Милаха

             На следующее утро не было никакого отвращения или отрицания случившегося. Даже по отношению к Ваки не чувствовалась ненависть или презрение. Вообще, когда после смерти ты узнаёшь, что твоя жизнь была не последней, а может и далеко не первой, то ориентация перестаёт иметь такое большое значение в жизни, по крайней мере, для меня. Не знаю, что чувствует Ушиджима, может он только ещё пытается понять свои чувства и поэтому так поступил, может он уже их принял или вовсе действовал на эмоциях. Одно я уверен, что не буду бегать от него со словами «Я натурал, а ни какой-то педик!». Я достаточно прожил на свете, чтобы осознавать, что важны чувства, а не то, что у партнёра в штанах. Если я пойму, что, да, Вакатоши мне нравится, то прямо так ему и скажу. Если он этого не примет, безусловно, будет больно и обидно, но замыкаться в себе не стану. Просто пойду дальше своей дорогой, попутно осматриваясь по сторонам, чтобы не проворонить следующую любовь.       То, что произошло вчера… Мне было приятно, мне понравилась его нежность и чувства которые он вызвал, да и человек он приятный. Решил, что теперь начну смотреть на него не только как на друга, но и как на возможного парня. Раньше я этого не делал просто потому что о таком даже не думал, сейчас же мои глаза открыты на все сто процентов.

***

      Приняв утренний душ и одевшись в домашнюю одежду, я спустился на кухню, обычно к тому времени как я встаю, а делаю я это раньше отца и сестры, мама уже на кухне приготовила завтрак на нас двоих. Мы с ней как обычно делимся планами на день, это уже своеобразная традиция. Разговариваем на разные темы, рассказываем о событиях прошлого дня, в общем, ничего особенного. — А с кем ты вчера возвращался домой? Я его раньше не видела. — Она закончила есть раньше меня, поэтому снова начала что-то готовить, я же дожевывал то, что уже положил в рот, собираясь ответить. — Ушиджима Вакатоши, мой друг и семпай из школы. — Прервался на мгновение, чтобы сделать глоток сока и продолжил — Мы случайно встретились, я искал кафешку, отдохнуть, а у его клуба недалеко был командный матч, так мы и наткнулись друг на друга, причём буквально. Я налетел на него из-за поворота. — Никто не пострадал? — Спрашивает с лёгкой смешинкой в голосе. Очень по дорамному получилось. — Неа, я чуть не упал, но Вакатоши вовремя придержал меня. — Доедаю последний кусок омлета и встаю из-за стола. — Ну и хорошо. — Ка-сан отодвигается на шаг в сторону, чтобы я мог поставить тарелки в раковину. — Спасибо, за еду, было очень вкусно. — Благодарю, выходя с кухни. Уже в своей комнате сажусь делать домашку на завтра, плюс ещё задания по французскому надо закончить. День обещает быть сидяче-зубрёжным.

***

      С того дня после поездки в Токио, Ушиджима при каждой нашей встрече то случайно касается моей руки, то треплет по голове. Вот и сейчас идя домой, он как будто случайно дотронулся по касательной своим мизинцем до моего. Мне даже подумалось, что Вака хотел переплести их, но видимо посчитал, что это уже будет слишком. Лично меня это умиляло, казалось бы, почти двухметровый парень с серьёзным лицом без пяти минут студент, а так милашничает, это я тут кавайная няша, и это моя прерогатива.       Вообще, в первый же учебный день, когда мы с ним пересеклись, Вакатоши и начал так делать, благодаря чему я понял, что если он предложит встречаться, то соглашусь. С ним хорошо, почему бы не попробовать, да и сейчас получается идеальный момент, закат, пустынная улица, конец весны, деревья цветут. А может… проявить инициативу, слегка…       В это же мгновение Вакатоши остановился и причина проста, я взял его за руку и переплёл наши пальцы. Он, побурев меня взглядом, перевёл его на сцепленные руки, буквально через секунду я заметил его покрасневшие уши. Я же уже говорил, что это мило? — Ты ведь это хотел сделать всю дорогу? — И голову на бочок, аля сама невинность. — Да. — Сказав это, он на мгновение сжал руку чуть сильнее, как будто решаясь, что-то сделать. Посмотрел мне в глаза и сказал то, чего я и ждал. — Ты мне нравишься. — Я догадывался. — И что ты думаешь? — Он подошёл ко мне почти вплотную, всё также смотря в глаза, сам я тоже не собирался отводить взгляд. Некоторых это бы давно уже смутило, но мне было всё равно. И я не все. — Ты мне приятен, как человек, друг и парень. О любви говорить ещё рано, мы слишком мало друг друга знаем, но симпатия есть однозначно. — Мы могли бы попробовать встречаться? — Перед тем как сказать это он прикрыл глаза, как будто думая как сформулировать мысль. — Или ещё нет? Я плохо в этом разбираюсь. — Мы можем попробовать. — Словно в подтверждение своим словам киваю головой. Вака же сократив оставшееся расстояние между нами, обнял меня, положив свободную руку на затылок. Из-за разницы в росте я уткнулся ему чуть ниже ключиц, и чтобы поцеловать меня в макушку ему пришлось нагнуть голову. Видимо он очень любит так делать, я собственно не против, мне даже приятно.       Так мы простояли пару минут, по их истечению Ушиджима освободил наши руки, которые всё это время были соединены, а после уже ту, которой не обнимал меня, положил между спиной и поясницей. В ответ я поступил так же, не всё же мне каменным изваянием стоять, пока тут такая нежнятина происходит. — Я рад. Ты мне, правда, очень нравишься. Я сложно схожусь с людьми, поэтому никак не решался. Боялся. — Я заметил. — На моём лице улыбка до ушей, так что даже в голосе она слышится. — Но с командой же ты ладишь. Ведь ладишь же? — Отстранился, не разрывая объятий, и посмотрел в глаза моего, теперь уже, парня. — Да, но там другое, а тут ты. — В карих глазах видно неподдельную нежность по отношению ко мне, и это, давайте будем честными, очень подкупает. — Давай на выходных куда-нибудь сходим? — Мы отпустили друг друга, и пошли домой, но всего через минуту я почувствовал, как Вака соединил наши мизинцы. Приятно и тепло.       Так мы и прошли весь оставшийся путь до моего дома. Остановившись у самой калитки, он ещё раз меня обнял с такой аккуратностью, будто от одного лёгкого прикосновения я мог рассыпаться, и честно сказать, не понимаю как это произошло, но вот я в его объятиях, а вот уже слегка касаюсь своими губами его скулы в лёгком, еле заметном поцелуе, правда пришлось вставать на цыпочки, чтобы дотянуться, но это такие мелочи. Может было ещё рано, а может и нет, для кого как. Видимо я опять под влиянием эмоций и не сказать, что мне не нравится.       Попрощавшись, я зашёл домой, проходя в сторону лестнице столкнулся с спускавшейся Ка-сан. Она посмотрела на меня и улыбнулась, как будто показывая, что принимает и одобряет моё решение. Я пошёл дальше, зайдя в комнату сбросил школьную сумку с плеча и плюхнулся на кровать.       Может и правда это всё про материнское чутьё?       На лице опять расползается широченная улыбка, в который раз за сегодня.