Снегурочка

      Солнце заливает своими яркими лучами непросторную гостиную. Довольно удивительное явление, ведь обычно петербуржцы живут под завесой серых непроглядных туч, а сегодня на небе даже облаков не наблюдается. Единственное, что огорчает — множество людей с самого утра торопятся на пляж, дачу или в лес на отдых, создавая тем самым километровые пробки на дорогах. Станислав допивает уже остывший кофе, бросает взгляд на переполненную улицу и недовольно морщится — опоздать на работу ему еще не хватало.       Он переводит взгляд на часы. Встав из-за стола, Дятлов неохотно двинулся в сторону прихожей, где остановился у зеркала: растрепанные волосы, замученные глаза, под которыми красуются синяки, побледневшая кожа — все признаки похмелья и недосыпа.       Время ближе к половине восьмого утра, а телефон уже разрывается от сообщений Толика — помощника Дятлова — который наверняка опять нашел информацию, не относящуюся к их делу, из-за чего потом расстроится, когда Станислав ему это скажет. Вместо того чтобы ответить, мужчина достает из кармана брюк пачку сигарет, закуривая прямо на пороге, перед тем, как покинуть квартиру. Дятлову, кажется, уже все равно, что пожилая и ворчливая соседка будет в очередной раз кряхтеть о том, что на всю парадную стоит вязкий запах курева — и так от усталости и бесконечной агонии душу знобит, не обращать же внимание на такие мелочи. Наконец, дверь парадной распахнулась и мужчина, пряча глаза от солнца, идет к своей машине.       Очередная сигарета летит в мусорное ведро, что расположилось под столом, и собрало вокруг себя кучу окурков, которые не долетели до цели. Станислав откидывается на спинку офисного кресла и громко зевает. Филонить не позволил коллега, который метнул свой раздраженный взгляд в сторону Дятлова, чего вполне хватило — мужчина тут же выпрямился как струнка и уставился в монитор компьютера. Еще минут двадцать он ловил на себе взгляды этого господина, который, кажется, мысленно взял на себя роль воспитателя. Вдруг в кабинет влетает возбужденный и обеспокоенный Толик Березкин. Дятлов тут же пригнулся, надеясь, что напарник его не увидит, работать совершенно не хотелось, а увесистая папка в его руках и вовсе от одного только вида заставляет голову кружиться. Вот уже эта самая папка падает на стол Станислава, от чего он даже подскочил. Березкин, размахивая руками, сообщает о том, что задержали одного из наркоторговцев, притоны которых ищет весь Петербург. Удивленные коллеги тут же отрываются от работы, внимательно слушая юнца. Мужчина резко встает со своего места и пулей вылетает из кабинета.       Толик не обманул, Станислав своими глазами видит, как два оперативника держат буйного торгаша, у которого чуть ли пена изо рта от злости не идет. Дятлов довольно ухмыляется, видя это зрелище: словно дикая собака, молодой паренек, с залитыми кровью глазами, брызжет слюной и пытается вырваться из крепкой хватки сотрудников полиции, да только наручники уж сильно жмут. Подоспевший Толик, конечно, не наслаждался этим зрелищем, как Станислав, но был рад, что они на шаг ближе к победе. В какой-то момент парень все же вырывается, но лишь падает на пол, дергаясь в каком-то зверином припадке. До Дятлова доходит, что сейчас молодому человеку не помешает медицинская помощь. Скорую, конечно, никто вызывать не собирался, а вот позвать медика и психолога удалось, хотя дело это непростое — эта парочка постоянно где-то ошивается, да и делает все, лишь бы не работать. Стоило больших трудов успокоить этого наркомана, ведь он все время вырывался, старался укусить, он даже бился головой об стену, когда его поймали и усадили на табуретку.       Допрос решили проводить немедленно, ведь нельзя упускать ни минуты, особенно когда в капкан угодила такая ценная дичь. Дятлов, несмотря на юный возраст задержанного, не стал с ним нянчиться. Уже через каких-то десять минут парень захлебывается слезами и соплями. Такие следователю еще не попадались…       Толик сидит между ними, он не знает, чему больше удивлен — буре эмоций старшего товарища или слабохарактерности мальчишки, которому на вид уже лет семнадцать. Дятлов ненадолго замолкает, бегая глазами по комнате допроса, а потом бросает тихое:       — Ты, щенок, даже жизни еще не видел, а уже нарвался на большой срок, даже со следствием работать не хочешь…       — Станислав Евгеньевич, не будьте так строги с мальчиком, всякое в жизни бывает, — тихо отзывается Березкин.       — Я предлагаю тебе сотрудничество, щенок, так я обеспечу тебе снижение срока, а может, даже и штрафом отделаешься!       — Станислав Евгеньевич!       Дятлов не слушает напарника, лишь нависает над парнишкой, у которого, кажется, выбора то и нет.       — Товарищ Дятлов, не хотели меня сначала спросить? — внезапно слышится голос позади. — Только посмотрите, как Вы замучили мальчишку, он же весь трясется! Где ваш профессионализм?       — Борис Васильевич, я…— Станислав замялся, но продолжил, — мы уже почти полгода стараемся выйти на их след, так что я просто обязан вытрясти всю дурь из этого сорванца. Это моя обязанность.       Дятлов побелел от страха, как самый первый снег.       — Вы очень ценный сотрудник, товарищ Дятлов, но попрошу Вас пройти в мой кабинет, чтобы продолжить нашу беседу, — совершенно спокойно говорит начальник.       — Предоставь это дело мне, Стас, тебе следует пойти с капитаном. — подает голос Березкин.       — Я тебе не Стас…       — Советую Вам поторопиться, товарищ Дятлов, служба все еще идет, а мое терпение не вечно.       — Борис Васильевич, я настаиваю, чтоб вы позволили мне продолжить мою работу, я очень долго веду это дело!       — Сынок, послушай, ты слишком одержим делом о кучке наркоманов, которых в Питере и так навалом, — начал Борис Васильевич. — Предоставь эту работу другим ребятам, у меня для тебя есть предложение поинтересней.       — Вы не понимаете, сэр! Это не просто кучка наркоманов, которые ютятся в одном притоне. Их много, они завозят тонны наркотиков! Трафик бешенный!       — Да чтоб тебя, Дятлов! — Борис Васильевич резко открывает дверь своего кабинета, затаскивая туда мужчину чуть ли не за шкирку. — Знал бы твой отец, чем ты занимаешься сейчас! Он бы меня никогда не простил! Ты должен ровняться на него.       Станислав опускает голову. Больше всего на свете он не любил, когда кто-то заводил разговор об его отце, которого считали самым лучшим следователем города, даже сам мэр жал ему руку! Да только своему сыну он запомнился жестоким тираном и пьяницей.       — Да, ровняться, а как же. Вы думаете, я хочу закончить как он? Чтоб моя дочь, придя домой, увидела труп отца с пистолетом в руках и дыркой во лбу?       — Нет, Стас, ты должен стать таким же хорошим сотрудником, как и он когда-то! Так зачем тебе эти торчки? Прекращай заниматься ерундой!       Борис Васильевич подходит к шкафу, доставая бутылку коньяка:       — Думаю, нам стоит немного выпить.       — Простите, сэр, но я уже пил недавно, — Дятлов отвернулся. –К тому же, меня ждет работа, с тем парнем я еще не закончил.       Мужчина застыл, словно статуя, сжимая бутылку в руках, еще мгновение и он швыряет ее на пол.       — Как ты смеешь? — переходит на крик Борис Васильевич, стуча кулаком по столу. — Раз уж ты такой умный, Станислав, я даю тебе две недели, чтобы ты закрыл это дело! Иначе советую тебе готовиться к худшему!       — Так точно.       Выйдя из кабинета, Дятлов чуть ли не закурил прямо в коридоре. Кто-то похлопал мужчину по плечу.       Оглянувшись, Станислав недовольно прожигает взглядом Толика. Напарник едва приоткрывает рот, но Станислав не намерен сейчас слушать что-либо, он быстрыми шагами направляется в курилку. Березкин тут же бежит за ним, стараясь не выронить папки из рук. Выйдя из отделения, Дятлов чувствует свежий ветер, ударивший в лицо довольно сильным напором. Березкин выскочил следом, да только ветер ему явно не понравился, ведь его порывы старались выбить папки из крепкой хватки. Каждая бумажка имела ценность.       Следователь чуть ли не бежит в курилку, по пути судорожно доставая сигарету. Толик свободной рукой вытирает пот со лба, ставит стопку важных бумажек на лавочку и накрывает их ветровкой, чтобы ничего не унес с собой ветер.       — Ну и как допрос? Тебе удалось что-то узнать? — холодно, даже не глядя на напарника, спрашивает Станислав.       — Нет, но он согласен на сотрудничество, однако номер родственников не удалось узнать, как и место жительства, — ответствует Толик, пугливо поглядывая на следователя.       — Смею доложить, что у нас есть всего лишь несколько недель, чтобы закрыть это дело. Это приказ.       — Что? Почему?       Дятлов давится дымом, вспоминая не самую милую беседу с начальником, по спине даже прошел холодок:       — Без понятия, — отвечает следователь. — Но выбора у нас нет. Придется силой заставить сопляка говорить.       — Не думаю, что это хорошая идея, тогда нам влетит от всего начальства! Окурок летит на землю.       Дятлов тяжело дышит, кажется, что у него вот-вот пар из ушей пойдет.       — Ты думаешь, они тронут сынишку великого и ужасного Евгения Дятлова? Не смеши меня, Толя! — мужчина подходит к своему помощнику и трясет его за плечи.       — Я не знаю!       — Что? — сердито цедит сквозь зубы Станислав. Он скалится и сжимает плечи, заставляя Березкина чуть ли не всхлипнуть.       — Ничего, я тоже хочу поймать их всех, — шепчет парень, отводя взгляд.       — Прекрасно, — вырывается у следователя. — Тогда давай поспешим и заставим этого торчка рассказать нам все, что он знает. Давай, наше время пошло.       Березкин не возражает. Он осторожно берет стопку бумаг и папок в руки, следуя за Дятловым. Станислав достает из кармана кожанки блокнот и карандаш, вернее то, что от него осталось.       Когда напарники уже стояли у комнаты для допросов, Толик пугливо переминается с ноги на ногу, явно нервничая.       — Не переживай, Толя, сейчас я быстро разберусь с ним, — гордо говорит следователь. — Нам повезло, время уже ближе к вечеру, его домашние наверняка волнуются, нам повезет, если они придут его искать. Убьем сразу двух зайцев!       — Очень на это надеюсь…       — Да брось, не робей, — подбадривает Березкина Станислав. — Он еще юнец, так что быстро расколется!       Толик лишь вздыхает. В его голове уже проскочила мысль, чтоб бросить все это.       — У нас еще много работы впереди, но мало времени, сейчас опускать руки нельзя, — бьет себя кулаком в грудь следователь. — Когда мы закроем это дело, весь Петербург нам «спасибо» скажет!       — Хорошо-хорошо, — вырывается смешок у парнишки.       — Вот и славно! — восклицает Дятлов, уже держась за дверную ручку. — Тогда за работу!       Из кабинета они вышли только спустя два часа. Родители парня так и не явились, даже не позвонили, но им удалось узнать достаточно информации, поэтому с уверенностью можно сказать, что дело сдвинулось с места, а напарники заслужили отдых. Станислав поспешил домой, отдых ему уж точно не помешает.       — Неужели старуха только мне запрещает курить даже у парадной? — выходя из машины, прошептал мужчина, заметив молодую девушку, которая пыталась подкурить помятую сигаретку. — Какое зрелище…       — Слышь, огонек будет?       — А как же «пожалуйста»? Для тебя уж точно нет.       — Да чтоб тебя! Уважаемый молодой человек, не смилуетесь ли вы над простой смертной, даруя ей немного огня?       — Я все еще не услышал нужного слова, — усмехается в ответ Станислав, — попробуй еще раз.       Дятлов, самодовольно улыбаясь, достает сигарету и закуривает, выдыхая дым прямо девчушке в лицо. Она натянула улыбку и прикрыла глаза, а затем, ловко выхватила у мужчины зажигалку. Следователь даже опомниться не успел, а девчонка уже ликует, размахивая огнивом в руках. Но он, на удивление себе, даже злиться не хочет, поэтому смеется вместе с девушкой. Позже они уже сидели на ступеньках у парадной, выкуривая одну сигарету за другой, и удивляли друг друга своими философскими рассуждениями.       — Удивительно, — начал Дятлов, — в какое удивительное время мы живем. Люди живут по таким бредовым принципам, порой даже не можешь скрыть удивления! Самое удивительное, что почти все готовы отбросить их, стоит бросить им пачку денег. Готовы идти на что угодно, лишь бы в карманы и кошельки были наполнены купюрами. Вот, например, наркоторговцы получают хорошие деньги, но какой ценой! Как же меня злят эти подонки…       — Не все они хорошо зарабатывают и живут. Чаще это отчаявшиеся люди, которые просто хотят выжить любой ценой. Их судьбы очень печальны, без слез не взглянешь, понимаете ли…       Станислав опешил, к горлу подступил ком, о таких вещах прежде он не задумывался. И вроде хочется согласиться, да только сердце ныть начинает.       Девушка тихо смеется, глядя на растерявшегося мужчину.       Дятлов улыбается уголками губ в ответ и встает, замечая, что уже совсем стемнело.       — Интересная вы девушка, Мирослава.       — А вы прекрасный собеседник, Станислав.