Мы же семья?

— Бен?! Тебе чего? — с удивлением спросила я. Вместо ответа, темноволосый оглядел комнату, изучая каждый предмет, а после, будто убедившись, что тут безопасно, подошёл к столу. — Почему ты не сказала отцу правду? — грубо спросил Бен, глядя в мои глаза. — О чём ты? — нахмурив брови, спросила я. — Не прикидывайся идиоткой. Я всё видел. Ты отстала не из-за того что слишком медленная, не так ли? — сморщив нос от отвращения, спросил он. — Чего ты хочешь? — рыкнула я, игнорируя его вопрос. Номер Два обозлился, он сорвался с места и двинулся ко мне. По его взгляду стало ясно, что сейчас ничего хорошего не произойдёт. Когда между нами осталось сантиметров пятнадцать, то парень остановился. Его карие глаза были всё также прикованы к моим. Я чувствовала его злость и раздражение каждой частичкой своего тела. — Я видел как ты забила того недоумка досмерти голыми руками. Поэтому ты прибежала самой последней. Я всё видел, — сократив расстояние ещё немного, сказал он. Повисло напряжённое молчание. Я пыталась понять, чего добивается Бен, а тот же в свою очередь ждал ответа, продолжая сверлить взглядом. — Да. Ты прав. Раз всё видел, то почему сам не рассказал? — сохраняя спокойствие, ответила я. — Потому что это должна была сделать ты, тупица, но по какой-то причине, солгала, — вскрикнул он, снова сократив расстояние. — Я не солгала, а утаила, Номер Два, — последние два слова я произнесла с особым акцентом. Казалось, что парень начинает краснеть от злости, а из его ушей уже исходит пар, но он не двинулся с места. — Я смотрю, ты любишь всё утаивать? — наигранно улыбнулся он. — В каком это смысле «всё»? — Утаила, свою историю жизни, утаила, что убила того олуха, утаила, что трахалась с Альфонсо, — он произносил все мои секреты с таким осуждением и злобой, что внутри всё сжалось. — Закрой рот! — А то что? Досмерти забьешь? Моё терпение лопнуло, контролировать себя было больше невозможно. Я схватила Номера Два за горло и впечатала его в стену. Горшки разбились и вся земля из них посыпалась на пол. Он же пнул меня в сгиб коленки, когда я согнулась, то моя рука, держащая его за горло, ослабла. Он ловко взялся за эту руку и развернул так, что моё предплечье надавило на собственную шею. Бен прижал меня спиной к себе, оттягивая мою кисть в сторону. Получалось так, будто я сама себя душу. — Да у тебя силёнок не хватит тягаться со мной, маугли, — издевательски прошептал он на ухо. Внутри меня проснулся зверь. Тот самый, забивший досмерти того парня, который пытался задушить девушку в банке. Вспомнив уроки самообороны, я обмякла в руке Второго, он не ожидал этого, поэтому с удивлением отпустил мою руку, чем я моментально воспользовалась и врезала парню в живот с локтя. Хоть он и был растерян, но лишь первые пару минут. Завязалась драка. Удары Бены были сильными и расчётливыми, уходить от них удавалось редко, но я была очень выносливой в этом плане, благодаря детству. ***** Сидя в своей комнате, я читала книгу, которую купила на ярмарке. Удовольствие закончилось быстро. Громкий крик отчима заставил бросить всё и бежать к нему, дрожа от страха. — Мерзкая девчёнка! Что это такое? — кричал он, держа в руках мою расчёску. Я уже хотела ответить, но отчим кинул этот "девичий предмет" в меня со всей силы. Острые зубчики рассекли мой лоб, потекла кровь. Не успев даже вытереть её, я получила удар по лицу, потом ещё и ещё. Его огромная рука накрыла мою шею, он принялся душить меня в очередной раз. Прижатая к стене, пытающаяся вдохнуть хоть каплю воздуха восьмилетняя я, смотрела на закипающий чайник. Как же мне хотелось, чтобы прямо сейчас, весь этот кипяток вылился на него. В глазах темнело, внутри всё жгло. От страха, что умру, я шевелила пальцами и мысленно умоляла воду выплеснуться из чайника. Когда я уже почти теряла сознание, то услышала душераздирающий крик отчима. Он резко отпустил меня и схватился за свою шею сзади. Воздух поступил в лёгкие, я упала и стала кашлять. Моя рука опустилась на пол и нащупала что-то горячее. Это была прозрачная лужа. Я подняла голову на плиту и увидела, что по всей кухне была разлита вода, из неё исходил пар. *Кипяток? * — пронеслось в моей голове — *Почему меня не обожгло? * — Сука! — крикнул отчим, всё ещё держась за шею. Не думая ни секунды, я соскочила с пола и кинулась на выход. На улице шёл дождь, вокруг была одна грязь, но это меня не остановило. Я побежала к дороге, надеясь словить там машину и попросить помощи, так как наш дом был единственным строением в этом лесу, соседей у нас соответственно не было. — Мелкая тварь! Это всё из-за тебя! — послышался его разъярённый крик позади меня. Он бежал следом. Сердце заколотилось быстрее, ноги сами ускорились. Пробираясь через ветки и кусты, я выбежала на какую-то земляную дорогу, которую дождь превратил в слякоть, отчего моя нога заскользила, и я упала. К моему счастью, вдали виднелись два огонька. Ехала машина. Чем ближе подъезжала «помощь и спасение», тем ближе подбегал отчим. Фургон остановился в двух метрах от меня. Дверь открылась и от туда вылезла голова темнокожего мальчика моего возраста, за ним ещё двое — азиата и белокурого. Они непонимающе смотрели на меня. Следом за их макушками вылез мужчина лет 50-60. В костюме, шляпе и с тростью. — Что с ней? — зашептались мальчишки. — Что ты здесь делаешь, девочка? — строго спросил мужчина. — Помогите мне… — из последних сил произнесла я. — Кирелл! — крикнул отчим, приближаясь ко мне. Мужчина в костюме и мальчики повернули головы на него. Отчим вышел на дорогу. — Извините, сэр. Дочь совсем отбилась от рук, — сказал он запыхаясь. "Надежда в спасении" кивнул и медленно стал разворачиваться. Отчим стал подходить ближе, а когда осталось меньше метра, то он вытянул руку, чтобы схватить меня. — Неееет! — завизжала я и ударила кулаком по земле. Вдруг всё затряслось. Послышался какой-то странный звук, напоминающий треск. Мужчина снова повернулся к нам, нахмурив брови. Отчим потерял равновесие и упал на задницу, уперевшись руками в слякоть. Через считанные секунды грязь стала будто засасывать его. Дождь пошёл сильнее, помогая этому процессу. Страх сменился на гнев. Я почувствовала прилив сил и поднялась на ноги. Мои руки были напряжены, я сжимала кулаки всё сильнее и сильнее. Мне казалось, будто отчим проваливается в это образовавшееся «болото» из-за моих мыслей. Мой обидчик утонул уже по локти, от его ног остались видны только коленные чашечки. Отчим вопил и просил помочь, но мужчина из фургона не двинулся с места. Внутри меня что-то лопнуло, силы резко закончились и слабость прорезалась втройне. Я потеряла сознание и упала на мокрую и холодную землю. ***** Одна рука Бена жёстко прижала мою голову к столу, а его вторая завернула за спину мою руку. Он прижал меня сзади, поэтому я не могла подвигаться. Мы оба тяжело дышали. — Я же сказал. Тебе со мной не тягаться, — довольно ухмыльнулся он, прижимая меня ещё сильнее, отчего я издала вскрик. — Ты копаешься в моей жизни вместо того, чтобы разобраться в своей, — восстанавливая дыхание, сказала я. — Откуда тебе знать о моей жизни? — сказал он, после чего наклонился на меня, но на этот раз я почувствовала не дискомфорт. По всему моему телу пробежались колики, а когда я поняла, что это за чувство, то сразу же покраснела. — А тебе о моей? — рыкнула я и попыталась пошевелиться, чтобы хоть как-то столкнуться парня, но сделала только хуже. Моя задница сильнее вжалась в его пах. — Что ты, вообще, нашла в Альфонсо? Кроме юмора и невидимости у него ни черта нет, — спросил Бен. Этот вопрос был таким неожиданным и странным, что я растерялась. — Ты действительно сейчас хочешь поговорить об этом? — Не хочу. Мне это не интересно. Ты мне не интересна, — сказал он, отпуская меня. Я обессилено осела на пол, пытаясь привести дыхание в норму. Номер Два направился к выходу, тоже восстанавливаясь. — Что же я утаила об истории своей жизни? — спросила я с ухмылкой. Бен остановился. Пару секунду помолчав, ответил: — Забудь об этом. Кирелл, — моё имя он будто произнёс с трудом. Когда дверь за ним хлопнула, то на моём лице расползлась улыбка. *Он назвал меня по имени? * — пронеслось в мыслях. Я сидела в тишине, среди разбитых горшков и разбросанной земли. — Простите, мои крошки, — сказала я вслух, дотягиваясь до ближайшего растения.