Новая жизнь

«Ночные улицы Нью-Йорка отражают распятие и смерть Христа. Когда они покрываются снегом и воцаряется совершенная тишина, из уродливых строений Нью-Йорка несется музыка такого черного отчаяния и несостоятельности, что от нее пробирает дрожь. Здесь ни один камень не клался с любовью или почитанием, ни одна улица не прокладывалась для танцев и веселья.» Автор: Генри Миллер, из книги «Тропик Козерога» Солнце плавно и медленно уходило за горизонт, алые и розоватые лучи разливались по Нью-Йорку, прекрасный вид. На крыше больницы стоял мальчик в больничной одежде и платке белого цвета, повязанном на голове. Голубые глаза смотрели на закатное солнце. Кажется, ничего его не отвлекало, ни шум машин, ни падающий снег. Руки немного дрожали от холода. В больнице же происходил небольшой хаос, несколько человек поступили при смерти, Локи же подбежала к регистратуре и, дождавшись, когда за ней прибежит ее новая знакомая. У которой, почему-то не сходила улыбка с лица, хоть она немного и запыхалась. Их сразу же направили к нужной палате, Локи было уже хотела рвануть, но была остановлена женской рукой и взята за плечо. — Малышка, ты уверенна, что стоит так торопиться, понимаю, ты, беспокоишься, но все, же сбавь обороты — Вы, просто не умеете бегать и прекратите так меня называть! — Локи сдернула руку со своего плеча и, выпрямившись пошла быстрым шагом к нужной палате Керолайн пожала плечами и пошла за той, Локи подметила для себя, что эмоции этой девушки ограничиваются улыбкой или легким непониманием. Но если вглядеться в ту, сколько, же она пережила, какая-то странная атмосфера была вокруг той. Девочка остановилась пред дверью и, выдохнув зашла в палату. Вот ее отец лежит в постели с закрытыми глазами, куча бинтов на нем, гипс на руке, капельница и врач стоит будто у него над душой и, проверяя показания аппаратов записывает их а бумагу. — Ох! Привет, Локи? — Девочка кивнула, женщина сразу расплылась в сострадательной улыбке — Это я тебе звонила тогда, сейчас твоему отцу нужно отдыхать — Как долго? — перебивая, нервно спросила малышка, Керолайн махнув Кетти вышла из палаты, врач кивнула. — Мы не знаем. Он в коме. — Локи будто током прошибло, «как это в коме?». Она стояла и, посмотрев на свои руки подняла взгляд на Кетти. Женщина еще никогда не видела такого взгляда, слишком глубокий, будто переживший кучу смертей, пустота шла настолько глубоко, что невозможно было передать словами выражения лица девчонки. Она не плакала, нет, она стояла и, не моргая смотрела на ту. — Я… — Тихий чуть злой голос разорвал гробовую тишину помещения — ненавижу это. — Ладони опустились на голову, Локи просто отшатнулась сев на пол, доктор подбежала к той. Зеленоглазая малышка сжала волосы и начала громко дышать. — Терпеть не могу, почему, это постоянно… — Руки опустились и левая ладонь сжалась в кулак, ударив по стене, на которой появилась еле заметная трещинка. Кетти нажала на кнопку вызова медперсонала, девочка же встав, сорвалась с места. Медбрат и медсестра подбегавшие к этому времени к кабинету увидели выбегающую девочку и, посмотрев на врача, побежали за той. Парень успел ухватить Локи за край кофты и, потянув девочку на себя взял ее под руки. Та начала вырываться — Пустите! Мне не зачем тут находиться, если, нет родителей не будет, и меня! — Юноша удивлялся силе девочки, которой всего лишь одиннадцать лет. — Да, но! Представь, что будет, если твой отец скоро очнется и узнает, что тебя уже нет? — Отвали! Вы! Вы, их отключите через неделю, потому что никто не будет платить за аппараты жизненного обеспечения, у папы уходили почти все деньги, на то чтобы мама жила! — уже заплетаясь в большинстве слов, кричала девочка. Пока врач набирала успокоительное в шприц, а медсестра говорила что-то о сбежавшем мальчике. Когда Кетти уже подходила, Локи закричала и, отпрыгнув от пола укусила медбрата за руку. Тот, шикнув от боли отпустил девочку, которая сразу же куда-то побежала. Забежав на крышу, девочку подошла к выступу и посмотрела вниз, вот она хотела сделать шаг, как ее окликнул детский голос — Что ты делаешь? — Локи повернулась, на нее смотрел мальчик, на глазах у девочки выступили слезы, мальчик удивленно выпучил глаза — Стой! Так нельзя, зачем?! — Подбежав он схватил Локи за руку и потянул на себя –Слышишь? Нельзя! — Да, что ты понимаешь? — У меня рак, думаю я немного, понимаю — мальчик улыбнулся и поправил локон Локи — Прости. Просто… Я не знаю, кто я, иногда кажется, что я не на месте, там где-то далеко мое место — Если, ты так чувствуешь, то значит это так, и …если ты умрешь, то не найдешь его, ведь так? — Девочка кивнула и села на снег, мальчик сел рядом. — Тебе не холодно? — Холодно, но мне это нравиться, я много чего теряю в последнее время, хочу ощутить как можно больше эмоций — Ты… не боишься? — Чего? — Ну, того что тебя ждет? — Нет, я Тимми, а ты? — Локи, приятно познакомиться — Тим снял повязку, у него были блондинистые волосы, заплетенные в маленький хвостик. — Скоро они выпадут, это единственное, что меня огорчает. Локи смотрела на того, злость сошла на нет. Она смотрела только на него, он так отважно смотрел вперед и молча наблюдал как темнеет. Она же сняла с себя толстовку и натянула ее на мальчика, оставшись в футболке. Тимми повернул к Локи лицо и, посмотрев той в глаза улыбнулся. — У тебя все будет хорошо, Локи, прощай — Прощай… Больше они никогда не виделись, с того случая прошла неделя, Локи вспоминает те голубые глаза, те почти белые волосы, возможно они были мягкие, мягче чем ее. Спустя полгода. Нью-Йорк 21:40 Девочка смотрела в окно своего приюта, дом ее родителей был продан, чтобы аппараты жизнеобеспечения родителей девочки были оплачены. Но этих денег осталось лишь на две недели. Малышка начала сомневаться, что родители выйдут из комы и уже смирилась, ожидая, когда ее отправят в фостреную семью, до этого два месяца назад, она уже была в фостерной семье, но от нее отказались и поэтому она до сих находиться в этом заведении. Что-то мелькало в памяти, голос мальчишки, томный вздох и удар кинжала о камень. Такие знакомые звуки, потерев виски, девочка вышла из спальной комнаты, где некоторые дети спали, а некоторый просто разговаривали. Осмотревшись, она на носочках прошлась до поворота и выглянула из-за стены. Там стояла молодая девушка, которая общалась с Керолайн. Вскоре они зашли в кабинет, после чего девочка сорвалась на бег, но тут дверь кабинета распахнулась. Локи сжала кулачки, думая про себя и моля о чем-то. Зеленое свечение распространилось по комнате, девочка задержала дыхание. Керолайн выглянула и, осмотревшись пожала плечами и зашла назад закрыв кабинет на замок. Иллюзия, созданная Локи распалась зеленой дымкой, под странные звуки, похожие на те, что раньше были из комнаты родителей, малышка поспешила спуститься по каменной лестнице. Охранник как всегда был не на посте, но камеры портили весь сахар. Локи недолго продумывала путь на котором нет камер, но понятное дело, что они будут почти у всех окон и парадных дверей. Прикусив палец, она осмотрелась, вот одна камера видеонаблюдения. Просчитав ее дистанцию, Локи прошмыгнула к посту охранника и, дернув на себя окно, вылезла, сразу прыгнув в кусты. По щеке тонкой струйкой стекала кровь, розовый куст был не лучшей идеей для местонахождения в нем. Руки, как и ноги тоже были не рады знакомству с шипами. Быстро выскочив из него, девчушка пробежала пару метров и, пролезая через калитку увидела включенный свет в комнате откуда только что убежала. Адреналин подскочил, кровь ударила в мозг и малышка побежала прочь от временного приюта. Волосы уже немного отрасли, что огорчало ее. Добежав до автобусной остановке, она нагнулась и подтянула носки. Бежевая пижама с лягушками, была потрепанна, а жаль девочке она нравиться. Забравшись в автобус, она достала купюру из кармана и, расплатившись подсела к даме с черными волосами. Скоро девять вечера, будет слишком вопросов к двенадцатилетней, которая одна ходит по большому Нью-Йорку. Доехав до нужного места, ребенок выбежал из автобуса и врезался в женщину. — Локи? — Наташа резко взяла ребенка за плечи, посмотрев той в глаза — что с тобой? — голос имел нотки волнения, Локи сама не заметила как плакала и ее глаза горели зеленым, слишком неестественно.