night-time (i'll find comfort in your arms)

Его комната оказалась на удивление комфортной. Больше смахивающей на номер в дешевом отеле, чем на тюрьму. Но он и не был заключенным. Теперь он такой же работник. Агент Мобиус жил по соседству. Здание было огромным и высоким, может даже выше мидгардских домов, чтобы вместить всех агентов. Поэтому апартаменты были небольшими. Его комната вмещала в себя маленькую ванную комнату с туалетом и душем, кровать была меньше по размеру, чем он привык, но Локи ясно дали понять, что его желания здесь никому не были интересны. Он больше не Бог Обмана, а простой работник. Поэтому к нему будут относиться, как к работнику. Вид из окна, по крайней мере, был красивый. Все здания TVA были освещены теплыми земляными цветами. Локи никогда бы это не признал вслух, но ему начинало нравиться. Но все же он всегда быстро подстраивался под любую обстановку, вписывался куда угодно, кроме Асгарда. Познакомившись с окружением комнаты, он заметил, что шкаф был заполнен одинаковыми костюмами как у Мобиуса, также нижним бельем, носками и галстуками – абсолютно идентичными. Также в нем были пара белых футболок с длинными и короткими рукавами, спортивные штаны, которые он собирался носить как пижаму, и две пары ботинок. Он жаловался на кроссовки. Мобиус его услышал. Локи пытался ничего не чувствовать, но его сердце забилось чаще в груди. Тело все еще болело от крышесносного секса, после которого прошли считанные часы, и он все еще чувствовал царапины от щетины каждый раз, как комбинезон касался нежной кожи между бедер. Мобиус оставил метку, и она была не только физической. Они остановились перед дверью в его новый дом, Мобиус смотрел на него с улыбкой, мягко поглаживая по щеке; ему нужно было вернуться к работе. — Я все-таки занятой человек, — сказал Мобиус с сожалением в голосе, но не из-за их секса, а потому что ему нужно было оставить Локи. Ему нравилось заботиться о нем, и тот не знал, что чувствует по этому поводу. Локи размял плечи, направляясь в ванную. Ему было необходимо несколько минут постоять под холодной водой, чтобы успокоить боль в мышцах. Локи хотел ощутить облегчение, вызванное стуком искусственного дождя, уносящего весь внешний шум. Он снял комбинезон второй раз за день, но, прежде чем отбросить его, он вынул галстук, который прятал в кармане, после чего комбинезон с громким стуком приземлился на пол. Это чертовски отвратная одежда. Локи не хотел больше никогда в своей жизни носить комбинезоны. Он повесил галстук на дверную ручку, чтобы удостовериться, что тот не упадёт. Локи включил душ и взял жидкое мыло из шкафчика вместе с шампунем и кондиционером. На нем была этикетка TVA, Локи почувствовал острую необходимость содрать ее. Холодная вода ударила по спине, и он вздохнул от удовольствия, когда она потекла по его бедрам. Ему нравились жгучие царапины от щетины, но они также доставляли неудобство. Синяки были...прекрасными. Локи не знал, как по-другому их описать. В душе было огромное зеркало во всю стену, и Локи смотрел на свои бедра, на которых сформировались синяки от пальцев Мобиуса. Что-то разрасталось в его груди, и он отвел взгляд, возвращаясь к мыслям о том, как правильно Мобиус смотрелся между его ног. Член дернулся при воспоминаниях о сильных руках, крепко удерживающих его тело. Он собирался отдаться во власть холодной воде. Шампунь пах мятой и немного эвкалиптом, без резких неприятных запахов. Аромат заполнил его нос. Достаточно приятный, чтобы использовать шампунь без отвращения, так что Локи медленно начал массировать кожу головы. Мыло пахло также, но с нотками чего-то цитрусового, он не смог понять, чего именно. От мяты и цитруса его кожу пощипывало, особенно на внутренней части бедер, но не так сильно, чтобы беспокоиться об этом. Принимая душ, Локи игнорировал то, как чувствовал себя, смывая со своей кожи частички Мобиуса. Словно это были самые драгоценные сокровища, которые только он мог иметь. Запах одеколона Мобиуса исчез с его тела, и он ничего не мог поделать с этим ощущением одиночества, возникшим из ниоткуда. Глупо. Как же глупо. Локи не испытывал чувств к агенту. Нет, но его касания…настолько нежные касания, полные ласки, ощущались так странно и непривычно для него. Мобиус не притворялся, он давал, не требуя ничего взамен. Это было опасно. Любовные касания ранят больнее самого острого ножа. Локи собирался погубить этого замечательного мужчину. Так или иначе, как он делал это со всеми людьми в его жизни; он погубил, опозорил свою семью и не понимал, чем Мобиус будет отличаться. Он укутался в полотенце и взял галстук, мечтая использовать свою магию, чтобы обсушиться, но знал, что его силы здесь не сработают, так что не было смысла даже пытаться. Его магия. То, что отделяло его от всех, кроме матери. То, что делало его особенным. Локи не знал, сколько просидел на кровати с полотенцем на бедрах и мокрыми волосами, с которых капала вода, ему было все равно. Слишком много информации для одного дня….дня, у которого словно не было конца. "Время течет по-другому в TVA", — сказал Мобиус, но Локи бы хотел, чтобы здесь было разделение на день и ночь. Хотя, он не хотел спать. Кошмары мучают даже Богов. Он боялся, что увидит мертвое тело матери, боялся проснуться в реальности, где ее больше нет, и прочувствовать это. Потому что, как он понял, его вариант не посещал могилу матери, он не видел этих воспоминаний, чувства скорби. Он был поражен этим, но не знал всей ситуации. Возможно, что правда окажется куда ужаснее. Локи тщательно вытерся, перед тем как надеть белые боксеры, а сверху спортивные штаны. Он положил полотенце на подушки и упал на кровать, прикрывая глаза предплечьем. Хотел бы он, чтобы здесь был книжный шкаф. Хорошее чтиво могло бы отвлечь его от странных мыслей. Секс был также эффективен в этом аспекте, но он был уверен, что этот раз с Мобиусом был последним. У него даже не было настроения взять дело в свои руки. Трахать себя пальцами – не то же самое, что быть трахнутым Мобиусом. Одного раза хватило, чтобы Локи подсел. Он чувствовал себя жалким, прикладывая галстук к носу. О Боги. Он вел себя как подросток, это смущало. Поэтому Локи поднялся, хотя чувствовал усталость, но он не мог оставаться в одном положении надолго. Он порылся в ящиках, нашел расческу и сел напротив зеркала, расположенного на внутренней стороне дверцы шкафа. Локи разделил свои волосы на части и стал заплетать, как он это делал с братом много веков назад, когда Тор решил отрастить волосы, но в нем было слишком много грубой силы, чтобы самостоятельно заплетать их. "Большие неуклюжие пальцы, брат. Это тонкое искусство, ты не станешь мастером, если даже не попробуешь", — сказал он старшему брату. Воспоминания вызвали у Локи слабую улыбку, глаза запекло. Его ловкие пальцы обладали исключительной памятью, поэтому, когда глаза полностью застлали слезы, он продолжил плетение, не опираясь на отражение в зеркале. Локи никогда не отращивал свои волосы. Не как сейчас. Ему они не особо нравились тогда, это было непрактично. На тренировках они становились легкой мишенью. Будучи ребенком, он смотрел на маму с братом на коленях, сидящую в тени многолетнего дерева. Она гладила его светлые волосы, расчесывала их своими тонкими пальцами и вплетала цветы, которые сама выращивала. Локи смотрел на них, сидя под солнцем с книгой на коленях. Чуть позже, Фригга подзывала их обоих к себе, обнимала, целуя их лбы, и рассказывали истории. Или пела для них. У нее был чудесный голос, мягкий как бархат, красивый, голос, способный прекращать войны. Локи бормотал слова, пытаясь найти успокоение в тексте песни, но все это в прошлом. Покой больше не вернуть, ведь даже воспоминания о детстве разрушены его неправильными выборами. Он закончил заплетать волосы, когда услышал стук в дверь. Три удара заставили его быстро вытереть глаза и подняться, чтобы открыть дверь тому, кто бы это ни был, кто думает, что он планирует побег в своей комнате. Но это был всего лишь Мобиус, оперевшийся плечом на дверной косяк, его ярко-голубые глаза выглядели уставшими. — Привет, — все, что он сказал, держа руки в карманах. Локи сжал губы, борясь с желанием сказать что-то глупое, вроде "присоединяйся ко мне в кровати" или "я скучал". Потому что все происходило слишком быстро. Его разум, поглощенный грустью, играл с ним злую шутку, цепляясь за первого человека, который был с ним добр, за ужасно долгий промежуток времени. — Привет, — сказал Локи. Мобиус посмотрел на него, остановил внимание на заплетенных волосах, потом на том, что тот стоял без футболки, перевел взгляд на глаза, что были такими же красными, как и нос. — Ты выглядишь прекрасно, — сказал он так, словно это было больше наблюдение, чем комплимент, словно что-то очевидное. Локи рассмеялся против воли, зная, что по его лицу было видно, как много он плакал. — Ты же знаешь, что я не вру. — Что только ухудшает ситуацию, — пробормотал он, скрещивая руки на груди и смотря куда угодно, кроме глаз Мобиуса. — Как? — спросил Мобиус, приближаясь к нему со всем спокойствием. Мужчина не сменил одежду, но и не надел галстук. Две верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, соблазняя, Локи отвел взгляд. — Ты видишь красоту в жестокости. А не должен, — ответил он. Мобиус улыбнулся чуть шире. Локи чувствовал на себе взгляд его теплых глаз, красивых как чистое голубое небо. — Ты жестокий? — Да. — Может, дашь мне самому судить об этом? — Экономлю твое время. — У меня достаточно времени, чтобы выяснить это, милый, — Мобиус ухмыльнулся и подошел к своей двери, открыв ее отпечатком пальца. Локи, пораженный ласковым именем, сказанным вне сексуального контекста, не стал возражать. А к тому моменту, как его мозг смог сформулировать достойный ответ, Мобиус уже исчез. Локи попытался занять себя на какое-то время. Он не был уверен, сколько часов прошло. Здешнее время сбивало с толку. Он мог слышать Мобиуса за стеной. Их комнаты были соединены смежной дверью, но, конечно, комната Локи была обувной коробкой по сравнению с апартаментами Мобиуса. Благодаря этой двери, он мог слышать мужчину, разговаривающего по телефону о вариантах и других проблемах с тайм-лайном, будто бы он расчищал свое расписание для Локи, раздавая дела другим агентам. Может, так и было. Абсурдный мужчина. Локи боролся с желанием пройти через эту дверь в жилье Мобиуса. Он лежал на кровати, вдыхая одеколон Мобиуса с галстука, но этого было недостаточно, чтобы почувствовать себя рядом с ним. Хотя тот был всего в нескольких шагах. Это была пытка. Локи действительно с трудом удерживал контроль над своим телом. Когда он услышал людей снаружи своей комнаты, тихо разговаривающих на разных языках, то предположил, что все другие агенты живут на этом этаже или же выше, и сейчас идут в свои апартаменты, чтобы уснуть. Что ж, Локи последовал их примеру, некомфортно устроившись под одеялом, пытаясь медитировать, чтобы не видеть снов. Очевидно, это было невозможно. Он сжал галстук в кулаке, поглаживая ткань подушечками пальцев. Ему нравился запах. Он мог бы даже спать с ним, представляя, что рядом лежит Мобиус. Черт, он просто жалок. Он всего лишь хотел ласки и покоя! Да, Локи – Бог, но у него все еще есть чертова душа, несмотря на то, что все считают его бесчувственной сволочью. Ему некого было здесь обманывать. Локи был один. Так что, плевать на то, как это выглядит. Он уткнулся в подушку, пытаясь очистить голову от мыслей, и закрыл глаза.

***

Мобиус заканчивал писать отчет, когда услышал громкий звук, словно что-то разбилось об пол, доносящийся из комнаты Локи, что заставило его бросить все бумаги и побежать к двери. Он на ходу надел обувь, все еще находясь в рабочей одежде, которая изрядно помялась. Мобиус ударил по двери, соединяющей их апартаменты несколько раз. Он не хотел входить без приглашения. Хотел предоставить Локи возможность отвергнуть его, потому что в последнее время тому не давали сделать выбор. Никакого ответа не последовало, и это было плохо, поэтому он открыл дверь. Зеркало на дверце шкафа было разбито, его куски лежали на полу. И Локи стоял босиком посреди этого безумия с трясущимися руками и опущенной головой. Мобиус вздохнул, подошел к нему ближе и услышал, как под носком ботинка треснул осколок стекла. Он обвил руку вокруг талии Локи, и тело Бога обмякло под его крепкими прикосновениями. Мобиус приподнял его как тряпичную куклу и с легкостью перенес на рабочий стол у окна в другом конце комнаты. Локи трясло, а в широко раскрытых глазах стояли слезы. Мобиус знал, что подобное может случиться. Никто с легкостью не переносит факт смерти всей семьи, но Локи был достоин знать правду. Он собирал себя по кусочкам, пытаясь совместить их в единый пазл, который бы имел смысл, словно плохо пропечатанная фотография, чьи детали стерлись, делая картинку бессмысленной. Мобиус приподнял его подбородок, чтобы посмотреть в глаза, Локи повернул голову, будто был растерян, видя тень беспокойства на лице Мобиуса. — Ты пришел, — прошептал он мягко, и Мобиус никогда не слышал, чтобы его голос звучал так. Он изучил каждый момент его жизни с самого рождения, но это… голос Локи всегда был его самым главным оружием, которое он никогда не опускал. Он был мастером ораторского искусства. Локи поерзал, извиваясь, но Мобиус нежно удерживал его лицо, он хотел сцеловать его печаль. И он не испытывал сожалений по поводу того, что сделал с Локи. В протоколе ничего не говорилось об отношениях между агентами и подчиненными, и то, что Мобиус делал со своей жизнью, было его личным делом. Как бы это не раздражало его начальство, он был сам по себе. — Конечно, я пришел. Почему ты думал, что я этого не сделаю? — От меня слишком много проблем. — Ты всегда был проблемным. Но я не собираюсь из-за этого оставлять тебя одного, потребуется куда больше, чем поведение колючего котенка, чтобы заставить меня уйти. — Ты понятия не имеешь, во что ввязываешься. — О, я прекрасно знаю, что я делаю. — Ты раздражаешь. — Как скажешь, — Локи пытался казаться безучастным, но его заинтересованный взгляд подводил его. Мобиус улыбнулся, нежно провел пальцем по нижней губе Бога, которую тот, видимо, часто кусал от нервов. — Ты не первый, кто находит меня невероятно раздражающим и очаровательным в одно и то же время. Я тот, кого большинство людей называет хорошей партией. Локи попытался не улыбнуться, но ничтожно провалился. — Почему ты просто не можешь проигнорировать меня? Я не буду винить тебя за это, я могу притвориться, что наш…половой акт на твоем столе – это не имеющая значения прихоть, вызванная горем. В конце концов, я эксцентричный. — Ты все еще можешь это сделать. Я уйду, если ты этого хочешь. Сердце быстро забилось в груди, а кожа на щеках горела. Готовность Мобиуса дать ему шанс, вызывала мурашки. В этот день великая сила вселенной унизила его, усмирила больше двух раз и бросила в объятья мужчины, который заставил его усомниться во всем, что он знал раньше. Локи отвел взгляд от…сумасшедшего мужчины перед ним, и глубоко вздохнул. Он не хотел отпускать Мобиуса. И он мог попытаться подружиться с ним…или что бы то ни было. Нужно понимать, что Локи был далеко не дружелюбным последние несколько веков. И если он подведет Мобиуса, что ж, он сказал, что знает, что делает. — Не ожидай от меня многого, — даже когда он это сказал, что-то внутри дрогнуло, что-то, что заставило его умолять об одобрении со стороны Мобиуса. Но Боги не умоляют. Мобиус смотрел на него, словно он прозрачное стекло, от острого взгляда лазурных глаз его шея горела и покрывалась пунцовой краской. Локи не стыдливое существо, смущение – не то, что он ежедневно испытывает, но он не мог ничего поделать, чувствуя себя маленьким под пронизывающим взглядом мужчины. — Хорошо, — прошептал Мобиус, улыбаясь и придвигаясь ближе, кладя руку на поясницу Бога и поглаживая холодную кожу. — Тем более не ожидай многого от меня. Локи проблемный, но все же, озорство, текущее по его венам, успокаивало. — Также не ожидай, что я буду податливым после того…как всё это в моей голове пройдет. Я не какая-то покорная кукла. — Я знаю, — прошептал Мобиус, мягко улыбаясь. Локи обхватил талию Мобиуса ногами, сминая рубашку еще сильнее. Хотя, кому какое дело? Это была не самая лучшая рубашка в любом случае. Мобиус поднял его и прошел через дверь, захлопнув ее, оставляя стекло позади. Как Локи и ожидал, апартаменты Мобиуса были большими. Теплыми, прямо как он сам. Медового света, приятно освещающего комнату, было достаточно, чтобы прочесть обложки книг на длинной книжной полке. Большинство языков Локи не узнал, что заставило его разочароваться в себе. Он гордился своими знаниями. — Ты читаешь, — сказал он тоном, одновременно вопрошающим и утверждающим. — Конечно, я читаю. Ты любишь это, — таков был ответ. Локи почувствовал комфортную, мягкую постель под собой, когда Мобиус шутливо бросил его на нее, не обращая внимания на документы. Он переложил их на прикроватную тумбу. — Мне нравятся знания, — сказал Локи, не отводя взгляда от Мобиуса, который смотрел на него через отражение в зеркале, пока снимал одежду. Он достал белую футболку и пару черных штанов из шкафа, натягивая их на бедра без стеснения. Локи улыбнулся. — Я много знаю, — сказал Мобиус, ложась на кровать и придвигаясь ближе, Локи положил голову ему на грудь, чувствуя спокойное сердцебиение мужчины под ухом. — Ты не человек, — пробормотал он, закрывая глаза, чувствуя длинные пальцы Мобиуса, вырисовывающие узоры на его пояснице. — Нет. Я живу дольше, медленнее старею и намного сильнее людей. Хотя физически я человек. Или мидгардец, как ваши люди называют их, — Локи уткнулся в шею мужчины, легко целуя кожу. — Я много знаю, но ты знаешь даже больше моего. Умный Бог, — в его голосе чувствовались нотки юмора, но комплимент был искренний, и Локи был готов растаять. Боги, этот мужчина представлял опасность для его имиджа. Бог Озорства, плавившийся от небольшого комплимента. У него все еще было много вопросов. — Ты это делал раньше? — он не объяснил. Но Мобиус и не нуждался в пояснении. Его сердцебиение не учащалось, он не пытался что-то скрыть или соврать. — Если ты спрашиваешь, был ли у меня секс с другими твоими вариантами и относил ли я их в свою постель после кошмара, то нет. Ты единственный, кто в таком участвовал. Но не первый, кто интересовался тем, что было у "настоящего" Локи на уме. С некоторыми я подружился, но в любом случае не так много чего можно сделать с тем, кто тебе не доверяет. Я все еще не понимаю, почему ты доверяешь мне. — Кажется, ты не способен лгать. — Но я лгу. Все это делают. Я еще не лгал тебе, но могу сделать это потом. — Я об этом узнаю. — Я знаю, поэтому собираюсь избегать этого. Умный мужчина. — Взаимодействие с другими моими вариантами дали тебе подсказку, как вести себя, чтобы попасть в мой список хороших качеств? — Мобиус оставил ленивый поцелуй на его лбу, перед тем как вдохнуть аромат волос. — Ты предсказуемый. Твои другие варианты тоже. Но ни один из них не заходил так далеко, как ты. Никто из них не видел, что произошло в настоящем тайм-лайне. Так что, я знаю все трюки, которые ты можешь провернуть, но понятия не имею об искренности, которую ты мне показываешь. Ты продолжаешь удивлять меня, милый. — Ты тоже удивляешь меня, агент Мобиус. — Знаю, я мечта, ставшая явью, — Мобиус почувствовал улыбку Локи на своей коже, что заставило его тоже улыбнуться. — Хочешь поговорить о своем кошмаре? — Это ощущалось больше как воспоминание, чем кошмар. Я не хочу говорить об этом сейчас. Спроси завтра, или не спрашивай. Сейчас ночь для меня, а я не говорю о чувствах ночью, — он попытался подавить зевок, но чертовски устал. Он чутко спит, и все же. Битва в Нью-Йорке, потеря семьи, TVA и крышесносный секс утомили его. — Ты устал, — сказал Мобиус, и нежность в его голосе заставила Локи укусить его. Потому что, да, в душе он был мальчишкой. — Замолчи. Мобиус, прижал его ближе и нажал кнопку на стене, выключая свет, лишь слабый проблеск, пробивающийся сквозь жалюзи, освещал комнату. Когда дыхание Мобиуса замедлилось, он провалился в сон. В этот раз без кошмаров.

***

Когда он проснулся, жалюзи были открыты, омывая его теплыми лучами. Под него было подоткнуто одеяло. Мобиуса нигде не было видно. Всё внутри похолодело. Боги, он слишком быстро стал зависеть от этого мужчины. Насколько это из-за травмы, а насколько из-за собственного желания? Он не знал, да и не хотел узнавать. Когда морок сна прошел, Локи услышал шум воды в душе. Он улыбнулся, расслабил шнурок на своих штанах и пошел туда, где, он предполагал, находится ванная. У душа были прозрачные стеклянные стены, затянутые паром, но практически не скрывающие наготу Мобиуса. Локи стянул штаны и бросил их на стопку одежды, что оставил Мобиус на тумбе, и шагнул под душ, вставая за мужчиной, с улыбкой смотрящим на него через зеркало. Хм, оно могло пригодиться. Локи положил подбородок на плечо Мобиуса; на его спину обрушился поток воды. Благодаря их небольшой разнице в росте, его член уперся в задницу Мобиуса, который бесстыже потерся об него. — Доброе утро, — пробормотал он, запрокинув голову назад, на плечо Локи, чтобы дать ему свободу действий. Бог, довольный готовностью Мобиуса, припал губами к его плечу, оставляя засос, вызвав у мужчины гортанный стон. Локи дал волю рукам, оглаживая тело агента, его сильные бедра, идеальные, чтобы их сжимать. Член Мобиуса дернулся от внимания, которое Локи дарил его телу. Ощущение мыльного тела агента, трущегося об него спиной, заставляло член Локи твердеть, и он скользнул между ягодицами мужчины, который выглядел польщенным от такой быстрой реакции Локи. — Тебе нужно идти на работу? — спросил он, зная ответ. Мобиус схватил его бедра и притянул ближе, заставляя тереться быстрее, стон одновременно вырвался из их ртов. — Да, полевая работа. Правда, не хочу туда идти. Ты же можешь оставаться здесь, пока меня не будет. — Знаешь, я могу улучшить твой день. Люди по-разному справляются с шокирующими, ужасными новостями. Кто-то плачет, кому-то нужно время наедине с собой и своим горем. Локи же занимался сексом. Мобиус желал быть его центром внимания. Это беспроигрышная ситуация. — О, и как же? Локи обхватил член Мобиуса, слегка проводя по нему, развернул агента, и Мобиус, не теряя времени, притянул его за волосы, их губы, наконец, столкнулись. Прошлой ночью Локи не был до конца уверен в том, что может поцеловать агента, но сейчас…сейчас был новый день. Локи чувствовал мятную пасту на языке Мобиуса, удерживая того за бедра, он углубил поцелуй, кусая нижнюю губу агента, заставляя того шипеть и натягивать волосы Локи сильнее. Бог усмехнулся и опустился на колени, смотря на Мобиуса снизу вверх. — Ты знаешь, что "серебряный язык" имеет и другое значение, — сказал Локи, и Мобиус тихо рассмеялся, вырисовывая круги на его голове. Рот Бога наполнился слюной, не только потому, что ему нравилось, когда люди массируют его кожу головы, но из-за члена Мобиуса, стоящего перед его глазами, как подарок. Он обхватил его одной рукой, проходясь приоткрытыми губами по головке, смотря в глаза Мобиуса, который, тяжело дыша, натянул его волосы сильнее, только делая Локи тверже, заставляя быстрее трахать свой кулак. Его язык прошелся по щели круговыми движениями, собирая капли предэякулянта. Холодные губы касались мягкой, теплой кожи. Локи всегда был холодным, но сейчас от такого контраста член Мобиуса только сильнее твердел; он потерял дар речи от разницы температур, а Локи, почувствовавший тяжесть на языке, слегка сжал его яички. Он не хотел, чтобы веселье закончилось слишком быстро. Он вобрал в себя член практически на всю длину, сдерживая рвотный рефлекс и дыша через нос, давая Мобиусу возможность трахать его рот. Мобиус наблюдал в зеркало за тем, как его член исчезает во рту Бога, перевел взгляд вниз, где Локи шевелил бедрами, головка его члена покраснела. Локи нравилось, что его рот трахали. Спустя дюжину толчков, Мобиус почти до конца вынул член, надавливая головкой на губы Локи, который посмотрел в зеркало. Мобиус увидел, как тот улыбнулся их отражению. Они выглядели хорошо, мокрые, мыльные и возбужденные. Смотря на это, Локи снова открыл рот, насаживаясь и проходясь языком по твердой головке, вырисовывая на ней узоры. Локи отпустил его яйца, и Мобиус почувствовал нарастающий оргазм внизу живота. Он попытался предупредить Локи, но тот продолжил двигать головой вверх-вниз. Когда Мобиус кончил ему в рот, Локи проглотил солено-горькие капли. Мобиус с трудом стоял на трясущихся от сильного оргазма ногах. Он знал, что Локи кончил вслед за ним с громким стоном, который был усладой для ушей. Мобиус помог ему подняться на ноги, они оперлись на стенку душа с улыбками на губах. Вода давно стала холодной, смывая их смешанную сперму. Локи держал его за бедра. И Мобиус мягко усмехнулся. Он чувствовал себя хорошо. Локи присоединился к нему, целуя его улыбку, давая почувствовать его собственный вкус на губах. Они вытерли друг друга, целуясь и флиртуя, такая семейная идиллия немного пугала Локи, но он не фокусировался на своих страхах, пока Мобиус сушил полотенцем и расчесывал его волосы, украдкой целуя, когда Локи чересчур отвлекался. Перед тем, как Мобиус покинул комнату, они оделись, Локи мягко поцеловал его губы, держа ладони на его щеках. Мобиус выглядел довольным и заинтригованным. — Теперь ты знаешь, что кто-то будет тебя ждать здесь, когда ты вернешься с работы. Но не слишком привыкай к этому, — это было так избито и нелепо, но Мобиус любил избитое и нелепое. Он уже потакал капризам Локи. Мобиус так сильно доверял Локи, что тот почувствовал, что может начать доверять в ответ. Когда Мобиус улыбнулся, его глаза сверкали от счастья, Локи понял, что сделал, наконец-то, правильный выбор.