Мы связаны

"- Окей, и что дальше?" "- А ты не понимаешь?" - Шуичи сгибается над ним, трясясь как собака. Выглядит отвратно, если честно. Особенно от красного и серого как позолота, левого глаза, от сочетания со вторым золотистым, которое бросает в отвращение и тошноту. Но Ома всё равно это терпит и даже любит в спокойном состоянии парня. "- Так ты не понимаешь, Кокичи? Не знаешь зачем я это сделал?" Такой тон пугает и возбуждает. "- Н.." - "быстро, но тяжело глотает" - "Наверное, потому что так надо" Шуичи скалится, искренне веря что его улыбка выглядит доброй, а Кичинка, как называл его парень, просто радует, что смог сдержать заикание и не вывел партнёра. Маньяка и педофила. Не вывел маньяка и педофила. Кокичи медленно успокаивается от этой мысли, а Шуичи нежно и ласково гладит клетчатый шарф, как удавка повязанный между их шеями. Пальцы медленно переходят с ткани на шею и два из них прикладываются к сонной артерии. Какое-то время Сайхара слушает пульс, ловя на нём кинк, а затем переходит на лицо, под сладостный вздох облегчения. Вздох игнорируют и садист просто смотрит в глаза, спустя время выдавая: "- Мы связаны" В душе низкорослого взрыв эмоции. Он радуется, что это так и что Сайхара говорит такие вещи, но это смешивается в одну кашу со страхом, что он сделает что-то не так и Сайхара вновь закружит его на руках и снова повалит на кровать, даря ноты страсти, лаская волосы своими цепкими пальцами, кладя подушечки на принуждённо завитые концы шевелюры, которые порой противны их носителю, с которого незаметно исчезает одежда и который остаётся лишь в тигровом, нижнем белье, которое совсем не в его вкусе и сдавливают то что не надо, и под которое уже лезет чужая рука, играясь с завитками волос, и наконец опуская резинку обратно, вызывая разочарования, которое хочется выразить хоть одним словом или хоть звуком, но сделать это совсем невозможно, поскольку его затыкает родной рот любимого человека и его шаловливый язык. А уже через одну секунду этот дорогой человек суёт его в шкаф и наступает тьма, душащая его похожей на трусы тряпкой и режуще-острыми верёвками на заломанных за спиной руках. Это также как в первый день их знакомства. Только тогда выполнив это, Шуичи достал его через вечные полчаса и обояв своим видом и фразой "Скучал", стал нежным и мягким, грубо вытряхнув его на опилки под шкафом и сказав: "- Ты готов жить со мной таким образом и принять меня в таком виде?" и тут же получил испуганно(от ситуации) - любовное(от эффекта и нездоровой любовной привязанности) "Да". Но как бы сильно Кокичи не хотел повторения всего этого, сейчас он понимал, что больше всего на свете хочет быть с этим не совсем здоровым парнем, который был его в два раза старше и уже имел несколько приводов в полицию. И потому он с надеждой шепчет свою безумную просьбу: "- Пожалуйста, повтори свою фразу" "- Мы связаны, Кокичи Ома. Мы связаны этим шарфом и своею душой"