После всего

Говорить обо всем, дорогие стихи повторять, понимая, молчать и молчанье ответное слушать. Или вэйци продолжая извилистый ряд, согревая во рту сладкий кубик мороженой груши, посмотреть на тебя, как улыбка рассеяла тень, растворила усталость, расчетливую жестокость; теплый свет различить в полуночной глухой темноте глаз твоих; подойти к лучезарным горячим истокам нашей дружбы, мой бедный, мой ласковый брат… И божественный миг кратковременной передышки растянув бесконечно, хотел бы тебя забрать из твоей пустоты — беспросветной, безлюдной, недвижной. Я хотел бы забрать, но не знаю куда, ведь и сам только гость в этом мире, где редки и жалость, и радость. Я иду за тобой по твоим ненадежным словам, в наказанье надежды любви обретая награду. Легок шаг, хрупок путь, и неведомо мне, когда под моими ногами вдруг льдины прозрачные треснут. Продвигаюсь вперед, где со мною случится беда — там, где я ошибусь, соскользну в леденящую бездну. …Тишина и тепло, и со мною мой названый брат черно-белые камни вэйци по доске расставляет. Я прошу: победи. Малодушно хочу проиграть, в твой спокойный обман отступив от опасного края.