трахаешься ты лучше, чем дерешься.

Дилюк наливает в стакан остатки виски. за вечер Кэйе удалось опустошить чуть ли не весь бар. голубоглазый парень в рубашке, расстегнутой на распашку, заваливается прямо на барную стойку, не чувствуя никакого стыда. он исподлобья смотрит на владельца таверны, немного передразнивая его выражение лица. — ты прямо-таки напрашиваешься, Альберих. — да-а? — парень будто бы мурлыкает, протягивая каждую гласную низким голосом — и на что же? — на пощечину, — Рангвиндр облокачивается на стойку, заглядывая в небесно-голубые глаза. немного не рассчитав расстояние, они сталкиваются лбами. Дилюк тут же отстраняется, неловко кашляя в кулак, а Кэйа нагло ухмыляется. — застеснялся? чего же? — ничего. ты будешь уходить? мы скоро закрываемся. — уходить? а кто поможет тебе с… — парень уже полностью растягивается на барной стойке, проводя пальцем по пуговицам рубашки до паха — я будто слепой и не вижу как у тебя встал. ты действительно думаешь, что никто не замечает как неровно ты ко мне дышишь, да-а? — кэйа снова растягивает гласные. красноволосого парня это заводит еще сильней. — хах, о чем ты говоришь? ты мне вовсе не нравишься, — Дилюк говорит уверенно, с некой иронией. он не убирает руку парня со своих штанов, в которых уже явный стояк. Альберих всегда думал о том, как его неродной братец будет выглядеть с распущенными волосами. он ведь действительно никогда не распускал их. запретный плод сладок, так что Кэйа легким движением, убирая руку с штанов, ныряет прямо в волосы Дилюка. — прекрати этот цирк. хоть тут и сидят одни пьяницы, если это кто-то увидит… — тогда может сделаешь так, чтобы никто не увидел? взгляд Рангвиндра падает на распахнутую грудь Кейи. «так и быть» — проносится в его голове. открывается дверь прямо за спиной парня. кладовка. плавным движением он подзывает кэйю к себе. — если хоть кто-то узнает об этом… — тяжелое и горячее дыхание обжигает ухо Кэйи. голубоглазый не прекращает дразнить и заигрывать. он кусается, сопротивляется. как всегда выводит Дилюка из себя. а красноглазый и не против. ему нравится эта игра. он подхватывает парня за талию и укладывает на стол, попутно оставляя мокрый след за шее. Рангвиндру всегда казалось, что этот рыцарь такой недоступный, но сейчас он лежит под ним, сладко стонет ему на ухо, прося наконец-то сделать это. — чего ты хочешь? — Дилюку необходимо услышать это, ведь, наконец, он понял правила игры этого со стороны сложного и холодного парня. сейчас не нужно было особо стараться, чтобы раскрыть все его карты. — хочу тебя, — кэйа произносит это шепотом, ухмыляясь, убирая волосы с лица Дилюка — или, тебе конкретнее? я хочу, чтобы ты взял меня на этом столе, хочу почувствовать тебя в себе. резкий «щелчок» — это снесло крышу от желания насладится друг другом. Рангвиндр снимает с себя всю одежду и мягко приступает к разгоряченному парню, который, на удивление, уже готов. но теперь он тоже хочет подразнить Кэйю, понемногу снимая с него одежду и прикусывая каждый участок тела. — сука, быстрее, — умоляет голубоглазый. бугор в штанах становится больше, заставляя щеки гореть. наконец они оба избавляются от всей одежды. Дилюк пробует один, два пальца, заставляя лежащего под ним парня прогнуться в спине и простонать что-то нераздельное. — потерпи и получишь то, что хочешь, — он медленно входит, вынуждая парня вскрикнуть и обвить ногами его талию, пытаясь заполнить себя им. Дилюк смотрит сверху вниз на прекрасное лицо любимого. грудь выгнута вперед, торчат ребра. владелец винокурни убирает голубые пряди с лица, наклоняясь ближе, не боясь спугнуть. он впивается в чужие губы, кусая их. бледные грубые пальцы приближаются к повязке, пытаясь отодвинуть её. Кэйа бы не позволил этого никому. никому, кроме Дилюка. он аккуратно отодвигает ту самую повязку, которую братец объяснял как «у каждого должно быть что-то, что недоступно чужим глазам.» красноглазый наращивает темп, вдалбливая тело парня в этот несчастный стол. Кэйа стонет, кажется, на всю таверну. — ты слишком громкий, — приходится заткнуть мужчину поцелуем, прерывая громкий стон. — не могу быть тише, когда меня трахаешь ты. эти слова заводят Дилюка. стоит ему лишь дотронуться до напряженного члена Кэйи, так тот тут же спускает себе на живот, громко выдыхая. ноги, обвитые вокруг бледной талии, немного дрожат. актив также кончает на бедра парня, после этого наваливаясь всем весом на него. — вау, трахаешься ты лучше, чем дерешься, — Кэйа, ухмыляется, вытирая живот салфетками. — закрой рот. люблю тебя. — любишь...? ах, и я тебя, Дилюк.