Всякая история имеет продолжение

      Тебя нет уже ровно месяц. Весь Ильсан заклеен объявлениями о твоём розыске. О твоей пропаже сообщалось даже по республиканскому каналу. За любую информацию о месте твоего нахождения обещана награда в 10 млн. вон. Но ни одной новости пока не поступало…       Этот месяц длился для меня как полноценный год. Юнги называет меня кретином и говорит, что я 28 лет прожил без тебя и ещё немного смогу потерпеть, пока он тебя ищет через своих знакомых. Но я и впрямь кретин потому, что не выдерживаю всего этого. Каждый день заканчивается тем, что Юнги смотрит на твою фотографию и выдыхает, заверяя меня, что ты жив. Каждый грёбанный день заканчивается тем, что никто не может сказать нам, где ты и что с тобой.       Я перевёлся на дистанционную работу, видимо окончательно поселившись в квартире Юнги. Он к слову и не против, ведь его всё равно дома не бывает. Мои братья Сокджин и Намджун проделали такую же работу с объявлениями в Пусане, а Хосок в Сеуле. Тэмин и Мина ездили с той же миссией в Тэгу и Инчхон. Почти во всей стране тебя ищут волонтёры, полицейские и даже военных подключили, потому что твой отец смог доказать факт твоего похищения. Камера, что была установлена возле аэропорта, засекла момент где тебя без сознания вносят в здание аэропорта, после каким-то чудом все камеры внутри отключаются. Но лица твоего похитителя видно не было. Не было известно и на каком самолете, и в самолёте ли, тебя увезли. Известно лишь, что в тот день из аэропорта Ильсан, не было совершенно ни одного вылета за пределы Кореи, а значит надежда, что ты где-то поблизости всё ещё есть. И мы найдём тебя!

***

      Тебя нет уже пол года.       Ты снился мне вчера. Это был первый относительно спокойный сон, который приснился мне за последнее время. Я даже пытался спросить тебя о том, где ты сейчас, на что ты кивал головой из стороны в сторону не произнося ни слова. Ты либо не знаешь где ты, либо не хочешь, что бы это знал я..       Ты мне так нужен..       Я не успел насладится временем с тобой.. Ничего не успел! Зато тебя успели забрать у меня!       Юнги всё ещё утверждает, что ты жив и только это заставляет моё сердце биться. Других причин жить больше нет. Только мысль о том, что тебя ещё можно найти и спасти, позволяет просыпаться и день за днём искать тебя. Я работаю как робот, выполняя все поручения бездумно, и мне пока везёт, ведь я ещё ни разу не допустил ошибку.       Полиция больше тебя не ищет, хотя дело так и осталось открытым. Поиски свернулись. Ни военные, ни волонтёры нам больше не помогают. Остались только мои братья, твои родители, Хосок и Юнги. Но и они бессильны.       Монаха которого, как оказалось и искал Юнги, потому, что тот однажды в разговоре с Хосоком сказал ему о нас с тобой, нашли мёртвым за храмом в котором он служил. Удивительно, что нашли его только спустя пять месяцев после его смерти. Он был убит, по словам Юнги, очень жестоко. Голова лежала на его коленях, а на черепе, словно было выжжено слово «лжец». Кому интересно он так насолил? И кто теперь ответит на наши вопросы?       У твоей мамы недавно случился нервный срыв, потому, что твоих родителей вызвали в морг, для опознания трупа, что предположительно был твоим. Я никогда ещё не чувствовал себя так опустошенно, как в тот день. Я всем сердцем пытался поверить словам Юнги, но услышав крики твоей мамы, доносящиеся из-за закрытых дверей морозильника в морге, вера в его слова отошла на задний план. Я словно и сам умер в тот день, за той серой дверью, что отделяла меня от "тебя" и от твоих родителей. Я не чувствовал абсолютно ничего. Моя жизнь разбилась подобно стеклу в которое попал камень. Сердце, словно превратившись в песок, рассыпалось, оставив пустое место в грудине. Я перестал существовать. Даже когда Тэмин вышел и сказал, что это не ты, мне было трудно собрать себя заново. Но я смог.       Каждый день теряя силы, но не надежду, я ищу тебя.. Мы тебя ищем.

***

      Тебя нет уже год.       Я ненавижу себя за то, что не могу тебя найти!       Ненавижу эту несправедливость! Дело с твоим исчезновением прекратили вчера. Сказали, что через пару лет тебя признают безвестно отсутствующим, а могут и умершим. Но ты ведь жив!?       Мне просто необходимо знать, что с тобой! Я не могу жить в этой неизвестности. Она убивает.. Ослабляет мою веру..       Ты мне больше не снишься, но мерещишься. Вчера я видел тебя в кафе. Ты наблюдал за распускающимися цветами и улыбался. Но после заметил меня и растворился в воздухе. Тебя унёс ветер, оставив мне лишь твой аромат, что едва коснувшись моего носа, упорхнул вслед за тобой. Юнги снова назвал меня психом, а Намджун посоветовал отдохнуть и предложил приехать в Пусан на пару недель, но я отказался. А вдруг ты появишься? Или может тебя найдут здесь, в Ильсане. Быть может ты сейчас прямо под носом, и я потеряю за зря время, и с тобой что-нибудь случится. Нет, я однозначно не могу покинуть этот город, тем более ради отдыха. О каком вообще отдыхе может идти речь, если ты можешь быть в опасности!? Как я могу отдыхать, зная что тебе может быть плохо? А вдруг ты болен? Температура. Кашель. А если ты ранен?! Что с тобой, мой милый мальчик? Где ты, свет моей жизни? Жив ли ты?...       На днях я забежал к твоим родителям. Твоей маме снова было плохо. Она лежала в твоей комнате и смотрела на твою фотографию, прижимая к груди какую-то вещь, больше напоминающую пелёнку. К слову, раньше подобное повторялось гораздо чаще чем сейчас. Джун объяснил мне, что мы привыкаем к твоему отсутствию, поэтому горюем меньше и с каждым днём пытаемся стать сильнее, что бы когда придёт момент и тебя объявят умершим, мы могли бы принять это как факт. Но мне кажется, что он ошибается. Это нельзя принять! Ни сейчас, ни через год; пять лет; десять.. К тому, что тебя нет привыкнуть нельзя! Ибо, как можно свыкнуться с тем, во что не веришь?       Я не верю в то, что ты не вернёшься, потому, что на все сто процентов уверен в обратном. Скоро ты вновь озаришь наши жизни своим присутствием, своей улыбкой. Я в этом уверен.

***

      -В судебном заседании городского суда по гражданским делам города Ильсан, заслушивается дело № 177-04/21, о признании несовершеннолетнего лица безвестно отсутствующим, а равно умершим. Ким Тэхён. 30 декабря 2006 года рождения. Родители Ким Тэмин и Ким Мина. Проживающие по адресу: город Ильсан, Крайний городской проспект, дом 17. –зачитывает пожилой мужчина судья. Вроде он всего лишь читает определение, но звучит это для всех нас как приговор. Смертный. –Дело рассматривается в присутствии председательствующего судьи Чхве Минсона, секретаря судебного заседания Вон Лисон, истцов - Ким Тэмина и Ким Мины, а также свидетелей со стороны истцов - Чон Чонгука и Мин Юнги. В зале судебного заседания также присутствуют изъявившие желание поприсутствовать на судебном процессе Ким Намджун и Ким Сокджин, состоящие в родстве со свидетелем со стороны истцов, Чон Чонгуком. Всё верно? –спрашивает он, подняв голову, что была склонена над делом, на нас, обводя всех пронизывающим взглядом. –Отводы к составу суда имеются?       -Нет, ваша честь. –отвечает Тэмин, стараясь держать себя в руках, не позволяя слабине, что уже давно руководит всеми нами, завладеть и им.       -Ответчиком в данном разбирательстве является государство. –продолжает читать он. –Ким Тэхён. 30.12.2006 года рождения, был похищен неизвестным лицом, 28 апреля 2019 года. Пределы Кореи не покидал. В течении срока досудебного расследования найден не был. Поиски организованные полицейскими и военными, результатов не дали. По прошествии двух с половиной лет с момента исчезновения от лица родителей пропавшего несовершеннолетнего Ким Тэхёна, поступил иск в суд, с целью признания его безвестно отсутствующим, а равно умершим. –он снова поднимает свой взгляд на нас, а мы только и можем, что кивать как болванчики. –Что ж. –он потёр переносицу и резко поднялся со своего судейского кресла.       -Всем встать. –заверещала молоденькая девушка секретарь, ведущая запись заседания на аудио- и видео- носители, а именно на новенькую цифровую камеру и старенький, видно повидавший многое, диктофон.       -По существу рассмотренного дела № 177-04/21, о признании несовершеннолетнего лица безвестно отсутствующим, а равно умершим, городской суд по гражданским делам города Ильсан, решил, -сердце пропустило удар, замерев, предчувствуя скорую остановку. –признать Ким Тэхёна, 30.12.2006 года рождения, безвестно отсутствующим, а равно умершим. Истцы могут обжаловать решение суда в срок до одного месяца с момента вручения им копии судебного решения. Объявляю дело закрытым. –стук молоточка и последний удар моего сердца.       Тебя нет…       Тридцать месяцев. Буквально девятьсот десять дней, двенадцать часов и пять минут. Я считал. Зачёркивал дни в календарях.       Тебя нет…       Сегодня 21 октября, в 12 часов дня, тебя официально не стало. Твои родители подписывают какие то документы у секретаря, проливая слёзы.       Все плачут, даже Юнги, потому что вчера он вновь взял твою фотографию в руки и отшвырнул от себя подальше, громко крича, что не верит. Плачет и Хосок, который не смотря на свой дар, так ни разу за всё это время тебя не увидел.       Все плачут, кроме меня.       Слёз нет. Чувств нет. Эмоций. Жизни. У меня больше ничего нет. Всё ушло вместе с ударом судейского молоточка. Вместе с тобой..       Я внезапно перестал видеть свет. Его больше нет, хотя утром так ярко светило солнце, что слепило глаза. Я и цветов больше не вижу. Всё вокруг меня, словно окунули в чёрно-белые краски, сделав мир мой ещё серее чем он является. А ведь он итак непроницаемо серый, как тучи, сгустившиеся прямо сейчас над зданием, в котором свершается правосудие.       Пропали звуки. Я не слышу абсолютно ничего. Не слышу плачь твоей мамы, пусть и вижу как она бьётся в истерике. Не слышу как меня зовут братья, тормошащие за плечи, хоть и чётко читаю по их губам, как они неоднократно повторяют моё имя. Не чувствую даже, как они ко мне прикасаются, пусть и трясусь весь в их руках, явно по их вине.       Я не чувствую себя. Меня теперь тоже нет..       Я не уберёг тебя тогда. Не отдал тебе всю свою любовь, тепло, ласку, заботу. Я всего себя тебе так и отдал.. И сейчас я тебя тоже не уберёг..       Прав был тот покойный монах. Он сказал Хосоку однажды: «Как только одного из них не станет, –про нас с тобой говорил, –другого тоже не будет.» Меня прямо сейчас не стало..

      Меня нет…