Прекрасное далеко

      Этот город насквозь пропитан красным. Он красный от всполыхов рассвета, красный от крови провинившихся арестантов вперемешку со всюду разлитой красной краской. Красный от стопорящих светофоров, от ярко-красных уличных фонарей.       А ведь со стороны красиво наблюдать, возомнив себя, верно, богом, как по уродливому переплетается в объятьях шумная толпа. Из этих людей выходят леденящие душу узоры, причудливо расползающиеся по просторам улиц. По прекрасному слепое наслаждение мнимой свободой сегодня объеденяет каждого человечка здесь. Здесь, в городе-клетке, где закинув косу на плечо, мирно под крышей разрушенного магазина посапывает красавица-смерть, покуда вновь не прольётся ярко-красная кровь протестанта.       Вместе, гонимые жаждой крови и власти, они разносят, как болезнь, чужое горе и ярость. Они, словно вихрь из чистого хаоса и инстинктов, рушат памятники и грабят музеи, не забывая про убийства. Возносят библейские молитвы, меж тем собственноручно вырывают себе крылья и срывают нимбы.       А ангелам нет до них дела. Они сами выкидывают свои крылья, разбирая на перья. Боги не смотрят вниз, даже они слишком боятся высоты.. А людям нет до этого дела. Они водят хороводы вокруг полыхающих домов, все больше походя на дьяволов. Дьяволов, возносящих молитвы богу..       

***

      Шатен тряхнул головой. Вокруг становилось жарче от постоянного движения внизу улицы. Сам он сидел на крыше одной из старых, знатно потрепанных жизнью, многоэтажек, задумчиво покручивая в руках только-только купленную пачку сигарет. Сам он никогда прежде не брал таковой дряни в рот, но на днях ему едва стукнуло восемнадцать, так что подобным образом он попросту решил отметить начало взрослой жизни. Да, прямо сейчас он перестанет слушать свой здравый рассудок и наконец то закурит. Вот... Его настройку на такой, казалось бы, пустяковый грех, прервала оглушительная сирена ментовских машин. Они, как обычно, рассекали толпы людей патрулями, стараясь поддерживать в городе хоть какой то порядок, но, нужно признать, получалось это у них из рук вон плохо. Да, ежедневно на утро оказывалось, что перебита сотня-другая человеческих жизней, но известия, вопреки ожиданиям, только раззадоривали толпу и подкармливали её кровожадность, попутно взращивая потребность мести. Ну да, все лишь бы глотки кому нибудь перегрызть. Не то, чтобы Мейсон был против разворачивающихся в городе событий, все таки когда нибудь, это должно было произойти. История циклична, что ни для кого не секрет, так что волна революции и кровопролитной войны со властью была давно кем то пророчена. Идейные люди... Они движут наш город, нашу страну, строят перспективы и с огнём в глазах стараются направить любимое место в наилучшую сторону. Только у всех, кто что то яро менял, огонь в глазах давно потух и запал пропал. Всё пороки людей давным давно освещены. И как ни крути, пусть взойдёт новый бог на трон. Он со временем станет жрать все вокруг себя, а потом, ощущая голод, примется за себя, так в конечном итоге завершит свое единогласное правление самоубийством.       Таким образом, человечество никогда не достигнет той самой точки, когда все вопросы подобного характера сойдут на нет. Это просто вечный круговорот, вечный ебаный цикл, игра, где поколение за поколением сменяются игроки. И даже в попытках сохранить суррогат истории, невозможно избежать старых ошибок. Пусть они будут совершены среди разных декораций и в разном времени, но грабли то те же.       Каждый раз, глядя на суету под ногами, Диппер прокручивал в голове эти мысли, как мантру. Именно они являлись причиной пофигизма в сторону судьбы будущего. Объяснять подобное поведение людей даже не стоило, все просто идёт как надо. Не хорошо, не плохо, просто так должно быть. Какое ему дело до войны? Он простой, гнилой, малюсенький человечек, который судит происходящее чут ли не с вершины моральных устоев. В тот же миг ему стало как то противно от самого себя, что заставило губы расползтись в кривоватой ухмылке.

      А ведь иногда хочется соткать себе шёлковый кокон из прежних медалей и побед, переродившись прекрасной бабочкой из уродливой жирной гесеницы. Только те награды давным давно покрылись пылью, а кокон из них напоминает склеп. Ни света, ни воздуха, что можно задохнуться, так и не увидев и края прекрасного крыла. Сколько всего в тех победах похоронено, мы добивались их, чтобы вспоминать о взлётах в будущем. Но что то в один миг пошло не так, и нам суждено почить навеки в тех достижениях, так и не увидев новый свет. Мы каждый, по крупинке, собираем себе собственный гроб, украшенный прекрасными золотыми буквами.

***

      Как же донельзя гармонично смотрелась зажженная сигарета меж длинных бледных пальцев на фоне пестрящего красным города. Дождь успел разнести кровавые оттенки по мельчайщим щелям и уголкам улиц, а теперь в такт какой то до чёртиков знакомой песне отбивал концерты на крышах соседних домов и их окнах.       Вроде как, сегодня сестра должна была нанести ему долгожданный визит. Ну, долгожданный для неё, естественно. Сам шатен не обратил никакого внимания ни на дату, ни на время её прибытия в смсках, просто потому, что давным давно потерял счёт в днях и неделях, не говоря уже о часах. Его Мейбл кстати, как ни странно, вела довольно успешную, по меркам Диппера, жизнь. Поступила в неплохой колледж, нашла себе, наконец, парня, с которым, опять же странно, крутит мутки гораздо дольше предыдущих. Неужели одумалась? Да и живёт она у него, писала как то. Мейсон был искренне рад за сестру. Вот она отучится, пойдёт работать, может быть, у них с этим хахалем все серьёзно. И может быть, его самого наконец оставят в покое..       Из общего гомона по-особенному резко выделился и противно прошёлся по ушам звук резкого торможения. Скорее, какая то легковушка. Которой, стоит отметить, не особо дорожили, раз столь дерзко разъезжали меж узких дворов. Шатен лениво опрокинул голову назад, осматривая соседнюю сторону дороги. И в самом деле, старенькая небольшая иномарка красовалась прям под подъездом Мейсона. Неужели сестричка притащила с собой своего парня? Пусть и нехотя, но Дипперу пришлось оторваться от кровавой сцены под ним. Нехорошо оставлять гостей ждать так долго.       От сигареты, естественно, тоже пришлось избавиться. Шатен внезапно вспомнил об этом, осиливая финишную прямую к тротуару, так что с запахом расстаться не получилось. Насрать. Так он медленно шествовал, уже предвещая непрерывный поток информации о личной жизни сестры с тоннами вопросов о его.. существовании. Бессмысленный анализ поведения общества, наверное, так он трактовал свой основной род деятельности. Просто насекомое. Даже барахтаться не хочется. Пока ещё есть пища для ума, я залезу в кокон.. Снова. Вот сейчас он мысленно дал себе подзатыльник. Пока есть время, стоило думать не о сущности собственного бытия, а придумывать какую нибудь очередную отговорку по поводу захоронения своего будущего. Но времени уже не осталось. Из запутанного клубка собственных мыслей его выдернуло столкновение с чем то.. И падение. М-да. Пайнс медленно поднял слегка ошарашенный взгляд вверх, и встретила его незнакомая прежде наглейшая физиономия какого то блондина. Парень стоял, нервно покуривая такие же сигареты, какие покоились в кармане самого Диппера, параллельно сверля недовольными глазами-янтарями визави. Потребовалась пара секунд, чтобы шатену стукнуло в голову, что надо вообще то подняться и встретить сестру, поэтому слабо соображая он кое как поднялся на ноги и, так не сказав и слова, поплелся к девушке. Мейсона абсолютно не волновал незнакомец, проделывающий дырку в его же спине, ровно как и то, что его наглешим образом сбили с ног.