se ami, lasci andare

я отчетливо помню тот момент, когда ты хлопнула дверью и ушла. помню свои руки, из которых текла кровь, и торчали осколки твоей любимой кружки. я изменил тебе случайно, по пьяни. поцеловал чужую девушку в клубе, в котором мы пили вместе с итаном. а камера видит все. в следующие десять минут весь мир узнал, что я изменщик. помню как открыл мессенджер и смотря в него своими затуманенными от алкоголя глазами, увидел твоё сообщение с прикрепленным фото: « — если в течение тридцати минут тебя не окажется дома, на разговор можешь даже не надеяться.» я протрезвел мгновенно. удовлетворенность и безмятежность от бутылки виски, заменил дикий страх потерять ее. помню как словил машину и приехал домой. пока поднимался по лестнице трясся как побитый щенок и молился господу, чтобы простила. я увидел тебя на пороге квартиры с наспех собранными чемоданами и слезами на глазах. помню как кинулся в ноги твои, умоляя простить. обещал, что в жизни больше не подойду ни к одной девушке, если ты того захочешь. отказывался отпускать тебя, когда ты обувалась. « — если любишь меня, то тогда отпусти.» — прошипела моя милая вик, и ударила ногой по моей грудине, чтоб отстал. я помню как плакал в прихожей нашей квартиры, скрутившись в клубок от боли душевной. помню, как рассматривал в зеркале своё последнее напоминание о тебе — лиловый синяк посередине живота. на репетиции не было тех оживленных споров и разговоров, к которым я привык. абсолютная тишина, которую прерывала лишь наша музыка. помню с каким отвращением на меня смотрел томас. за всю неделю интенсивной подготовки к концерту он трижды порывался избить меня и выплёвывал слова о том, что я недостоин ее. « — тебя бы давно уже здесь не было, если бы виктория так сильно не любила тебя, мудак.» мне было тошно от самого себя. я не мог выносить твоего, пронизанного болью, взгляда. не мог видеть твоё тельце, истощенное голодом от переживаний. мне было невыносимо осознавать то, что ты не рядом. лео, увидев мое состояние, не выдержал. взял меня под руку и буквально вышвырнул из злосчастного бара, где я напивался по вечерам. я вырывался и кричал, когда он посадил меня в ванну и холодная вода ошпарила мое тело. плакал, уткнувшись лицом в свои колени и, будто в бреду, просил вик простить меня. помню его глаза, наполненные гневом и сочувствием ко мне. помню, как получил пару отрезвляющих пощёчин. « — если ты хочешь вернуть ее, то не веди себя как тряпка, а иди и добивайся ее прощения.» и почему то это помогло. на следующей репетиции я отчаянно пытался выловить момент, чтобы поговорить наедине. ты не шла на контакт. даже идя в уборную, тащила за собой томаса. будто боялась меня. помню, как пошел ва-банк. просидел два часа возле двери твоей съемной квартиры, прежде чем ты пришла. помню твои испуганные голубые глазки и как ты попятилась назад, к лестнице, чтобы сбежать. размашистыми шагами подошёл к тебе и крепко прижал к своей груди, чтобы слышала как бьется сердце мое, как оно молит о прощении. ты билась как загнанная птица в моих руках, а слёзы катились градом по щекам. нащупал в кармане твоих джинсов ключи и, не отпуская из своих рук, вошёл в квартиру. не хочу чтобы кто-то услышал наш разговор. « — хватит, дамиано, я устала. я не игрушка для тебя, понимаешь? я тоже, блять, живая! прекрати уже мучать меня и иди развлекайся со своей новой девушкой.» — буквально прокричала и ещё сильнее затряслась в моих руках. на секунду подумал, что может быть это и правда? может, это все-таки конец? помню, как на глаза навернулись слёзы от ее слов. склонился к ее ушку и зашептал: « — дай мне один шанс, виктория. прошу, всего один.» и она дала мне его. мы двигались вперёд чрезвычайно медленно. она вновь училась доверять мне, а я старался не разочаровать ее. все посиделки в баре с друзьями были отменены, вместо них я старался как можно больше времени проводить с ней. наш второй-первый поцелуй произошёл через месяц. до этого я довольствовался лишь короткими объятиями и просто нахождением ее рядом со мной. в тот момент я почувствовал себя маленьким мальчиком, которому впервые ответила взаимностью девушка. я не мог насытиться твоими прикосновениями, мне всегда хотелось большего. а ты не торопилась. постоянно дразнила, оставляя меня одного, возбужденного донельзя, а сама шла заниматься своими делами. самая ужасная месть за все мои дела. постепенно, томас оттаял. снова разговаривал и шутил со мной, но все же относился к налаживающимся отношения с викторией крайне настороженно. постоянно спрашивал ее, комфортно ли ей со мной, и грозился набить мне морду, если я ещё раз так поступлю. ты отдалась мне спустя год, на мой день рождения. весь день тогда спрашивал тебя, где же мой подарок, а ты лишь игриво улыбалась и просила подождать до вечера. чёрное кружевное белье прекрасно контрастировало с твоей молочной кожей. лёжа в простынях, я смотрел на тебя, мило сопящую мне в плечо, и чуть было не плакал от осознания происходящего. ты здесь. со мной. в моих руках. и никуда не уходишь.