Ты же видишь меня?

- Соболезнуем вашей утрате, - опустив седую голову, тихо проговорила старушка Ненси. То же самое сказал и Дерек, мужчина лет тридцати, и Освальд, и Таисия, и семья Уилсонов, и каждый, кто находился сейчас в доме у вдовы Маргарет Томсан. Ее муж, Чарльз Томсан, безвременно скончался. Ужасная потеря для этой семьи: двое маленьких детей и молодая мать. Том неосторожно выходил из своей девятки, оступился и упал, сильно ударившись головой о каменную дорогу. Несколько дней пролежал в бреду и на третьи сутки скончался, так и не придя в себя. Весь дом был в трауре, все и вся погрузились в сумрак. Неутешная вдова Маргарет вновь украдкой смахнула покатившуюся слезу. Все оплакивали Томаса, каждый по-своему, кроме маленького мальчика, который не понимал, почему все плачут о том, что его отец ушел на небеса, если он тут, немного не такой как всегда, но он тут. Вот, стоит и разговаривает с незнакомцем в черном капюшоне. Сет хотел подойти и обнять отца, но он боялся. Ведь папа может разозлиться, что он мешает ему разговаривать. Да и Сет точно не знал к какому из отцов нужно подойти: к тому, который лежит в непонятном черном ящике, или к тому, который слегка просвечивается и куда-то идет с неизвестным человеком в черном. Большинство людей, находящихся на похоронах, просто молча сидели, другие плакали и причитали, только маленький мальчик смотрел, как постепенно исчезает силуэт его отца. Когда последняя черта исчезла, Сет почувствовал одиночество. Теперь он понимает, почему все плачут. Отца больше нет. три года спустя Маргарет, девушка двадцати девяти лет, но выглядящая на все тридцать пять: потухшие зеленые глаза, темные круги под ними, покусанные губы, сутулые худые плечи и ломкие пепельные волосы с редкими седыми волосками, постучалась украдкой в комнату к сыну. - Сет! - охрипшим от слез голосом позвала она. - Пора, тебе нужно попрощаться с братом. В небольшой комнатке, где помещались только кровать, шкаф с одеждой и книгами, и мягкое кресло, сидел мальчик. Он сидел на полу, поджав под себя тонкие острые коленки, обхватив их изящными кистями рук и положив свою голову с темно-каштановыми волосами. От тяжелых мыслей его отвлек голос матери, его большие, цвета топленого шоколада глаза посмотрели на запертую дверь. - Я не хочу туда идти... - тихо ответил мальчик и чуть громче добавил: - Там он будет. Женщина не могла понять сына: кто "он"? О ком говорит ее мальчик? Стоя перед его дверью, женщина сжала дрожащие пальцы. Все, что у нее осталось - Сет. И она никому не даст его обидеть. Она, взрослая, не может перенести боль потери, а каково же ее девятилетнему сыну? Ему в сто крат сложней. - Хорошо, - примирительно ответила мать, - но если передумаешь, выходи. И женщина ушла в последний раз проститься со своим младшим сыночком. Сначала Том, а теперь Грег. Упал с велосипеда и сломал шею. Хотя бы не страдал. Сет смотрел на дверь и чувствовал - как тогда. Нет этого холода - брат еще здесь, а значит и тот человек в черном балахоне. Сет видел, как этот некто стоял у обочины, наблюдая, как катается его брат. Видел, как Грег упал, и тогда незнакомец подошел, что-то шепча мальчику, а потом исчез. Но Сет знает, незнакомец уже тут. Наверное, стоит где-нибудь в уголке. Сколько раз его уже видел Сет? Уже и не счесть. Тихо и медленно бродит, скрываясь в тени. Хотя, может совпадение. Зачем ему скрываться, если его больше никто не видит. Где смерть, там и он. Или где он, там и смерть. Мальчик не знает, но уверен он в одном: когда кто-нибудь умирает, будь то человек или собака - появляется незнакомец в черном балахоне.