Darkest Minds

Adversity and existence

      Кромешная тьма в один миг потеряла свою силу, как только яркий огонёк сигареты - а следом и весьма "неприличный" запах - воцарили в небольшой комнатке. В такие моменты ее единственный житель, Алан, считал, что смог обуздать пустоту как внешнюю, так и внутреннюю.       Однако продолжалось это недолго: ровно до тех пор, пока сигарета не сгорала до фильтра, а эффект никотина не терял силу окончательно. Затем реальность возвращалась на свое законное место, и всё, что оставалось - лишь тихо вздохнуть, в очередной раз прокрутив в голове мысль о том, насколько же вокруг пусто.       "Пусто" не в плане материального окружения. Как раз-таки в комнате был вечный бардак, который, как и полагалось человеку его склада ума, приберет либо кто-то другой, либо все останется на своих местах... навечно. И если Алан хотел что-то найти среди этой груды книг и записок, то в его голове, словно на инженерных чертежах, где все изображено и указано подробнейшим образом, было заранее прорисовано положение каждой из них.       "Прилежный студент и просто приятный в общении" - таких будто бы много, но на самом деле мизерное число. Подобные Алану сильно выбивались из толпы эксцентричных личностей, которые стремились захватить все внимание окружающих, которое только смогла бы вынести их психика. Но 19-летнее сознание этого паренька то ли уже прошло тот период стремительно растущего эгоцентризма, то ли даже не хотело в него вступать.       Неожиданно последовал тяжелый выдох. - Блядь! - сигарета обожгла палец парня, явно намекая на то, что даже фильтр успел сгореть, пока Алан находился "внутри себя". О чем он думал? Хороший вопрос. Возможно, его тревожил экзистенциальный вопрос. "Вопрос"? Кризисом назвать это сложно по причине того, что дилемма о смысле существования его скорее интересовала, нежели вызывала ужас.       И тем не менее, чем дальше мысли Алана заходили за допустимое представление о мире, тем больше бездна неизвестности его поглощала. И тогда ломался даже он... Лишь приложение с зеленым логотипом, транслирующее музыку, позволяло отвлечься. Этот человек отлично разбирался, когда было время остановиться - ведь чтобы сражаться с бездной, ты должен ее понимать; пускай и убедиться в этом нам не удалось, учитывая, что сигарета заставила парня очнуться чуть раньше, чем это было действительно необходимо.       Алан быстро потряс головой, словно пытаясь откинуть все тяжелые мысли из разума - сегодня не время для них; он впервые за долгое время пожелал расслабиться.       Каждый из нас получает удовольствие по-своему, ведь так? Бросая взгляд от одного прохожего к другому, парень нередко задумывался о том, что же сильнее всего нравится конкретному человеку. От чего он может быть без ума? Ведь даже столь холодный ко всему и влюбленный лишь в математику Алан наверняка имеет свой "скелет в шкафу". А он имеет. И если бы кто-то из окружающих оказался столь же любопытным и стремился обращать внимание на интересы других людей, то один из ответов он получил бы сегодня, ведь Алан полез в шкаф за своим.       Этот парень понимал, какое недоумение образуется в головах у любого, кто узнает, что он скрывает в своей... А у вас? Давайте так: он никогда не смотрел порнографию и не получал от нее удовольствие. Она казалась ему скучной; безвкусной; предсказуемой - а больше всего Алан ненавидел предсказуемость, отсутствие изменений - без "мутации" нет и не может быть развития. И будучи еще в подростковом возрасте ему предстояло найти себе развлечение, которое позволит почувствовать то удовлетворение, которое чувствуют другие. И этому парню требовалось что-то более экстремальное. Более соревновательное. Что-то, что заставило бы его становиться лучше - или, как минимум, стремиться к самосовершенствованию.       В шкафу стоял насос. Тот, которым он пользовался редко, но всегда успешно и лишь по конкретному назначению - ведь его возбуждало... давление. Алан, расстегивая пуговицу за пуговицей, оголил свою узкую, немного худощавую бледную талию, на которой красовался легкий пресс с пупочком на уровне живота - не впалым, но и не выпирающим. Приятная ухмылка образовалась на его мордашке.       Джинсы, и уж тем более нижнее белье, снимать ему никогда не приходило в голову - в этом не было необходимости. Не стоит забывать, что все, что ниже пояса его даже не интересует. Порой Алан даже специально затягивал ремень потуже, дабы увеличить давление внутри. Стоп? Вы не знаете, о чем идет речь? "Давление внутри"? Пожалуй, скоро вы и сами все поймете. - Пора. - парень прошептал себе под нос, словно на что-то настраиваясь, когда шланг уже вёл в его джинсы, которые, к слову, он так и не снял, можете не надеяться.       Нажатие за нажатием. Ручка насоса быстро двигалась по вертикали, наполняя животик паренька. И это ему нравилось. Ему нравилось, как он становится округлым; как образующееся давление бросает вызов: "смогут ли твои мышцы выдержать меня, если я стану больше?". Вполне вероятно, что эту мысль Алан позволил озвучить весьма писклявому внутреннему голосу, указывающему на слабость и небольшую размерность оппонента, но как только его противник - давление, - начинало расти, он резко менялся на грубый, тяжелый... дьявольский. Вот он - момент, когда тот самый "окружающий" смог бы получить ответ на вопрос: "что же нравится этому девятнадцатилетнему пареньку?". Ему нравится рисковать.       Нажатие за нажатием, он все сильнее приближал себя к пределу - к тому моменту, когда давление станет чем-то больше, чем "какой-то дьявол". Чем-то более масштабным. Невыносимым. Его некогда плоский животик сильно округлился, а пупочек выпирал "кнопочкой". И Алан видел это в зеркале. И хотел больше. Из его уст доносился тихий стон, который был не для возбуждения, а, скорее, из-за. Его руки то ускорялись, то замедляли темп, в зависимости от того, насколько сильно пузико сигнализировало о возможно достигнутом пределе. Но остановиться насовсем парень не мог. От пупка до груди и паха пошел тонкий разрыв, который в столь темной комнате можно было бы и не заметить, однако не почувствовать - вряд ли. Бока растягивались все сильнее и сильнее, пока в один момент не начали слегка поскрипывать. Кажется, впервые в своей жизни Алан потерял контроль. Парень почти перешел черту, почти провалился в бездну. Но для него все шло по плану - для себя он решил, что смог ее обуздать. Что он ее понял. И, кажется, этот человек пошел на многое, чтобы продемонстрировать вам сие разнообразие предпочтений - и не только сексуальных. Это его история, его триумф. И Алан не упустит возможности доказать самому себе, что он лучше, чем его прошлая версия... любой ценой. Ручка насоса опустилась в последний раз...

This man understands that adversity and existence... are one and the same.