Busy

“Я занят,” говорит Альбедо уже в шестой раз за последние десять минут, и твои плечи расстроенно опускаются. “Я позабочусь о тебе после того, как закончу свои исследования.” Ты лишь фыркаешь в ответ, потому что знаешь, что закончит он точно не скоро. Если бы он мог, он бы остался в этой комнате навечно – что он и пытается сделать. Он, вероятно, смог бы это сделать, если бы не ты, его чудесный ангел, который приходил беспокоить его даже за жалкую толику внимания. Ты могла просто сидеть рядом с ним в уютной тишине или поинтересоваться его исследованиями, ты всегда была рядом. Иногда ты удивляешься, как он еще не устал от тебя? Но ты, конечно, и не догадывалась что ему это на самом деле нравится – нравишься ты. Он любил, когда ты приходила к нему в гости, даже если твой визит отвлекал его от работы. Ты наполняла обычно тихую комнату своим нежным смехом, прижимаясь щекой к его плечу. Однако сегодня ты была намного навязчивее чем обычно. Жар растекался внутри тебя. Прошло так много времени с тех пор, как он прикасался к тебе в последний раз. И поскольку он не делал первый шаг, ты решила взять инициативу на себя и получить то что ты так хочешь. То, что ты хочешь перевелось в то, что сейчас ты упрашивала его отсосать ему, пока он работал. “Я перестану доставать тебя, если ты просто позволишь мне сделать это.” Твое обещание – ложь, но он не должен этого знать. Мягко пытаешься подтолкнуть его назад, что бы ты смогла оказаться перед ним. “Я буду вести себя хорошо, Бедо, ну пожалуйста.” Он делает паузу, испуская легкий вздох, прежде чем отъехать на стуле назад, чтобы освободить для тебя место. Ты сияешь ему в ответ, нетерпеливо протискиваешься в пространство под столом, усаживаясь между его ног. Он пристально наблюдает за тобой, пока ты взволнованно опускаешься на колени, а потом он тянется к тебе рукой и убирает волосы с лица. Это был единственный раз, когда он прикоснулся к тебе, оставляя тебя делать то, что ты хотела, в то время как он вернулся к тому, что он делал до этого. Жаль, что он так увлекся своими исследованиями, что не обращал на тебя свой взгляд. Ты выглядела так красиво с его членом во рту, делая все возможное что бы вобрать его в себя по самое горло. Руки обхватили его бедра, глаза сморгнули подступающие слезки пока ты пыталась приспособиться к его обхвату. Ты же выглядела довольно грязно, со слюной, смешанной с предэякулятом, что струйкой стекает из твоего ротика вниз по подбородку – Альбедо любил, когда все проходило мокро, любил, когда ты выглядишь ужасно во время секса. То, что он не реагировал на твои действия должным образам – не считая пары тяжелых вздохов и тихого ‘блять’, который подстегнул тебя взять его глубже, - заставило тебя почувствовать волну жара и отчаянное желание, извиваясь между его ног. Тебе явно было недостаточно этого. Не тогда, когда ты думала о том, что тебя могу трахнуть прямо за этим чертовым столом. Ты освободила его плоть и начала жадно хватать ртом воздух. Слюна пронизывалась тонкой ниткой с кончика его члена к твоему рту. Челюсть ныла от того как долго ты держала ее открытой, а горло горело огнем. “Бедо,” от тебя могло доноситься лишь приглушенное хриплое хныканье. Он тихо отозвался “хм?” “Можно мне, пожалуйста-“ “Мне казалось, ты обещала, что после этого перестанешь мне мешать?” Ты снова поерзала бедрами, заскулила и обхватила губами влажную головку его члена. “Я никогда ничего не закончу, если ты будешь продолжать приставать ко мне.” Он хватает тебя за подбородок, отрывая твой рот от его члена, и заставляет смотреть на него. Какое-то время он восхищается видом, проводя большим пальцем по твоей влажной нижней губе, которую ты приоткрываешь в надежде, что он позволит тебе пососать его. Но он не делает этого, предпочитая просто немного откинутся назад, похлопывая себя по бедру, будто зазывая собаку. Твое лицо горит от этого, но ты не упускаешь возможности сесть ему на колени, и поерзав, расположиться на нем. Ты чувствуешь, как его член прижимается к твоей пизде, подрагивая под тобой от ощущения влажности. Ты благодаришь всех архонтов за то, что он так снисходителен к тебе, позволяя тебе исполнять все свои желания. Положив свои дрожащие руки на его плечи, ты приподнимаешься ровно на столько, что бы он мог свободно проскользнуть внутрь. Он кладет свою голову тебе на плечо, как бы возвращаясь к своей работе. “Так лучше?” Спрашивает он, возвращаясь к письму. Вопрос, конечно, был риторическим. Ты сразу начинаешь вращать бедрами, лихорадочно шепча “да-да-да”. Попытка задать ритм быстро провалилась. Голова была слишком затуманена, чтобы сделать больше, чем маленькие отчаянные рывки бедрами. Делать всю работу самостоятельно довольно утомительно. Особенно когда Альбедо даже не двигал своими бедрами, чтобы помочь тебе, просто позволяя тебе нервно дергаться, тереться и скулить как сука в жару – он бы, так и сказал, будь он вульгарнее. Он уверен, что ты это и так знаешь. Несмотря на то, что он был довольно хорош в игнорировании вещей вокруг него, влажное всасывание и сжатие твоих стенок вокруг него заставило его прекратить свою работу, чтобы взять передышку и немного успокоиться. К сожалению, это мало что дало. Твои непрекращающиеся движения на его члене становились чем-то, что он не мог просто игнорировать. Так что он решил действовать по-другому. “Ты отвлекаешь меня,” бормочет он, хватая тебя за бедро свободной рукой. “Прекрати двигаться.” Ты качаешь головой, молча протестуя его идеи. Как он мог быть таким подлым, заставляя тебя остановиться сейчас? Щепка в бок и простого “Что я сказал?” было достаточно для того, чтобы ты подумала дважды. Ты издаешь что-то похожее на всхлип, бедра трясутся, а ты пытаешься удержать их на месте. Этого было одновременно и слишком много и в то же время недостаточно. От этого хотелось плакать, хотелось сказать Альбедо как подло он сейчас поступает. Временами он может быть до жути упрямым, работает с невероятным упорством и блокирует весь окружающий мир, так что даже когда он хочет чего-то, он этого не получит. Ты, заплаканная и жаждущая большего, прижимаешься лицом к его шее и изо всех сил стараешься просто сидеть и не дергаться. “Хорошая девочка,” похвала – что бы ты не сильно расстраивалась. “Еще немного,хорошо?”