Миг

Когда я впервые открыл глаза, я видел только тьму. Во мне сразу же проснулась зависть. Я был одержим ею, хотел завидовать. Я слышал какие – то голоса среди тьмы, и завидовал им. Наконец, мои глаза привыкли к полумраку, и я осмотрелся. Я находился в каком – то подвале. Везде лежали разные механизмы, вились трубы… как артерии. Это было так странно. Потом я увидел человекоподобных существ. Какой – то мальчишка, красивая женщина с длинными, пышными волосами, которые окутывали её, как чёрный ореол, и мужчина. Мне казалось, что знаю их, хотя видел впервые. Тут я услышал громкий, строгий голос. Он приветствовал меня, и говорил, что – то. Я слышал его, как через туман. Когда всё прояснилось, я встал. Встал и увидел того, кто приветствовал меня. Это был человек в белом, казалось, что он был мраморным. Тут мне запищали на ухо. Это были те самые, кого я должен буду звать братьями. Они наперебой говорили мне, что я должен поклониться ему. Своему отцу. Я отказался. Тогда меня со всей силы ударили в живот, а потом по ногам. И я упал на колени. Я чувствовал нестерпимую боль. Из всех гомункулов, я один чувствую боль. Один я страдаю физически. Тогда Отец встал, и подошёл ко мне. - С твоей сестрой проблем было меньше. – сказал он. Я ничего тогда не понимал. На каких основаниях этот – мой отец? Какая сестра? Только тут я увидел, что рядом со мной сидит девочка с зелёными, растрёпанными волосами. - Ты был создан раньше, но очнулся намного позже. – сказал Отец, подходя к девочке. – Теперь тебя зовут Энви. – он указал на меня. – А тебя. – он указал на девочку. – Осорэ. Ты, сын мой, принял мою зависть. Ты же, дочь моя, приняла отчаяние. Я смотрел на свою сестру, а потом, меня и её повели куда – то. Мы попали в комнату, где были лишь койки, зеркало и умывальник. - Вы будете жить здесь. – сказал, нагло улыбнувшись мужчина. Потом я узнал, что его звали Гридом. Как только нас оставили, я подбежал к зеркалу, и посмотрел в него. Потом посмотрел на Осорэ. Мы были так похожи... Это было странно. С тех пор я и моя сестра – близнец стали работать на Отца. Мы устроили Ишварскую резню, мы сделали много того, за что других убивали. Нас проклинали, а мы смотрели на наших жертв холодно. Я чувствовал радость, когда видел, как эти жалкие людишки корчатся от боли. То же было и в её глазах. Мы долго работали вместе, а сейчас нас разлучили. Я вместе с девчонкой из Ксинга, а она смотрит за фасолиной. Так скучно без неё. Я обдурил эту балду, и сейчас прибываю в Централ. И вот Мустанг. Он сжигает меня уже в 20 – тый раз. Я чувствую, что скоро снова превращусь в мою истинную форму. Это так противно. И вот, я снова ничтожен, и она видит меня таким. Мне стыдно, я не хочу, чтобы видела меня таким, и он тоже. Эдвард Элрик. Я сейчас жалок, да и не протяну я долго. Лучше умереть быстро.И вот, сейчас, я вытащил свой камень, и скоро умру. Осталось несколько секунд, а я ещё завидую вам людишки. Это так мерзко! Но на прощание я успеваю сказать Эдварду, чтобы он позаботился о ней. Теперь она не будет одинока, и это меня успокаивает. Но вот и всё. Теперь я стою перед Вратами. Теперь я погружусь в небытие, и никогда уже не увижу её. Моя сестра. Она так смотрела. Я так хочу вернуться назад, и извиниться. Прости. Прости… Прости…