этом сердце Сяо Синчэня болезненно сжималось: в любой момент он мог потерять кого-то из дорогих ему людей. Если А-Ян не ответит на попытки Цзычэня сблизиться, то Синчэнь лишится друга. Если же чувства Сун Ланя будут приняты благосклонно, Синчэнь потеряет обоих: и друга, и возлюбленного.       Ночная охота показалась даосу хорошим способом отвлечься от дурных мыслей и тревог, а заодно попытаться разобраться в сложившейся ситуации, не отвлекаясь на А-Цин, которая, хоть и была девочкой бойкой и самостоятельной, всё равно нуждалась в присмотре и заботе.       Стоило только заклинателям приблизиться к горе, Шуанхуа в ножнах отчаянно завибрировал, сигнализируя о присутствии поблизости мощной тёмной энергии.       — Осторожно, — предупредил Сяо Синчэнь своих спутников, — рядом что-то есть.       Сюэ Ян и Сун Лань синхронно обнажили свои мечи и прислушались. Где-то неподалёку раздался странный звук, похожий на скрип несмазанных цепей.       «Оживший мертвец?» — предположил Сяо Синчэнь, уверенной поступью направляясь в сторону источника звука. Однако не успел он сделать и пары шагов, как за локоть его схватила чья-то крепкая рука.       — Постой, даоцзан, — вкрадчиво проговорил Сюэ Ян, настойчиво заставляя светлого заклинателя вернуться назад. — Позволь, сначала я посмотрю.       — Хорошо, — Сяо Синчэнь не стал спорить, покорно позволяя юноше уйти вперёд по тропе к самому подножию горы. Впрочем, далеко Сюэ Ян не ушёл: нырнув в ближайшие кусты, убийца клана Чан вскоре вернулся, держа в руках крохотный меховой комочек чёрного цвета, который и издавал звук, напоминающий лязганье цепей, на самом же деле оказавшийся жалобным скулежом.       — Собака? — недоверчиво спросил Сун Лань, вплотную приближаясь к Сюэ Яну и пристально рассматривая его находку.       — Это не собака, — возразил Сяо Синчэнь, нахмурившись: Шуанхуа в его руках всё ещё мелко вибрировал, указывая на источник тёмной энергии, который столь беспечно держал в данный момент Сюэ Ян. — А-Ян, от него нужно избавиться.       Ответить тёмный заклинатель ничего не успел. Со стороны горы послышался громкий, протяжный вой, затем земля сотряслась от тяжёлой поступи громадного существа, а спустя мгновение перед заклинателями предстала огромная чёрная псина с горящими адским пламенем алыми глазами.       — Тянгоу, — констатировал Сун Лань, без тени страха разглядывая легендарного монстра перед собой. — Не удивительно, что люди обходят эту гору стороной: эта тварь наверняка поедает всех, кто оказывается поблизости.       — Опустите мечи, — непривычно серьёзным, холодным тоном велел Сюэ Ян, продолжая держать в руках щенка — уменьшенную версию монстра, стоящего перед ними. — Она нам не навредит.       — Она? — Сяо Синчэнь обеспокоенно повернул голову в сторону юноши. — Хочешь сказать, это самка?       — Естественно, самка, — насмешливо фыркнул Сюэ Ян. — Более того, она уже давно мертва.       — Вот только тянгоу — лютого мертвеца нам и не хватает, — мрачно проворчал Сун Лань. — Нужно её упокоить.       — Нужно, — согласился Сюэ Ян, не испытывавший ни малейшего опасения относительно монстра. — Но для этого не обязательно её уничтожать.       Выпустив немного тёмной энергии, окружив тянгоу своеобразными путами, Сюэ Ян решительно приблизился вплотную к животному и положил ладонь ей на морду.       — Можешь идти, — властно сказал он, глядя в жуткие красные глаза напротив, при этом продолжая мягко прижимать к своей груди щенка. — Ему больше ничего не угрожает. Я позабочусь о нём.       Тянгоу издала длинный, жалобный звук. Гигантская пасть раскрылась, заставив Сун Ланя напрячься: он готов был в любой момент ринуться вперёд спасать зарвавшегося босяка от острых зубов. Впрочем, спасать никого не потребовалось: монстр лишь прошёл длинным чёрным языком по щеке Сюэ Яна, а затем осыпался белым пеплом, словно его и не было.       — Как ты это сделал? — Цзычэнь был поражён увиденным. Никогда прежде ему не доводилось видеть, чтобы от лютых мертвецов избавлялись таким способом.       — Ничего необычного, — пожал плечами Сюэ Ян, поудобней перехватывая щенка под брюхо. — Всего лишь дал ей то, чего она хотела.       — Она осталась ради ребёнка, — с грустью проговорил Сяо Синчэнь, догадавшийся, что именно здесь произошло.       — Местные охотники, скорее всего, убили её вскоре после того, как она ощенилась, — кивнул Сюэ Ян, подтверждая его догадку. — Естественно, злобный дух остался, чтобы отомстить своим обидчикам — что она и сделала, судя по количеству жертв, о которых мы слышали по дороге сюда, — и позаботиться о своём ребёнке. — Сюэ Ян опустил взгляд и задумчиво принялся осматривать свою ношу. — Поздравляю нас, господа, это мальчик. Как назовём?       — Ты собираешься его оставить? — удивился Сяо Синчэнь.       — Почему нет? — Сюэ Ян почесал указательным пальцем лобастую голову маленького монстра. — Отличная сторожевая псина получится. Да и А-Цин он явно понравится, она уже давно канючит, что хочет завести котёнка или щенка.       — Ты ведь понимаешь, что это не обычный щенок, а тёмная тварь, способная запросто оторвать человеку голову? — уточнил Сун Лань.       — Я — тёмный заклинатель, — оскалившись не хуже почившей тянгоу, напомнил Сюэ Ян. — Тоже та ещё тварь, если задуматься. Я убивал людей. Отрывая головы в том числе. Так что же, от меня тоже нужно избавиться, даоцзан Сун?       — Прекратите, — устало вздохнув, проговорил Сяо Синчэнь, возвращая Шуанхуа в ножны. — А-Ян, если ты уверен, что в состоянии воспитать животное должным образом, чтобы оно не представляло опасности для окружающих, тогда мы заберём его с собой.       — Я уверен, даоцзан, — прильнув к боку возлюбленного, заверил его Сюэ Ян. — Из него вырастет замечательный охранник! Только посмотри, какая он лапочка!       Сюэ Ян взял Сяо Синчэня за руку и осторожно вложил в неё зверька. Щенок тихо заскулил и завозился, вынудив даоса взять его обеими руками и прижать к груди, чтобы тот ненароком не упал. Подобное положение зверя полностью устроило: уткнувшись носом в белое ханьфу, от которого едва уловимо пахло лекарственными травами, которые даоцзан постоянно собирал в лесу, тянгоу прикрыл глаза и заснул.       — Ты ему понравился, — заметил Сюэ Ян, самодовольно улыбнувшись, словно это была его личная заслуга.       — Похоже на то, — Сяо Синчэнь ответил лёгкой улыбкой, мягко перебирая пальцами спутанную шерсть на загривке.       Сун Лань стоял чуть в стороне и с щемящей нежностью наблюдал за восхитительной картиной: безмятежный Сяо Синчэнь, облачённый во всё белое, с щенком на руках, и Сюэ Ян весь в чёрном — идеальное воплощение Инь и Ян. Эти двое даже не догадывались о том, насколько естественно и органично смотрелись вместе, словно Небеса специально создали их друг для друга. Цзычэнь ощутил лёгкую горечь на языке: ему в этой идиллии места не было.