Точка пересечения

— Роджер? — Серьезно? Мы что, пираты? — Нил вписывает еще одно имя в лист, только чтобы еще раз зачеркнуть. — Стефан? — Рико не сдается и водит пальцем по планшету с новым списком. — Было, — флегматично добавляет Эндрю, помогая Шону собирать игрушки в гостиной. — Алекс? — Было, — одновременно с Эндрю добавляет Нил. — Крис? Что серьезно? Тоже было? — Рико как будто разочарован. — Нил, ребенок не виноват, что ты перепробовал почти все имена на свете. Еще немного и мы пойдем по иностранным. Кстати, как насчет японского? Кио? Шон смеется. Он считает, что бить Эндрю кубиками — самое веселое в мире занятие: — Па, мне нужен красный кубик, подай? — говорит он и кидает красный кубик как можно дальше. Они уже активно изучают цифры, но Шон упорно не хочет продвигаться выше 19, поэтому откидывает цифру “2”, чтобы не считать от 20 и выше. Еще он очень любит, когда Эндрю сдвигает брови, потому что знает, что тот не сможет злиться долго, и будет смешно бороться сам с собой: хмуриться и улыбаться одновременно. Эндрю, по привычке, хмурится, прежде чем разгадать коварный план Шона — Кио! — громко выкрикивает Шон. — Вот, смотрите, ему нравится, — Рико следит, чтобы Нил добавил еще одно имя, и грустит, когда тот его вычеркивает. — Нет? Макото? Нил стонет, но не отрицает такого варианта: — Может, что-то попроще? Типа, Эван? Гарри? Пусть победит Волан-де-Морта и все зло на свете. Эндрю шипит и закрывает Шону уши: — Тшш, он еще не досмотрел. Рико в ответ переходит на шепот: — Ты думаешь, он рассматривает вариант, в котором Гарри не победит? Эндрю еще раз шипит на него: — Он верит в единорогов, не мешай ему верить в чудо. Шон лишь продолжает смеяться. У него новая игра — он хочет залезть Эндрю под толстовку, чтобы повиснуть на нем, как маленькая коала. — Ладно. Итан? Нил и Эндрю несколько мгновений переглядываются, прежде чем первый произносит: — В принципе, не так уж и плохо. Не знаю ни одного плохого Итана. Эндрю? — Да. — Итак, у нас есть лидер. Второе имя? — Ооо, нет. Давайте просто ужинать, — Нил перехватывает Шона, который с разбегу прыгает к нему на колени. — И потом мы пойдем спать, да? — Не хочу спать, — Шон, слава богу, перерос кризис трех лет, но теперь его поведение колеблется от идеального послушания, когда он остается наедине с Эндрю, до самого капризного ребенка в мире, когда Рико за главного. Сегодня он пытается найти баланс, но на ручках можно и похныкать. — Конечно, не хочешь. И я не хочу, но посмотри, как папа устал, — Нил показывает на Рико, который картинно зевает. — И ради папы мы ляжем спать пораньше, хорошо? — Хорошоооо. Ужин проходит в привычном формате: хотя Шон уже уверенно ест сам, он не упускает момента измазаться пюре, чтобы Рико лишний раз ему помог. — А когда появится братик? — Как раз после Рождества, — Эндрю пытается имитировать радостный тон Шона, но получается так наигранно, что Рико начинает хихикать. — Ты помнишь, что на Рождество приедет дядя Аарон и дядя Ники? — Да. Один как ты, а второй слишком громкий. За пять лет Шон, стараниями Эндрю, научился говорить только правду, что сильно облегчило процесс воспитания. Даже когда он ударил кого-то на детской площадке, признался в этом сразу же, чем, возможно, сохранил жизнь папаше пострадавшего ребенка. Он уже видел Аарона и Кевина по видеосвязи, и сейчас они готовятся принять их у себя вместе с Ники и Джастином. Рико воспринимает это как вызов. Они никогда не устраивают званых ужинов — только посиделки во дворе, поэтому в этом году Рождество будет праздноваться с особым масштабом. — Очень точно подмечено! Шон, ты уже выбрал костюм? — Рико вытирает его салфеткой. — Нет. Я хотел с кисой, но не было с кисой. — Это потому что нам нужен костюм — деловой костюм — для праздников и торжеств, а не детский костюм. Ты же уже взрослый, понимаешь? — Рико воинственно размахивает руками, пока Эндрю не пинает его ногой под стулом. — Ему пять. Он ребенок и будет ребенком, сколько захочет, — он говорит сквозь зубы. — Да, никакого давления, — Нил тоже слегка подпинывает его. — Па, ты поможешь найти костюм с котиками? “Па” — это Эндрю, “папа” — это Рико, и “ну пааааап” — это Нил. Очень удобно. Шон сам определил, к кому он обращается, когда оба других отца уже сказали нет (Нил), к кому он обращается, когда что-то натворил, и тот точно поможет ему скрыть улики (Рико), и к кому можно запрыгнуть на колени и расплакаться без осуждения (Эндрю). — Это прием, понимаете, первый в его жизни? — Рико все еще не хочет сдаваться, но его перебивает Эндрю. — Конечно, мы найдем костюм с котиками. Шон одобрительно кивает и после ужина утаскивает Эндрю, чтобы тот прочитал ему сказку. Шон уже умеет читать сам, но иногда он хочет покапризничать, как сегодня: после главы про своих любимых динозавров, он все никак не хочет закрывать глаза. Тогда Эндрю вздыхает, но все равно достает радионяню, которую они сейчас используют как рацию. — Срочный сбор, пш-пш, я повторяю, срочный сбор. Маленький сладкий мальчик не может уснуть. Через минуту в детскую поднимаются Нил и Рико, которые мельком просматривают главу из книжки, чтобы устроить целое представление. — Я злой и страшный тираннозавр, — смешно рычит Нил, который сейчас больше похож на шарик на ножках, чем на хищника, — я вас съем. Рррр! Он пытается укусить Рико, который падает на пол и поднимает руки. — О, нет, не ешь меня, и потом у тебя такие маленькие лапки, что ты просто не дотянешься. Шон, как обычно, совсем перестает хотеть спать, он спрыгивает с кровати, чтобы присоединиться к Рико на полу. — Я трицераптор! Я буду вас бодать, — он тыкается головой в Эндрю, на что тот тоже падает на пол. Оказалось, что Шон прекрасно разговаривает. Но так как они все не слишком многословны, он не видел в вербальной коммуникации особого смысла. Как только логопед предложил им больше времени говорить вслух при Шоне, тот начал болтать постоянно. — А сегодня знаете, что еще было в садике? Знаете? Я нарисовал рисунок, и учитель сказал, что он такой красивый, я решил его подарить и подарил тому мальчику из класса. У него есть рюкзак с человеком-пауком, я тоже хочу такой рюкзак. И комету, я хочу комету, мы можем купить комету? Нил гладит его по животу, успокаивая: — Кометы бывают только в космосе, их нельзя купить. — Мы можем сходить в планетарий и посмотреть на кометы, — добавляет Рико. — Или можем сделать звездное небо, — Эндрю показывает на потолок, беря Шона на руки. Он устраивает его на кровати, Нил ложится рядом, а оба альфы садятся у него в ногах. — Хочу звездное небо! — Шону нравится его комната, созданная по его рисункам: тут и пони, и динозавры, и супергерои. Полный хаос. Рико бы никогда не позволили такой пестроты и “нестильности”, ради Эндрю никто бы не стал делать ремонт, а у Нила, собственно, никогда и не было своей комнаты. — Можем устроить, — Рико подмигивает. — А теперь нужно закрыть глазки. Они втроем напевают колыбельную, пока Шон гладит Нила по животу. — А если я ему не понравлюсь? — Конечно, понравишься. Ты же его братик, он всегда будет тебя любить. Шон кивает. Он переживает из-за появления нового члена семьи, но он видел детей в садике — у почти всех два родителя, иногда даже один. Так что кто-то из его пап точно достанется только ему.

***

Следующие недели наполнены непривычной суетой. Рико финалит итоги года, чтобы сразу после рождества спокойно уйти в отпуск, Эндрю заказывает декорации и находит портного, который сделает для Шона идеальный костюмчик с кисами. Нил может позволить себе вальяжно лежать в специально купленном кресле и вязать. О, это прекрасное хобби. Он уже связал несколько пинеток и отвратительно-красные свитера в подарок для гостей. Эта беременность проходит намного легче, он более расслаблен, за ним, внезапно, не охотится мафия. Даже парочки на курсах для родителей его не напрягают. Он не успевает и глазом моргнуть, как Эндрю подпинывает Рико и за три дня они перекрашивают потолок в комнате Шона и наносят на него звездное небо. Это так мило, что он не может сдержать слез, но стоит ему первый раз шмыгнуть носом, как тут же появляется Рико со своим планшетом: — Лисенок, боже, бусиночка, не плачь. Хочешь влажного асфальта? Можем подогреть. Нил издает тихий смешок. С прошлых запасов ничего не осталось, поэтому Рико, под монотонное бурчание Эндрю, обновил все по списку. Теперь у них не гараж, а бункер на случай внезапных появлений желаний у Нила. Но он ничего не хочет — хочет на ручки, что достаточно сложно устроить в его положении. Эндрю кидает ему в руки гирлянды, чтобы тот помог их распутать. Да, теперь у него есть гирлянды, и надувной Санта, и елка — все, как положено. Дом преображается за несколько дней. Внешнее оформление они доверили нанятым рабочим, а вот внутри Эндрю делает все сам, под легкое подтрунивание Рико. — В прошлом году ты вешал это с третьей ступеньки. А в этом четвертая. Хмм. Тебе нужно как-то собраться и не врасти в землю, пока Шон хотя бы не поступит в колледж. Эндрю кидает в него пластиковым оленем, на что получает в ответ декоративной подушкой. Он хочет спуститься сам, чтобы показать, кто здесь главный альфа, но Рико обхватывает его за ноги и перетаскивает на диван, на котором они еще пару минут мутузят друг друга. — Паааап, почему они такие? — вздыхает Шон, присаживаясь к Нилу на кресло. — Потому что они влюблены, — хихикает Нил. — А вы всегда знали, что будете вместе? Это сложный вопрос. Они достаточно обтекаемо рассказывали сыну историю своего знакомства, но в дальнейшем Нил планировал сделать это более подробно. Всегда ли они знали? Нет. — Не совсем. У людей есть своя истинная пара — и обычно она бывает только одна. Но нам очень повезло, и мы нашли друг друга — всех троих. Поэтому у тебя три папы. Шон серьезно кивает. — Нам рассказывали про это в садике. Я сказал, что у меня три папы, Томас мне не поверил, я хотел его ударить, но Па бы расстроился. Поэтому я выбросил его пенал. Нил стонет. — Нет, никто не видел, Папа сказал, что раз никто не видел, то этого не было. Нил стонет громче, в ответ на это альфы замирают. Они еще не уловили суть разговора, но Рико по привычке скатывается на пол, готовый в любой момент отползти на кухню. — Шон, что еще тебе сказал Папа? — Нил усиленно хмурит брови.

***

Кевин и Аарон приезжают первыми. Эндрю порывался встретить их в аэропорту, но они наотрез отказались — передавали метель, и они не знали, во сколько точно приземлятся. Эндрю написал Аарону еще тогда, пару лет назад, как только Стюарт уехал. “Как кот” “Его зовут Кинг Флаффкинс, спасибо, он в порядке” “Это отвратительно” “Ты отвратительный, это буквально твоя фамилия” “…..” Они живут в Швейцарии, в небольшом студенческом городе, где Аарон учится в ординатуре. Кевин работает на скучной офисной работе, приходит домой в 7 вечера, чтобы всеми силами отвлекать Аарона от учебы. Никто из них не пьет, и дома принципиально нет никакого алкоголя. До этого 4 года они праздновали Рождество с Ники и Джастином, летая к друг другу по очереди, и проводили часы по видеосвязи. У Ники родились двойняшки. Это очаровательные малыши, которым недавно исполнилось два года, и теперь Эндрю, хоть он и не готов в этом признаться, очень хочет их увидеть. Поэтому в день, когда они все должны собраться в их доме, с раннего утра методично вытирает идеально чистые полки, проверяет посуду и список продуктов, чтобы попозже приготовить ужин. Он получает смс, что они приземлились в моменте, когда вся еда уже готова, а Рико, придерживая Нила за руки, помогает ему спуститься. — Эй, я еще могу ходить самостоятельно, — пыхтит Нил. — Это ненадолго, — резонно отвечает Рико, усаживая его в неизменное кресло. К дому подъезжает машина, на удивление, это минивэн, из которого суетливо выпрыгивают Аарон и Кевин, чтобы помочь выбраться остальным, чьи руки заняты детьми. Эндрю на автопилоте выходит из дома в одних тапочках, чтобы впервые в жизни позволить Аарону себя обнять. — Ты не изменился. — Я все еще самый красивый из нас, — Эндрю на секунду задерживает руки на плечах Аарона. — Но точно не самый миленький из всех нас, — это подскакивает Ники, держа на руках одного из двойняшек. — Это Мэй, а это Джэй. Он машет ручкой, но малыш лишь растерянно смотрит. Второго заносит Джастин, даже не пытаясь никого обнять. С их приездом в доме наступает полный хаос. Ники восторженно порхает по гостиной, рассматривает фотографии, хвалит гирлянды, несколько раз подскакивает к Нилу, чтобы потрогать с его разрешения живот, охает и ахает, пытается помочь накрыть на стол, но после пристального взгляда Рико с тарелками в руках, наконец усаживается рядом с Нилом. — Ох, я помню свою беременность, меня полоскало почти три недели, а потом я ел ведрами клубничное мороженое и закусывал это сельдью, и… — он не успевает договорить, когда Джастин изо всех сил издает кашляющие звуки, а Нил реально чувствует, что его начинает тошнить, хотя токсикоза у него никогда не было. Аарон тихо разговаривает с Эндрю, помогая ему расставлять еду, пока Кевин сидит на максимальном расстоянии от Рико и судорожно ищет глазами алкоголь. — Ты завязал, — нараспев напоминает Аарон на французском, на что Нил вклинивается в разговор: — Он стал очень милым и очень сожалеет обо всем. — Я не стал милым, но я сожалею, — добавляет Рико на английском. Кевин сжимает зубы. — Шооон, почему бы тебе не показать дяде Кевину и малышам свою комнату? — Нил приходит на помощь, завороженно рассматривая двойняшек, которые уселились на полу, посасывая ленедцы. — Это отличная идея, — Рико подскакивает, чтобы взять Мэя на руки. — Я с вами! Нил лишь тихонечко вздыхает. Рико надеется, что в присутствии трех детей и Джастина, им с Кевином удастся привыкнуть к состоянию “никогда ничего не было”. Но все проходит более-менее удачно. За столом Ники не перестает рассказывать об их новом доме с большим садом, в котором у малышей есть горка (Шон тоже теперь хочет горку), о его новом хобби — он открыл для себя скалолазание и теперь каждую свободную минуту проводит в зале. — Ну знаешь, на случай, если тебя захотят сбросить с крыши, ты точно найдешь за что зацепиться, — он нервно хихикает, но его успокаивает Джастин, который весь ужин пытается сгладить чрезмерность своего мужа. Но никто особо не против: Нил так отвык от Ники, что может только ошалело кивать, не успевая вставить и слова. Эндрю просто тихонько радуется, что вся его семья в порядке. Рико в целом доволен, что его “прием” удался. Шон красуется в нежно-голубом костюме с черными кисами и намеревается ходить в нем каждый день. Малыши быстро устают, и все решают открыть подарки сейчас. Мэй и Джэй очень ценят яркие упаковочные пакеты, они заворачиваются в них, под улюлюканье Ники: — А ктоо это такие красивые подарочки? Они получают по набору конструктора, новые пижамки, умный столик и несколько книжек. Шон восторженно рассматривает подарки и также восторженно следит за своими кузенами, которые явно пугают его своей маленькостью. — Почему они такие? — он подбегает к Эндрю, чтобы прошептать ему прямо на ухо. Эндрю, вопреки политике открытости в семье, также на ушко отвечает: — Потому они младше тебя на три года. Когда они вырастут, то вы будете одного роста. Шон ошарашенно смотрит на него, словно пытаясь понять, как эти кабачки с ручками станут похожими на него. — Шон, ты хочешь увидеть свой подарок? — Рико отходит на кухню, чтобы все приготовить. Эндрю за руку подводит сына к Нилу. — Тут я должен сказать, что это большая ответственность, но ты умный мальчик, и ты точно справишься. Помни, что мы всегда тебе поможем, — Нил показывает пальцем на Эндрю, — особенно Па, потому что это была его идея. Эндрю фыркает и закрывает Шону глаза руками, пока Рико аккуратно вносит большую коробку в комнату. Все замирают, но когда внутри начинает что-то скрестить, Шон с криком бросается к ней. — О, о, о, это же котик, мой котик, моя киса, да? Его глаза сияют, когда он осторожно берет на руки маленького черного демона, который в будущем будет стоить им примерно всей мебели в доме. Но никто еще об этом не знает. Шон позволяет каждому легонько погладить котика, прежде чем объявить, что он придумал имя: — Сир Фэт Кэт МакКатерсон! На что никто даже не закатывает глаза, а лишь одобрительно кивают. Взрослые спокойно обмениваются скучными, по мнению детей, коробками, зато разрешают им закопаться в оберточной бумаге. Когда очередь доходит до Нила, он с нескрываемым злорадством дарит всем собственноручно связанные свитера и просит надеть их для семейного портрета. — Но на тебе нет свитера, — Кевин закатывает глаза. — Пряжа слишком дорогая, чтобы обвязать еще и мой живот. В знак солидарности к закатыванию глаз присоединяется Аарон, обещая, что пришлет Нилу на следующий год такой же. Теперь это новое любимое фото для каждого из них: смеющийся Нил прямо в своем кресле со слишком официальным Рико позади него. Пищащий котенок на руках у Шона, сияющий Шон на руках у привычно серьезного Эндрю. По одному малышу у умудряющихся в нужный момент поцеловаться Ники и Джастина. Скромно улыбающийся Кевин, нежно обнимающий вставшего на цыпочки Аарона.