Вся суть фанфиков по В26

Был самый что ни на есть обычный день в Варийском замке. Самый-самый обычный. Обычнее не бывает. Время невообразимо легко текло в жизни самых симпатичных убийц и, по совместительству, гомосеков на свете. Леви сидел на диванчике и вклеивал в свой розовый дневник, который он ведет с дня зачисления в Варию, выдранную с паспорта босса фотографию. Чего только не сделают преданные фанаты шоколадненького Зюзечки. Луссурия вязал шарфики, нахуйники и носочки для всей Варии, чтобы его мальчики не мерзли ни в ножки, ни в шейку, и простатитик чтобы не мучил. Ведь на задании никак не обойтись без теплого розового шарфика. Ничего не предвещало беды, как вдруг дверь с шумом распахивается, ударяясь о идеально ровную стену гостиной, и седой длинноволосый педик сообщает: - ВРООЙ! – особенно капсно орет он. Капсно-капсно. Аж закапсовал всех. – Все идем на задание! – Луссурия от неожиданости роняет вязание. - Все! Абсолютно! Кроме Бела и Франа, - последние резко поворачивают головы в сторону капитана. - Ши-ши-ши, - типа нервное шишиканье, которое проявляется у принца в самые подходящие и неподходящие моменты. – Почему это? Я должен оставаться с этой лягушкой? - Да. Презервативы на тумбочке, смазка в шкафчике в ваннной. А вообще я против гейства. Да. Всегда был, - с этими словами капитана большинство варийцев «летящей походкой я вышла за водкой» покинули помещение, но перед этим Луссурия успел шепнуть Франу «Афродизиаки в шкафчике на кухне. Лова-лова тебя, Франни-тян» и, ласково потрепав его по зеленоволосой волосне, добавил: «Не забудь про мороженное». - Семпай, а семпай, вы что-нибудь поняли? – было сказано после того, как последний представитель Варии ретировался из комнаты. - Нет. - А ещё гений называется, - до жути долго растянув свою фразу, зеленоволосый приготовился уклоняться от ножей, однако их не последовало. И, набравшись смелости, добавил: - А вы хоть знаете, где у нас мороженое? - В жопе. - Серьезно? - Нет. - А где? - В пизде! Отъебись от меня вообще. Не докучай королевской особе своей пренеприятнейшей зелёной личностью, - шапку зеленоволосого пронзило пять точно кинутых ножей. - Жаль, а я хотел угостить "королевскую особу" мороженым в этот жаркий день. - Ну ок. Тащи, ши-ши-ши. Обрадованный долгожданным признанием Франа своей зависимости от него, человека голубых кровей, настроение Бела сразу поднялось выше самой большой башни варийского замка. - Откуда? - Ты тупой? - Нет. - Тупого ответ. - А вот и нет. - Из холодильника, тупая жаба. - Какого холодильника? - Серобуромалинового в полосочку! - Но у нас они белые. - Плевать. - Семпай! - Чё? - Хуй через плечо. - Ши-ши-ши, молись. - Я атеист. - Не волнует, - Бельфегор соизволил встать, сжимая в руке стилет. – Лягушачьи лапки, люблю лягушачьи лапки, - ещё более маньячная улыбка засияла на лице принца, будто сообщая о том, что он чистит зубы пастой «Colgate». - А я люблю мороженое. Семпай, вам какое? – стараясь перевести тему, протянул Фран. - В форме члена, блять! – задница принца, полыхающая желанием трахен-трахена, снова приземлилась на кресло и он залился эпично-истеричным смехом. - Окей, - на секунду показалось, что лицо Франа озарила хитрая усмешка, которая тут же поспешила убраться в Лондон. - Я пошутил, придурок! - А я нет. - Жаба!!! – в сторону Франа понеслось с десяток стилетов. Но пацана и след простыл. На то он и иллюзионист, чтобы испаряться в самые подходящие и неподходящие моменты. Если бы Бел мог, он бы сейчас спародировал Скуало и разорался на весь замок эпичным «Говнюк!». Но после того, как он спародировал капитана в десять лет и сорвал голосовые связки, принц больше не решался на такие подвиги. Минут через десять в дверях появился Фран с двумя пачками мороженого и облизнулся а-ля «Я Марина, толстая детина, люблю мясо и голубого лоботряса». В него тут же полетело несколько стилетов, от которых он с горем пополам уклонился. - А я вам мороженого принес. Как вы и просили, в форме члена. Себе же он взял обычный пломбир. - Держите, - Фран протянул руку с мороженым и через мгновение на руке, в которой он держал свое мороженое, красовался порез. От резкой боли он разжал руку, и мороженое бы упало, если б принц вовремя его не подхватил. - Ши-ши-ши, сам жри такое. А я пломбир буду, - хитро усмехнувшись, Бел принялся за мороженое, которое Фран завещал для себя. Он еще не знал, как сильно пожалеет о том, что зеленоволосому мальчишке досталось мороженое интересной формы. - Да в вас сочетаются не только наклонности маньяка, но и извращенца, - протянул Фран, принявшись так сексуально, насколько он мог, облизывать мороженое. Пару секунд Бел откровенно пялился на происходящее. Потом еще пару секунд. И ещё. Все это время он сидел с лицом, издали напоминавшим мем «Me gusta». Но как только наглый мальчишка взял мороженое в рот и принялся рассасывать его за щекой, Бел не выдержал и прошипел: - Ты не мог бы есть мороженое подальше от меня, жабье отродье? Принцу неприятно, когда возле него лягушка сосет шоколадный хуй, ши-ши-ши. - Вообще-то это обыкновенное мороженное вытянутой формы. Семпай, вы ослепли или ваша челка все-таки в отличии от вас подчинилась здравому смыслу и стала мешать вашему зрению? - Заткнись, жаба, - тут в лицо Франу полетело недоеденное мороженное. – Я больше не хочу, ши-ши-ши, - прошипел принц, с удовольствием наблюдая за тем, как подтаявшая сладкая жижа, интересного белого цвета, растекается по лицу ненавистной лягушки. Фран слизнул немного мороженого около рта. - Я сексуален, а, семпай? - Твоя рожа вся в мороженном. О да, я прям возбудился. - Бел-семпай, а может, вы просто импотент? Не встает, что ли? - Повтори, что ты сказал, мелкая пакость? - Что у вас не встает, - его похоже ничуть не спугнул угрожающий тон Бельфегора. Фран решил возыметь новое хобби – ежедневно, ежечасно и ежеминутно кончать на королевскую морду жизнь самоубийством. Почему бы и нет. Если у кошек девять жизней, то у лягушек от 100500. Лягушкой быть выгодно. Тут же Фран был «пристилечен» к дивану. - А я смотрю борзометр зашкаливает. Оборзел, что ли? - тоном гопника из подмосковных залупных районов выбазарил Бел. - Неа, - с наглыми нотками в голосе выдал Фран. - Я трахну тебя прямо здесь и сейчас, - по классике жанра прошипел потрошитель. - Но я же не совершеннолетний, - ещё более типичную фразу выдал Фран. - Минуту назад ты показывал действия далеко не невинной овечки, ши-ши-ши, - проводя стилетом по легко разрезающейся одежде, с ехидством заметил Бельфегор. - Стойте, семпай, снимите галочку. Я должен знать, кто лишит меня невинности, - сделав ангельские глазки, промямлил Фран. - Что сделать? – Бел даже на секунду остановил нож на самом интересном месте. - Глаза покажи, урод, - с каменной рожей выдал Фран. - Ши-ши-ши, твоему дружку конец, - штаны Франа распахнулись: у них сегодня был день открытых дверей, а пуговичка отлетела в кирпичную стенку и оставила глубокую вмятину. Тут Бел снял трусы с Франа (причем семейники. в сердечках, коронах и лягушках), чтобы лишить его самого дорогого, но увидел… - Жаба, ты что, баба? - СЮРПРИЗ!!! – растягивая «и» в слове, прокричали сразу два голоса: какой-то бабки, вылезшей из-под дивана и Франа. Или Франины? Тут же щёлкнула фотовспышка. - Пиздец, бабуля! – не выдержал (или не выдержала) Фран. Тут бабушка с громким криком разорвала рубашку, так что еще семь пуговиц оставили свой след в стенах замка Варии, и взгляду двух молодых людей предстала татуировка на обвисшей, с пирсингом на сосках, груди старушки «I love yaoi». - Я, кажется, ослеп, - шокировано тихо сказал Бельфегор, потянувшись за стилетом, чтобы окончательно выколоть себе глаза. - ТАК У ВАС ЕСТЬ ГЛАЗА?! – эмоции жабы зашкаливали. – А галочку снимать не хотели! - Блять, какой же ты тупой. - Ой, бабушка! – внезапно до Франа доехало то, что он забыл несколько секунд назад. - Внучок! - Эм… - тут встрял Бел, который все-таки не решился выкалывать свои драгоценные глаза. Струхнул, че, бывает. – Я сам не ожидал, но жаба баба… - Чудесно! Я всегда хотела внучку! – обрадовалась бабушка. – А вы продолжайте, не стесняйтесь, я уже снабдила дом камерами видео-наблюдения! - ЧТО?! – в один голос встрепенулись любовнички. - Да шучу, шучу, - подмигнула бабуля и вылетела за дверь. – Трахайтесь, дети мои! – и добавила шепотом, будто сама себе: - Камеры я все-таки установила, хе-хе-хе. И что вы думаете? Принц и жаба продолжили. И Бельфегор со спокойной душой выебал новоиспеченную девушку, совсем позабыв о иллюзионистских штучках Франа, которые и могли ввести его в заблуждение по поводу пола лягушки. А бабушка и почти вся Вария сидели в комнате, где транслировалось онлайн видео-наблюдение. Почему почти все? Да потому, что Скуало, подчиняясь всем стереотипам, выстроенным в яойных фанфиках, ненавидел гомоеблю (хотя и давал по вторникам и воскресеньям боссу).