нравится.

за пределами каюты, которая за короткое время успела стать родной и привычной, было слишком тихо. казуха положил руку на ручку, ведущую обратно в комнату, чтобы если что резко открыть и зайти внутрь, дабы не попасть кому-то на встречу. юноша прислушался, надеясь, что сейчас он находится один, и все уже давным-давно спят. в принципе он был почти на сто процентов в этом уверен, ведь часы на стене показывали три минуты пятого утра, а это значит, что все нормальные люди прямо сейчас видят сны. но все равно некая неуверенность таилась в груди парня, поэтому он был крайне осторожен. не то, чтобы ему было запрещено выходить ночью из каюты, просто не хотелось с кем-то сейчас пересекаться и вообще кого-то видеть, кроме одного исключения. блондин, решившись, отдёрнул руку от ручки каюты и тихо прошёл вперёд, осматриваясь. было так же тихо, как и несколько минут назад, значит пока все шло хорошо. казуха повернул к лестнице, которая вела к нижним каютам, но движение где-то с боку заставило его резко замереть и не шевелиться, затаив дыхание. внутри бешено заколотилось сердце, когда на его плечо легла чья-то рука, чуть сжимая. юноша отпрыгнул, смахивая рукой чужую и хватаясь второй за сердце. - ты чего? - бэй доу уставилась на парня, сощурив сонные глаза. девушка наклонилась вперёд, рассматривая напуганного паренька и почему-то усмехнулась. ее волосы были немного растрёпаны, а в руках виднелась небольшая бутылка вина. - блять, блять, блять, - растерянно шепчет каэдэхара, - зачем ты так меня пугаешь? - да я не хотела, - девушка икает, - просто ты тут так мило крался куда-то. куда, кстати? - ну… - юноша почесал затылок, отводя взгляд куда-то в сторону. он видимо не до конца осознавал, что солнце еще не начало всходить, не смотря на время, а это значит, что девушка почти его не видит, а если учесть ее состояние так вообще. - к скарамуччке, что ли? - пьяный голос темноволосой вдруг окрасился в игривый, когда она начала хоть что-то понимать. - все, я пошёл, - казуха не очень хотел продолжать этот разговор, поэтому мягко попытался съехать с темы, но мягко у него не получилось. - будьте тише только, - последние слова, которые успевает услышать парень. блондин вздыхает с облегчением и теперь скорее идёт к заветной каюте. он недолго мнётся у двери и стучит, надеясь в глубине души, что ему все-таки откроют. проходит не больше двух минут, когда дверь со скрипом открывается, нарушая тишину длинного коридора. из-за двери показывается чья-то макушка, а казуха опускает голову вниз, чтобы разглядеть хозяина каюты. - казу? ты что здесь забыл в четыре утра? - скарамучча трёт глаза, и почему-то каэдэхара сравнивает его с маленьким ребёнком, которого разбудили в детском саду после сон-часа. правда шестому предвестнику фатуи не обязательно знать об этом, все-таки жизнь дороже. - можем вместе полежать? - сразу выдаёт светловолосый, после чего неловко улыбается. скарамучча не отвечает, только отходит от двери и идёт обратно в кровать. казуха закрывает дверь на замок, а потом снимая верхнюю одежду, идёт к синеволосому. он аккуратно ложится на кровать и поворачивается к скарамушу, который в свою очередь повернут в другую сторону. - ты не хочешь ко мне повернуться? - я сплю, - сонно отвечает юноша, обнимая себя руками. каэдэхара усмехается, после чего кладёт руку на плоский живот скарамуччи, немного поглаживая. тонкая ткань пижамы совсем скоро задирается, и блондин уже может дотронуться до голой кожи. казуха проводит пальцами по нежному животику парня, щекоча. скарамуш не боится щекотки, и светловолосый прекрасно это знает, а так же знает, насколько сильно парень любит прикосновения к своему животу. юноша продолжает гладить, а после кладёт руку на худую ногу синеволосого, начиная делать тоже самое. - ты спишь? - тихо спрашивает парень у предвестника, но ответа так и не получает. усмехнувшись, блондин поднимается на кровати и, перекинув одну ногу через лежащего скарамуччу, переворачивает его на спину. он снова возвращается к животу, но теперь сам задирает пижаму выше. юноша прислушивается к чуть сбившемуся дыханию парня, понимая, что тот продолжает спать. предвестник был сейчас слишком соблазнительным и беззащитным, поэтому казуха не может удержаться от того, чтобы не дотронуться до своего парня. светловолосый оглаживает бока руками осторожно и почти не касаясь. каэдэхара припадает губами к животику, целуя несколько раз в разные места. он ведёт носом по коже, вдыхая запах скарамуччи и не может удержаться от того, чтобы не лизнуть эту заманчивую часть тела. парень чуть ли не мурлычет, когда слышит тихий, еле уловимый стон, сорвавшийся с губ синеволосого. каэдэхара спускается поцелуями чуть ниже, останавливаясь на немного сползших шортах скарамуччи. юноша аккуратно целует кожу возле каемки, пока не начинает стягивать ткань ниже, продолжая целовать. скарамучча все ещё спал, ну или старательно делал вид, что спал, ведь юноша всегда был чутким во сне и просыпался очень часто, и казуха до сих пор удивлялся почему у того ещё закрыты глаза, и он до сих пор не ругает блондина за то, что сейчас происходит. казуха снимает с юноши нижнюю часть пижамы, откидывая куда-то на пол. первые солнечные лучи уже показались в иллюминатор, поэтому сейчас каэдэхара немного, но смог рассмотреть беззащитного скарамуччу перед ним. такой вид будоражил и возбуждал, да так, что в штанах становилось тесно и не приятно. юноша удобно уместился между ног синеволосого и взял в руку полу вставший член, делая несколько движений вверх-вниз. казуха поднимает глаза, осматривая лицо скарамуччи, который уже начал тяжело дышать, и снова заулыбался, начиная облизывать половой орган синеволосого. он проводит языком по всей длине и останавливается на головке, уделяя ей особое внимание. проводит по ней кончиком языка, слизывая естественную смазку. скарамучча выгибается, когда казуха начинает ласкать уретру, а потом и вовсе заглатывает член больше, чем половину. предвестник резко открывает глаза, устремляя взгляд в потолок. - что ты делаешь? - тяжело дыша, спрашивает юноша, пытаясь сфокусировать свой взгляд. теперь он смотрит на казуху, который усердно сосет член и удивляется всему происходящему. - наконец-то ты проснулся, - каэдэхара с громким хлюпом отстраняется, но только чтобы ответить на вопрос, - я делаю тебе приятно, не нравится? скарамуш хмурится, но мотает головой, продолжая смотреть на то, как блондин снова берет орган в рот. синеволосый тихо стонет, кусая себя за руку, ведь понимает, что если он этого не сделает, то совсем скоро к нему в каюту сбегутся обеспокоенные пассажиры судна. это было бы сейчас ой как не кстати. - казуха, - шепчет юноша, когда понимает, что не может больше сдерживаться, - я сейчас кончу. каэдэхара резко выпускает член из рта и смотрит на скарамуччу, пока тот чуть ли не хнычет. - эй блять, ты зачем так сделал? - недовольно ворчит парень, понимая, что оргазма он так и не достиг. хмурит аккуратные бровки, чувствуя не очень приятное жжение во всем теле. - если ты кончишь сейчас, то будет не интересно, - ухмыляется блондин, расстёгивая свои брюки. синеволосый молча смотрит на парня, покусывая большой палец. светловолосый быстро разбирается с одеждой и уже совсем скоро возвращается к своему парню, а ещё не забывает захватить смазку, так удачно стоявшую на тумбе. видимо скарамуш не стал ее убирать с прошлого раза, чтобы потом не рыться по шкафчикам, стоящим у кровати. - я хочу быть сверху, - тихо говорит скарамучча, на что казуха только кивает. он ложится на спину, в то время, как синеволосый перекидывает ногу через каэдэхару, садясь сверху. блондин проводит руками по шее парня и притягивает к себе, целуя в губы. он несколько раз чмокает его, а потом ловкими движениями открывает тюбик смазки, выдавливая холодную субстанцию себе на пальцы. казуха не спешит растягивать синеволосого, сначала он мучительно долго, как казалось предвестнику, выцеловывает его тонкую шею и ставит мелкие, но частые засосы. скарамучча вдруг вздрагивает, когда большая ладонь казухи раздвигает его ягодицы, поглаживая мягкую часть тела, а его пальцы проводят по чувствительному месту. казуха вводит сразу два пальца, зная, что скарамуш все ещё хорошо растянут с прошлого раза. - не больно? - все же спрашивает блондин, на что получает отрицательный ответ. он смелее начинает растягивать юношу, прижимаясь губами к его шее снова, то кусая, то облизывая место укуса. - ты такой податливый, скар, - казуха старается тише говорить и даже дышать, чтобы слышать то, как синеволосый сдерживает стоны, зажимая рот рукой. каэдэхара не может отрицать того, что в животе каждый раз порхают бабочки, когда скарамуш не может сдержаться и начинает стонать прямо на ухо парню. - я так не хочу, чтобы ты сдерживался, - честно выдаёт казуха, вытаскивая из парня пальцы. скарамучча хнычет, чувствия пустоту от которой уже успел отвыкнуть, но вдруг вскрикивает, когда каэдэхара входит на всю длину. - прости, тебе не больно? - блондин обеспокоено смотрит на любовника, сжимая того в объятьях, но скарамуш отрицательно мотает головой и пытается выбраться из кольца крепко-держащих рук. казуха не сопротивляется, поэтому легко выпускает парня из объятий, понимая, что тот сам хочет руководить процессом. скарамучча чуть откидывает спину назад и начинает двигаться, насаживаясь на член каэдэхары. синеволосый мычит, все ещё стараясь сдерживаться, но сейчас у него получается намного хуже, чем раньше. все попытки разом рушатся, когда казуха, хватая за бёдра, насаживает скарамуччу на член, задевая чувствительную точку внутри. синеволосый откровенно стонет, а у блондина даже мысли нет, чтобы сказать о чем-то, чтобы заткнуть его. ведь стоны скарамуша - это лучшая музыка, которую светловолосый слышал в своей жизни. предвестник начинает стонать еще громче, когда понимает, что вот-вот кончит и тянется рукой к члену, но не успевает, потому что казуха оказывается быстрее. блондин проводит рукой вверх-вниз, пока не чувствует на своей руке горячую вязкую субстанцию. каэдэхара хочет выйти из скарамуччи, но тот не даёт ему этого сделать, снова насаживаясь на всю длину. - ты же еще не кончил? - тихо шепчет синеволосый, зная, что у его парня до сих пор член колом стоит. - тебе будет не приятно, если я продолжу, давай я просто подрочу? скарамуш ничего не отвечает, только продолжает насаживаться на член глубже и глубже, до тех пор, пока казуха с тихим стоном не кончает. синеволосый ложится рядом с каэдэхарой, оба пытаются восстановить дыхание и просто молчат, потому что слова сейчас не нужны. в воздухе витают всего три слова, запах секса и чего-то сладкого, и им обоим это нравится.