История на двоих

В субботу Антон ехал к Валере в надежде спокойно поговорить и во всём разобраться. Он надеялся, что то, что он видел тогда в кафе, было не тем, чем кажется. Он надеялся, что Валера всё объяснит. Он стоял у двери, думая, что сказать, с чего начать разговор. Набравшись смелости, Шаст всё же нажал на кнопку звонка, дверь открылась через двадцать секунд. — Привет, — проходя в квартиру, поздоровался Антон. Валера потянулся, чтобы поцеловать его, но Шаст увернулся. — Не понял, — Потапов вопросительно посмотрел на Антона. — Давай сначала поговорим, пожалуйста, — сняв верхнюю одежду и обувь, Антон прошёл в комнату, Валера зашёл следом. — Я всё ещё не простил тебя за ту пощёчину, — начал Шастун, касаясь уже побледневшего синяка. — Я не хотел, просто ты разозлил меня, — Валера не просто не собирался признавать свою вину — он вовсе не чувствовал себя виноватым. — А ещё я видел, как ты целовался с другим парнем в кафе на следующий день, — Антон опустил глаза, как будто он в этом тоже виноват. — Кто это был? — Просто друг, это не твоё дело, — довольно грубо и резко ответил Валера. — А что ты делал в кафе? — Я был там с Арсением Сергеевичем, мы разговаривали насчёт диплома, — соврал Шаст. — В кафе? — Валера уже начал повышать голос. — Мы захотели есть и решили сходить в кафе, в этом нет ничего криминального, — тут же начал оправдываться Антон. — Ты мне изменяешь? Опять? — Даже если и так, что с того? Уйдёшь от меня? Да кому ты нужен? Высокий, несуразный, лопоухий, ты вообще должен быть благодарен, что я выбрал тебя, — Потапов уже начал кричать, пренебрежительно обводя взглядом Антона. — Зачем ты так говоришь? Ты не прав, — слова Валеры сильно задели Антона. Он уже с трудом сдерживал слёзы. — Я же любил тебя, а ты обманул меня, снова. Ты же обещал, что такого больше не повторится. — Я соврал. Представляешь, люди врут, все. Мне было скучно, и я решил вернуть свою любимую игрушку, а ты сразу побежал, стоило мне лишь позвать. Посмотри на себя, ты всегда будешь чьей-то игрушкой. Неужели ты думаешь, что нужен этому своему учителю? Я тебя умоляю, да он натурал, это видно невооружённым глазом. А даже если бы и был геем, на тебя бы уж точно не посмотрел. Извинись передо мной, и я, так уж и быть, забуду этот случай. — Я должен извиниться? Да за что? — Шаст перестал сдерживать слёзы и тоже перешёл на крик. — И раз уж на то пошло, ты не прав касательно Арсения, вчера мы поцеловались, и ему явно понравилось, — сорвалось у Антона, и, лишь сказав это, он понял, какую ошибку совершил. — Что ты сказал? — Валера был в ярости. Прежде, чем Антон успел что-либо понять, ему в челюсть прилетел мощный удар кулаком, а сразу же следом ещё один в нос. Третий удар не заставил себя ждать, и уже через секунду Шаст скривился от боли в районе живота. Валера перестал сдерживать себя и лупил Антона, крича что-то вроде: «Ты мой, моя собственность, не смей забывать об этом. Ты никому больше не нужен». Когда Антон уже упал на пол, не имея больше сил удерживаться на ногах, Потапов ещё несколько раз пнул его в живот и наконец успокоился. Тяжело дыша, он пошёл в ванну, чтобы смыть кровь с рук. Антон лежал на полу, свернувшись в позу эмбриона, и плакал не столько от физической боли — к ней он привык, — сколько от осознания, как поступил с ним человек, которого он любил. Валера вернулся в комнату и сел на корточки прямо перед Антоном. — Ты сам виноват, в следующий раз будет хуже, — прошипел он сквозь зубы. — Иди, приведи себя в порядок. Видеть тебя сегодня не хочу, поезжай домой, — приказным тоном сказал Валера, встав и направившись на кухню. Антон с трудом поднялся на ноги и, шатаясь и держась за стену, пошёл умываться. Зайдя в ванную, он закрылся на замок и уставился на своё разукрашенное отражение. Разбитая в двух местах губа, возможно, сломанный нос, из которого, не переставая, текла кровь, разбитые скула и бровь, новый яркий фингал под другим глазом. Поднимать футболку и смотреть, что под ней, Антон не стал: и так догадывался. Остановив кровь и как следует умывшись, Шаст поспешил, насколько это было возможно в его состоянии, покинуть квартиру. Идти домой пешком или ехать на общественном транспорте сил не было, поэтому, оказавшись на улице, он закурил и вызвал такси. С трудом добравшись до квартиры, Антон завалился прямо в коридоре, ибо держаться на ногах больше не мог. На грохот из своей комнаты выбежал Серёжа. — Твою мать, Шаст, что случилось? — он подскочил к другу. — Серёга, я такой идиот, прости меня, — хрипя, сказал Антон, поднимая взгляд на Матвиенко. — Я снова с Валерой сошёлся, ещё в начале сентября, а вчера меня Арс поцеловал, и я случайно проболтался, Валера взбесился. — Это он тебя так отделал? Сука, я убью эту мразь, — Серёжа был очень зол и подорвался с места, намереваясь выполнить свою угрозу прямо сейчас. — Не надо, — Антон схватил его за руку. — Он сильнее тебя, ты с ним не справишься. Лучше помоги мне добраться до кровати. — Я это так просто не оставлю, — прорычал Серый, подхватывая Антона под руку и закидывая себе через плечо. — Так, стоп, ты сказал, Арс тебя поцеловал? — осознал он, когда уже уложил Антона в кровать. — Ага, — усмехнулся Антон, тут же хватаясь за бок и шипя от боли. — Раздевайся, буду тебя латать, — выдохнув, сказал Серёжа, выходя из комнаты. Матвиенко зашёл сначала на кухню и достал из морозилки два пакета замороженных овощей, а после из ванны взял аптечку. Когда он вернулся в комнату, Шаст уже лежал без футболки. На животе, рёбрах и спине красовались большие яркие фиолетовые отметины. — М-да, двух пакетов не хватит, но что поделать, больше заморозки у нас нет, — Серёжа дал пакеты Антону, и тот приложил их к животу и рёбрам. — На спину лечь сможешь? — поинтересовался Матвиенко, ставя стул рядом с изголовьем кровати. — Попробую, — кряхтя и шипя от боли, Антон перевернулся на спину. — Будет больно, Шаст, терпи, — Серый сел напротив лица друга и открыл аптечку. Матвиенко достал из аптечки вату и перекись. Обильно полив первый кусочек ватки, он начал обрабатывать открытые раны на лице. От перекиси сильно защипало, и Шаст стиснул зубы от неприятных ощущений. К тому моменту, как Серёжа закончил обработку ран, на полу валялось пять кусков ваты, пропитанных кровью. Он достал специальный маленький пластырь и, сводя края ран как можно ближе друг к другу, заклеил скулу и бровь. Антон не впервые возвращался домой побитым, так как он не скрывал свою ориентацию и периодически нарывался на компании тех, кто не был сторонником гомосексуалов, мягко говоря, так что Серёжа был уже мастером в этом, и обработка ран не заняла много времени. — Спасибо, Серёж, — искренне поблагодарил Антон, отдавая другу пакеты с заморозкой. — Отдыхай, Тох, — Серёжа забрал пакеты и отставил стул. — Я отомщу за тебя, дружище. — Только не наделай глупостей, прошу. — Обещаю, — Матвиенко вышел из комнаты, выключая свет. Антон потратил не меньше получаса на то, чтобы найти положение, при котором ничего не будет болеть, но когда ему это всё же удалось, он вырубился практически моментально.

***

В воскресенье Антон проснулся ближе к вечеру. На столе рядом с ноутбуком стояли остывшие чай и яичница, которые ещё утром оставил Серёжа. Есть Шастун совсем не хотел, его тошнило от одной только мысли о еде, а вот пить хотелось очень: сушняк и металлический привкус крови в горле не доставляли удовольствия. Антон подтянулся на кровати, принимая полусидячее положение и, дотянувшись до кружки, осушил её полностью. Сегодня не просто не хотелось куда-то выходить — даже с кровати вставать никакого желания не было, так что Шаст нащупал на полу свой телефон. На экране светилось одно сообщение от Валеры. Валера: Когда будешь готов извиниться, приходи.

Антон:

Я не собираюсь перед тобой извиняться. И вообще после вчерашнего не собираюсь к тебе возвращаться.

Отправив сообщение, Антон сразу кинул номер Валеры в блок и вообще заблокировал его везде, где только можно. Признаться честно, Антон побаивался, что Валера может подстеречь его возле универа или поймать по пути домой и избить ещё сильнее, может, даже до летального исхода. Он уже не знал, чего можно ожидать от этого человека. Дабы отвлечься от скверных мыслей, Шаст открыл инстаграм и зашёл в переписку с Арсом.

anton.shastoon:

Добрый вечер, Арсений Сергеевич, как вы себя чувствуете?

Меньше чем через минуту Арсений появился онлайн и прочитал сообщение. arseniyspopov: Привет, Тош, уже гораздо лучше, спасибо! Как твои дела?

anton.shastoon:

Всё хорошо, отдыхаю.

Конечно же, Антон не собирался рассказывать Арсу, что произошло. Ходить в универ как минимум неделю тоже не планировал. arseniyspopov: Хочешь поговорить о произошедшем?

anton.shastoon:

Хочу, но не в переписке.

arseniyspopov: Ты прав, поговорим, когда я вернусь с больничного. Антон закрыл инстаграм и открыл переписку с Серёжей.

Шаст:

Ты дома?

Косичка: Нет, сегодня не вернусь, в универ от Нади поеду. В холодильнике рагу есть, если что.

Шаст:

Оки. Я завтра в универ не пойду.

Косичка: Понял тебя, отдыхай. Антон решил всё же выползти из кровати и добраться до кухни в поисках пива. К сожалению, его не обнаружилось, но зато в холодильнике стояла двушка колы, которая прекрасно сочетается с вискарём. Взяв газировку и стакан, Шаст вернулся в комнату, выудил из своего мини-бара бутылку виски, организовал мини столик из стула рядом с кроватью, водрузил ноутбук себе на колени и включил фильм.

***

В понедельник Антон проснулся с жутким похмельем и больным горлом. Организм, ослабленный побоями, не смог бороться с вирусом, подхваченным от Арсения. С одной стороны, это ему на руку: всё равно собирался прогуливать универ, а теперь хоть причина есть. Но с другой — болеть он жутко не любил. Померив температуру, Шаст убедился, что заболевает: ртутная полоса застыла на 37,4. Антон взял телефон и открыл инстаграм.

anton.shastoon:

Арсений Сергеевич, вы меня заразили.

И прикреплённое фото градусника.

***

— Паш, а ты знал, что Антон — гей? — Арсений чувствовал себя уже хорошо и решил заехать в универ, чтобы поговорить с другом. — Ну да, он это не скрывает, — пожал плечами Паша. Они сидели у него в кабинете, пока была перемена. — А что, у тебя с этим есть какие-то проблемы? — Нет, не совсем, — Попов немного задумался. — Слушай, а зачем ты его ко мне отправил? Антон может и поверил, что у тебя много дел, но я-то тебя знаю. — Да сам не знаю, решил помочь тебе, ты же хотел сблизиться с этим мальчишкой. — Вот уж помог, блин, — тяжело вздохнул Арс. — Что случилось? — Воля заинтересованно посмотрел на друга. — Да бля, Паш, не знаю даже, как тебе сказать… — Арсений потёр ладонями лицо, а после зарыл пальцы в волосы, слегка взъерошив их. — Колись, Попов, что ты натворил? — с хитрым прищуром нетерпеливо подогнал его Паша. — Я поцеловал его, — на одном дыхании выпалил Арс. — Ты что сделал?! — глаза Воли моментально округлились, а брови поползли вверх. — С каких пор ты перешёл в его команду, Арс? — Я сам не знаю, просто… Всё это так странно, не знаю, что на меня нашло, я вроде как решил проверить свои мысли и… Блять, Паш, я с первого знакомства с Антоном постоянно думал о нём, иногда ловил себя на том, что смотрю на него слишком долго, и я подумал, что если поцелую его, пойму, что это всё не то, что я просто дурак, — Арсений встал и начал ходить из стороны в сторону. — И? Дальше-то что? Договаривай, — Паша спокойно следил глазами за мельтешащим другом. — Это именно то… Когда я его поцеловал, у меня сердце было готово остановиться, мир вокруг перестал существовать, все органы сжались в тугой ком, если бы я вовремя не остановился, эрекции точно не избежал бы. Блять, тридцать лет прожил, будучи уверенным, что натурал до мозга костей, а тут появился какой-то мальчишка и полностью перевернул мой мир. — Ну ты даёшь, дружище, — немного истерично усмехнулся Воля. — А Антон что? Как отреагировал? — Не знаю, ему, вроде, понравилось, — неуверенно ответил Арс, успокоившись и садясь рядом с другом. — По крайней мере он не был против. Мы ещё не говорили об этом. Блин, Паштет, он же мой студент, — Арс задрал голову, издавая отчаянный стон. — Ну, меньше года ему осталось быть твоим студентом, — Паша попытался разрядить обстановку шуткой. — Слушай, Арс, тебе сейчас надо о другом думать. Я не стал звонить тебе, хотел сказать лично. Мне Оля вчера звонила, спрашивала, где она может тебя найти. — Что? Она и до тебя добралась? — Арсений опустил голову на руки, упёртые локтями в колени. — Она сказала, чего хочет? — Чтобы ты подписал документы о разводе. Ты тогда так быстро сбежал в Омск, вы не успели развестись, — Паша положил руку на плечо Арса. — Так пусть вышлет их почтой, я не готов видеться с ней, да и неужели она хочет со мной встречаться? — Я думаю, вам надо поговорить. Вы расстались не на самой приятной ноте, но вы не враги друг другу, — он подбадривающе сжал плечо друга. — Да, ты прав. Но дома я с ней точно не хочу встречаться, лучше пусть сюда придёт. Спасибо, Паш, я напишу ей сам попозже, когда с больничного выйду. В аудиторию постучались и, не дожидаясь ответа, дверь открылась, в проёме появился студент. — Павел Алексеевич, можно? — Да, проходите, — переведя взгляд на студента, ответил Воля. — Арс, у меня пара вот-вот начнётся, давай вечером договорим, — вновь перевёл внимание на друга он. — Конечно, созвонимся, — Арсений вышел из аудитории, наткнувшись в коридоре на Серёжу с Надей. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич. Вы уже выздоровели? — первым поздоровался Матвиенко. — Привет, Серёж. Да, уже чувствую себя прекрасно, завтра выписываюсь и послезавтра пары возобновятся, — Арс огляделся по сторонам. — А где Антон? — не обнаружив Шастуна, спросил он. — Тоха заболел, — недолго думая, ответил Серый первое, что пришло в голову. — Мне нужно идти, — опомнился он, как только раздался звонок. Оставшись в коридоре один, Арс достал из кармана телефон и зашёл в инстаграм. Переписка с Антоном светилась новым сообщением. anton.shastoon: Арсений Сергеевич, вы меня заразили. *фото*

arseniyspopov:

Моя вина, признаю.

Как ты себя чувствуешь? Хочешь, я заеду?

anton.shastoon: Нет. Не надо, всё нормально. Не приезжайте. Арсения немного смутила такая резкая реакция Антона.

arseniyspopov:

Всё в порядке, Тош? Ты точно просто заболел?

anton.shastoon: Да, точно, всё ок, не надо ко мне приезжать.

arseniyspopov:

Я всё же заеду, Антон.

anton.shastoon: Я не открою вам дверь. Арс нахмурил брови и открыл переписку с Пашей.

Арс:

Паш, попроси Сережу выйти в коридор. Не спрашивай, надо.

Через полминуты дверь аудитории открылась, и вышел Матвиенко. — Арсений Сергеевич, это вы меня звали? — удивился парень. — Да, Серёж, что с Антоном? — серьёзно спросил Арсений. — Не знаю, простыл, наверное, или заразился, когда у вас был, — голос Серого немного дрожал, и было видно, что он врёт. — А теперь правду, — строго сказал мужчина. — Я не могу, — разочарованно выдохнул Серёжа. — Антон мне не простит, если я кому-нибудь расскажу. Пожалуйста, Арсений Сергеевич, поймите, — жалобно добавил он. — Ладно, можешь не говорить, — Арсений протянул руку. — Дай ключи. — Какие ключи? — Серёжа непонимающе выгнул бровь. — От вашей квартиры, Серёж, — в голосе Попова улавливалось лёгкое раздражение. — Арсений Сергеевич, вы чего? Я не могу дать вам ключи от квартиры, — возмутился парень. — Серёжа, пожалуйста, дай ключи, — отрывисто проговорил каждое слово преподаватель. Серёжа сдался и достал из заднего кармана связку ключей. — И номер квартиры. — Сорок три, — поникшим голосом ответил Матвиенко. — Спасибо. Ключи оставлю там, — после этих слов Попов развернулся и направился в сторону выхода.

***

Косичка: Тох, прости, я пытался сопротивляться…

Шаст:

Ты о чём? Что случилось? Ты проболтался Арсу?

Косичка: Нет. Но он едет к тебе.

Шаст:

Я ему уже сказал, что не открою.

Косичка: У него мои ключи.

Шаст:

ЧЕГО? Серёга, ты ёбнулся?

Косичка: У меня не было выбора. Ты бы видел его, я от одного взгляда был готов свернуться комочком и спрятаться где-нибудь.

Шаст:

Ну пиздец… Спасибо. Друг, блин.

Антон кое-как встал с кровати. Замка, который можно было бы открыть только изнутри, у них не было, но как минимум был замок на двери в комнату, который он и закрыл. Делать нечего, только ждать и гадать, что будет. Чуть меньше чем через полчаса послышался поворот ключа. — Антон? Это Арсений Сергеевич, я взял ключи у Серёжи, — с порога крикнул мужчина. — Зачем вы приехали? Я же сказал, что не надо, — крикнул Антон в ответ из-за закрытой двери. Арсений закрыл за собой входную дверь и, разувшись, подошёл к двери в комнату. Мужчина надавил на дверную ручку, потянув дверь на себя, но та не поддалась. — Тош, открой дверь по-хорошему, — он попытался попросить ласково, но в голосе можно было уловить раздражение. — А то что? Выломаете? — недовольно буркнул парень. — Нет, конечно, но я буду сидеть тут под дверью, пока ты не выйдешь, — Арс взял стул, который стоял у входа, и, поставив его рядом с комнатой, сел на него. — Ну, значит, я не выйду. — Антон, рано или поздно тебе понадобится в туалет или воды попить, и ты выйдешь. Открой дверь, давай без этих игр, — голос Арса поменялся: раздражения в нём больше не было, и звучал он так, будто разговаривает с ребёнком. — Только обещайте, что не будете ругаться, — за дверью послышались медленные шаги, а после щелчок замка. — Обещаю, — Попов подошёл к двери и открыл её. Когда Арс зашёл в комнату, Антон уже ковылял обратно к кровати, и поначалу мужчина не придал походке Шастуна особого внимания, решив, что ему плохо из-за болезни. Он беглым взглядом оглядел комнату, на мгновение задержав его на фото Антона с, предположительно, родителями и стопкой писем рядом с этим фото на полке над столом. Антон добрался до кровати, и Арсений вернул своё внимание к парню, увидев его опухшее лицо, яркий фингал под глазом, сломанный нос, разбитые губу, бровь и скулу. — Господи, Антон, что случилось? — мужчина моментально подскочил к кровати. — Кое с кем кое-что не поделил, так сказать, — шипя от неприятных ощущений, Антон лёг в кровать. — Это тот парень? — назвать его парнем Антона у Арсения язык не поворачивался. — Да, Арсений Сергеевич, я не умею выбирать парней, — раздражённо буркнул Шастун, отворачиваясь к стене. — Я с этой мразью разберусь, — Арс резко изменился в лице. Он был невероятно зол, и если бы Валера попался ему под руку прямо сейчас, мужчина вполне мог войти в состояние аффекта и забить его если не до смерти, то как минимум до полусмерти. Арсений с силой ударил кулаком в стол, Антон повернулся на резкий звук и невольно вжался в стену. Арсений излучал агрессию: его кулаки были сжаты до побеления костяшек, желваки на скулах напряжены, ноздри раздуты, а дыхание резкое и учащённое. Антон испуганно смотрел на мужчину. — Арсений Сергеевич, успокойтесь, пожалуйста, — тихим и дрожащим голосом попросил Шастун. Арсений посмотрел Антону в глаза и, поняв, что испугал парня, попытался успокоиться. Он присел на колени у изголовья кровати и потянул руку к лицу Антона, отчего тот вздрогнул, всё ещё будучи напуганным. — Тише, Тош, всё хорошо. Прости, что напугал тебя, — он аккуратно положил руку на щёку парня, ласково поглаживая большим пальцем разбитую скулу. Антон дышал часто, а глаза дёргано бегали из угла в угол, рассматривая лицо мужчины. — Иди сюда, — он переместил руку с щеки на затылок, а второй — приобнял за плечи и притянул парня к себе. — Я ему это с рук не спущу, обещаю, — успокаивающе поглаживая по голове, прошептал Арс Антону на ухо. В объятиях мужчины Антон быстро успокоился и рискнул обнять преподавателя в ответ. Он медленно поднял руки и положил их мужчине на лопатки, а лицом уткнулся ему в шею. Арсений чуть сильнее сжал объятия, но так, чтобы Антону не было больно. Шаст поддался нахлынувшим эмоциям и пару раз всхлипнул, пытаясь сдержать слёзы. — Всё хорошо, Антош, поплачь, если нужно. Я никому не расскажу, обещаю, — продолжая поглаживать Антона по голове, ласково сказал Арсений. И Антон перестал сдерживать слёзы, он расплакался. В нём столько всего накопилось, все эти моменты с Валерой, постоянные недосыпания, непонимание, что с ним происходит, Арсений, не выходящий из его мыслей. Сейчас хотелось просто выплакать это всё, и неважно, что плачет он на плече одной из причин. — Ну как ты? В порядке? — аккуратно спросил Арсений, когда слёзы прекратились. — Извините, — отстраняясь, промычал Антон, вытирая глаза. — Всё в порядке, тебе не за что извиняться, — Арс легко улыбнулся Антону. — Зачем вы меня поцеловали? — Шаст опустил голову и исподлобья посмотрел на преподавателя. — Антош, это сложно объяснить, и я не уверен, что ты поймёшь, но я попробую, — Попов вздохнул, присаживаясь на край кровати рядом с Антоном. — Ещё после нашей первой встречи, той самой, — он взял руку Антона в свои, — ты не выходил у меня из головы. Да, я тогда очень испугался за тебя, особенно, когда ты сказал, что сам шагнул под машину. Но ещё до того, как я увидел тебя в универе, я понял, что слишком долго и много о тебе думаю. А потом оказалось, что ты мой студент, и ежедневные встречи не помогали выкинуть тебя из головы. Для меня это было очень странно, ведь я был уверен, что натурал, и даже не рассматривал мысль, что ты можешь мне нравиться в этом плане. Но со временем эта мысль всё же посетила мою голову, и я упорно отбивался от неё. До нашего похода в кафе несколько дней назад. Когда ты сказал, что этот, — он на секунду замолчал, подбирая подходящее слово, — мудак — твой парень, меня кольнуло жалом ревности, хотя я прекрасно понимал, что у меня нет никаких прав тебя ревновать, ведь я тебе никто. А потом ещё этот казус в моей квартире, когда ты застал меня в одном полотенце. Мне бы следовало сразу уйти, но ты так смотрел на меня, и мне это так нравилось, что я не смог. И я подумал, что поцелуй уже точно поможет мне расставить все точки над «i». — И… каков вердикт? — с опаской спросил Антон. — Ты мне нравишься, Тош. Для меня это всё ещё странно, но теперь я в этом уверен, — Арсений аккуратно поправил чёлку Антона, зачёсывая её на бок, и тепло улыбнулся ему. — Я понимаю, тебе нужно обдумать всё, что я сказал, и я не буду тебе мешать, — он встал с кровати. — Поправляйся скорее, — и наклонился, чтобы поцеловать Антона в лоб. — Закроешь за мной? Антон кивнул, и Арсений помог ему встать с кровати и дойти до коридора. — До свидания, Арсений Сергеевич, — попрощался Антон, когда Арс уже стоял у двери. — Пока, Тош. И давай вне универа на «ты», договорились? — напоследок улыбнулся Арсений. — Хорошо. Антон закрыл за Арсом дверь и вернулся в кровать. Ему было над чем подумать, и мысли съедали его изнутри. Что он ощущает к преподавателю? Действительно ли тот ему нравится, или это лишь последствия проявления заботы со стороны мужчины? Ведь если подумать, с первой же встречи он проявлял заботу или волнение, постоянно переживал за Антона, а тот лишь отмахивался от него. Антон уткнулся лицом в подушку, издавая истошный крик. Сегодня он собирался наконец подумать над этим всем, хватит ходить вокруг да около.

***

Сев в машину, Арсений достал телефон и набрал смс Паше.

Арс:

Давно кулаки чесал?