Storm

      В Мондштадте давно не было так жарко. Жители города и его окрестностей изнывали от жары. Солнце палило беспощадно, раскаляя, кажется, даже сам воздух. Облака на ясном голубом небе стали настоящим сокровищем, которое могло не появляться весь день.       Двое мальчишек, утомлённые своей беготнёй и играми, сидели на берегу озера, стянув с ног свои аккуратные ботиночки и закатав штанины по колени. Они опустили ноги в воду и лениво плескались, надеясь хоть немного охладиться.       – Как бы я хотел, чтобы эта жара поскорее закончилась, – с обречённым вздохом проговорил Дилюк, плюхаясь на спину и не особо заботясь о том, что может запачкать белоснежный тонкий батист своей рубашки песком.       Кэйа тихонько хихикнул, закрывая рот рукой. Впрочем, он был абсолютно солидарен с братом: жара была просто невыносимой, и даже здесь, в тени раскидистого дерева и вблизи от воды, ничего не могло справиться с ужасающей духотой и помочь бедным детям.       – Аделинда, наверное, скоро заметит, что мы ушли, пора возвращаться, – проговорил Альберих. В отличие от Дилюка их маленький побег из дома напрягал его намного сильнее.       – Но дома так душно, здесь хоть немного ветерок дует, – тяжело вздохнул Дилюк, а потом сам же удивлённо приподнял бровь, осознавая свои слова: раньше ветра вообще не было и они не могли сказать, что на улице было намного лучше.       В этот момент по долине пронёсся мощный раскат грома, заставивший братьев испуганно вздрогнуть от неожиданности. Рагнвиндр, придя в себя первым, бросил на замершего брата обеспокоенный взгляд и быстро поднялся, отходя в воду, чтобы лучше рассмотреть небо, скрытое деревьями.       – Она… такая тёмная… – Кэйа подошёл к Дилюку совершенно незаметно. Огромная туча мигом напрягла мальчиков своей не просто тёмно-синей, а черноватой окраской.       – Не бойся, я с тобой, – Дилюк крепко сжал ладонь братишки в своей.       – Я и не боюсь… – проговорил тот слегка севшим голосом, даже не думая вырывать руку из хватки старшего.       Рагнвиндр молча кивнул, не собираясь ставить под сомнение смелость Кэйи, но для надёжности посматривая за ним краем глаза.       – Туча ещё далеко, мы спокойно дойдём до винокурни раньше, чем гроза начнётся здесь, – убеждённо проговорил Рагнвиндр, ещё раз оценивающе взглянув на небо.       Кэйа немного замялся, а потом доверчиво обнял брата, успокоенный его уверенностью. Дилюк ответил младшему мягкой улыбкой, прижимая того к себе. Они немного постояли так, а потом спокойно вернулись на берег, с улыбкой брызгаясь друг на друга по пути.       Вскоре ветер стал заметно усиляться, обращая на себя внимание братьев.       – Дилюк, пошли домой, – Кэйа аккуратно потянул старшего за рукав рубашки.       Рагнвиндр и сам чувствовал неладное. Коротко кивнув, он подхватил с берега обувь и протянул Кэйе его пару. Пока Альберих обувался, Дилюк быстро натянул свои ботиночки и хмуро посмотрел на небо. Прямо у него на глазах ветер снёс стаю птиц, пролетающую как раз над ними. Мальчик с усилием сглотнул поднявшийся в горле комок.       – Давай поспешим, Кэйа, – напряжённо проговорил Дилюк, не отрывая взгляда от неба, которое начинало стремительно темнеть.       Как только Кэйа был готов, Дилюк без церемоний схватил его за руку и потянул за собой, не давая младшему времени осматриваться и пугаться. Впрочем, жуткий ветер нагонял их, поднимая песок, листья и ветки. Альберих вскрикнул, когда одна из взметнувшихся в воздух палок ударила его под колено и он упал, тут же глотая летающий песок и закашливаясь.       – Кэйа! – Дилюк подскочил к брату и обнял его, стараясь успокоить приступ кашля. Сердце Рагнвиндра грозилось выпрыгнуть из груди от волнения и страха, но по большей части сейчас он тревожился из-за состояния младшего.       Даже когда тот смог откашлять весь песок, Дилюк всё ещё чувствовал его дрожь. Он понимающе сжал брата: от ветра стало гораздо холоднее и их тонкие батистовые рубашки, предназначенные облегчать их участь в жару, никак не спасали от пронизывающего ветра.       Ветер дико завывал, а его порывы были такими сильными, что мальчики чувствовали тяжёлые удары воздуха. Вокруг всё было мутно из-за поднятого песка и всего остального.       – Надо вставать, Кэйа, пожалуйста, – Дилюк чувствовал, как от отчаяния взлетает тон его голоса. Альберих, напуганно жавшийся к нему и с содроганием рассматривающий весь ад, творившийся кругом, выглядел ещё более хрупким, чем обычно, а у не скрытого повязкой глаза уже собирались слёзы.       Прижимая братишку к себе и поддерживая его, чтобы тот не упал, Рагнвиндр всё-таки смог поднять его на ноги и потянуть вперёд, придерживая возле себя. Кэйа старался собраться как мог и даже послушно переставлял ноги, но Дилюк слышал едва подавляемые всхлипы и от этого становилось не по себе.       Громкий, перекрывающий вой ветра, хруст и грохот за спиной детей не был похож на звук грома. Похолодев, мальчики замерли, не сразу решаясь обернуться. Как только они сделали это, их взглядам предстало вывернутое с корнями дерево… упавшее на то место, где они были около минуты назад.       Дилюк сглотнул очередной ком в горле и отстранённо пожелал, чтобы в его алой шевелюре не появились седые волоски. Кэйа же не выдержал и откровенно разрыдался, вжимаясь в брата и шепча что-то неразборчивое, вроде извинений за то, что это он их там задерживал и подобного.       Рагнвиндр поспешил взять себя в руки и крепко обнял братишку:       – Всё хорошо, нас же там не было, мы оба живы и здоровы, – мягко гладя Альбериха по его распушившимся из-за ветра волосам, приговаривал Дилюк. В других условиях он бы и сам разрыдался со страху, но собственноручно возложенная на себя ответственность за младшего заставляла его позабыть о своих слабостях и отдать всё внимание тому, кто нуждался в этом сильнее, чем он.       Вскоре ветер начал утихать. Измученные братья, передвигающиеся от дерева к дереву, от опоры к опоре из-за страха оставаться на одном месте, надеялись, что теперь они смогут расслабиться.       – Эт-то закончилось? – голос Кэйи дрогнул несмотря на то, что тот уже давно справился со своими слезами.       Их кошмар на сегодня прошёл только половину пути.       Яркая молния, заставившая детей вздрогнуть от неожиданности, и прозвучавший гораздо громче, чем раньше, так как вой ветра больше не заглушал его, гром не дали Дилюку ответить ничего обнадёживающего.       – Надо домой, пока дождь не начался, – тихо подал голос Кэйа, до сих пор не отпустивший руку брата.       “Только дождя нам тут не хватало,” – недовольно подумал Рагнвиндр, потирая свои продрогшие плечи и приобнимая брата, чтобы поделиться теплом.       Будто услышав их, молния ударила вновь, совсем близко, так, что звук грома догнал своего светового предвестника за считанные миллисекунды. Братья испуганно прижались друг к другу, а потом с неба полилась ледяная вода.       Дождь обрушился на них так, будто его лили из огромной бочки, в каких их отец заготавливал вино, потому уже через минуту мальчики вымокли до нитки. Молния в очередной раз пересекла всё небо, нагнетая страхи детей. Те не знали, куда им бежать и где прятаться, стена дождя не только мешала рассмотреть, в какую сторону им вообще надо было идти, чтобы попасть домой, но сокращала их видимость до полуметра, если не меньше вперёд.       Мальчики выбрали сторону наугад, чувствуя отчаянное желание двигаться хоть куда-то, вот только оба слишком устали: они вымотались ещё во время игр, а борьба с ветром вытянула последние силы. Дрожь нещадно била детские тела от пробирающегося до костей холода и вынимающего душу страха. Ноги заплетались, но они упрямо тянули друг друга вперёд.       Внезапно Дилюк почувствовал, как ладошка брата резко выскользнула из его руки. Попытавшись ухватить её снова, Рагнвиндр поймал лишь воздух. Судорожно оглядываясь, мальчик никак не мог рассмотреть синюю макушку за этой пеленой дождя, что заставляло панику обрушиваться на его сознание.       – Кэйа! – в ужасе вскрикнул Дилюк, но ответом был лишь грохот капель дождя, да очередная вспышка молнии, сопровождаемая громом.       – Д-дилюк… – мальчик едва услышал слабый голос брата через все помехи, но это было музыкой для его ушей. Не зная, правильно ли распознал, откуда шёл звук, Дилюк всё же метнулся на удачу в сторону, которая казалась наиболее вероятной.       Яму перед собой Рагнвиндр заметил в самый последний момент, но всё же смог удержать равновесие и сбалансировать на краю. Зато в этой нише между корней деревьев Дилюк смог рассмотреть сжавшегося в комочек Кэйю. Почувствовав, как облегчение током проходит сквозь его тело, Дилюк позволил себе поскользнуться на мокрой траве и юркнуть в яму, чтобы тут же прижать к себе братишку.       – К-как ты? Не ушиб-бся? – у обоих мальчиков давно зуб на зуб не попадал от холода, но волнение старшего было сильнее, чем страх прикусить язык.       – Н-нормально… – едва собирая слово по буковкам из-за дрожи, ответил Альберих, слегка потирая побитые при падении колени. Дилюк заметил это движение, но мог лишь сочувственно погладить Кэйю по синей макушке.       Их небольшое убежище в корнях дерева обеспечивало им защиту от ветра, а листва дерева пропускала вниз немного меньше воды, чем на неё лилось. К сожалению, эти более-менее удачные обстоятельства не могли помочь мальчикам согреться, потому они продолжали безостановочно дрожать.       – К-как мы т-теперь попадём д-домой? – голос Кэйи звучал разбито, Дилюк чувствовал себя примерно так же, готовый упасть от усталости, но он и так уже сидел на земле.       Прежде чем Рагнвиндр смог сформулировать ответ, где-то вдали вновь громыхнуло, заставляя братьев поёжиться.       – Дождь скоро з-закончится, отдохни пока, Кэйа, – едва выдерживая нужный успокаивающий тон, предложил Дилюк брату, надеясь, что во сне время пролетит для них быстрее. Альберих заторможенно кивнул, будто понял его последнюю мысль.       Дилюк слабо улыбнулся, наблюдая за тем, как братишка судорожно ищет более удобное и тёплое положение рядом с ним и почти мгновенно засыпает. Убедившись, что Кэйа уснул, Рагнвиндр позволил своему уставшему сознанию тоже мягко соскользнуть в такой необходимый ему сон.       Когда, приоткрыв глаза, Дилюк увидел перед собой обеспокоенное лицо отца, а вместо холода и сырости почувствовал, как его укутывают во что-то тёплое, он честно подумал, что это продолжение его сна. Но заботливые руки мастера Крепуса были такими реальными, что мальчик с радостью отогнал от себя эту мысль.       – П-пап… – голос прозвучал очень слабо, но Рагнвиндр-старший всё равно услышал.       – Что такое, сынок? – мастер Крепус говорил непривычно обеспокоенно, Дилюк отстранённо подумал, что, кажется, это они с Кэйей его так расстроили.       “Кэйа!” – метнулось в голове мальчика, и тот судорожно начал оглядываться, пытаясь понять, почему братишка больше не ёжится в комочек у него под боком.       В поле его зрения тут же, как по мановению волшебной палочки, появилась такая же взволнованная, как отец, Аделинда, держащая на руках его брата и заботливо кутающая его в одеяло. Альберих тихо сопел ей в плечо, всё ещё слегка подрагивая, но уголки его губ наконец тянулись вверх.       – Я рад, что вы нас нашли, – ответил отцу успокоенный Дилюк, роняя тому на грудь свою тяжёлую голову и думая, что заслужил ещё немного сна под тихие слёзы счастья, которые он наконец мог себе позволить, не скрывая слабости.       – А мы-то как рады, – тихо проговорил Рагнвиндр-старший, переглядываясь с Аделиндой и двигаясь вместе с ней в сторону дома, радуясь, что с его сыновьями теперь точно всё будет хорошо.