Эдди

      Курение вошло в привычку Дэниела ещё на первом году обучения в университете. Миф о том, что сигареты успокаивают, оказался ложью, однако мужчина начинал беспокоиться, а его руки трястись, если он не подкреплял свою вредную привычку одной выкуренной пачкой в день.       Он мало спал, так как работы было слишком много. Она в свою очередь всегда и везде сопровождала обладателя светлых волос, постоянно звуча тихими назойливыми голосами в голове: «Ты не закончил! У тебя работа! Работа! Работа! Работа!» Иногда это уничтожало и без того тонкую грань разума и безумства, терпеливо выстроенную им, когда он только приступил к своему плану. Он знал, на что идёт, и сперва чувствовал жуткий страх и волнение. А вскоре и вовсе начал ненавидеть то, что он делает.       Ведь всё, что бы он ни делал, никогда не приносило результата.       Диктатура и тоталитарная форма правления, покрытая пудрой либерального правового государства, засели слишком глубоко, стали неотъемлемой частью страны, в которой он живёт. Его программы никогда не получали одобрения, а и без того запуганный народ критиковал вполне обоснованные доводы о необходимом альтернативном пути развития. Сколько сил ему понадобилось, чтобы просто собрать команду единомышленников, а сколько средств потребовалось, чтобы сделать партию официальной? Не заручаясь чьей-либо поддержкой, только благодаря своей команде и знаниям, полученным за долгое время практики, выкроить то, что сейчас называли главной оппозиционной партией в стране.       «Мне нужен свежий воздух» — подумал мужчина и, несмотря на позднее время, вышел из своей маленькой затхлой квартирки и направился в сквер, недалеко от своего дома. Крупные капли разлетались в разные стороны под тяжестью со свистом проезжающих по ним шин, яркий фонарный свет освещал ставшие мрачными, почти чёрными, дома, а небо, не успевшее полностью покрыться тёмными тучами, оставалось единственным местом, за которое цеплялись глаза.       Сквер был освещён не так хорошо, как улицы города, но это только играло на руку мужчине, лицо которого было довольно легко узнать среди тысячи других лиц. Доброжелателей у политика было явно меньше чем тех, кто хотел воткнуть в его спину нож и избавиться от назойливой фигуры, часто мелькающей в новостях. По этой причине ему было опасно ходить по улицам вот так, без охраны, но ему было откровенно плевать, даже если бы кто-то захотел убить его прямо сейчас.       Несмотря на стойкое убеждение в этом, мужчина забеспокоился. Неожиданно для себя из-за глупых тревожных мыслей, недосыпа или чего-то ещё он ощутил чужой взгляд на себе. Было бы резонно обернуться и убедиться, что всё происходит у него в голове, а не в реальном мире, но, как бы ни хотелось этого признавать, дух скосил безнадёжный страх, царапающий сердце вполне объяснимым волнением. Смерть заманчива, но ни один здравомыслящий человек не пойдёт на неё добровольно.       — Извините, Вы не видели тут щенка?.. — прозвучал звонкий мелодичный голос из-за спины. Мужчина резко обернулся, напугав этим обратившегося к нему молодого парня, выглядевшего особенно очаровательно под светом единственного фонаря. Мокрая асфальтированная дорога отражала его небольшую продрогшую фигурку, одетую в не самую подходящую для сегодняшней погоды одежду. А тонкие стройные ноги, хрупкие сжатые плечи и миловидное, больше похожее на девичье, лицо оказывали какое-то странное воздействие на давно не юного мужчину.       — Нет, — коротко ответил Дэниел, постепенно успокаивая себя и вытаскивая из пачки очередную сигарету. — Вряд ли Вы найдёте его в такое время, да и дождь успокоился только на время.       — Возможно, Вы и правы, но как я могу не искать его? Он мой друг, — ответил парень, морщась из-за дыма, но ничего не говоря об этом незнакомцу. Он положил руки на свои плечи и начал растирать их, надеясь согреться и двигаясь параллельно мужчине.       — И чем я могу помочь?.. — нетерпеливо спросил Дэниел, поправляя густую чёлку, лезшую в глаза. Этими словами он как бы намекал, что желает избавиться от неожиданного спутника, который будто щенок плёлся за ним и махал воображаемым хвостиком, лишь бы ему подарили любовь и тепло.       — Если честно... — начал вкрадчиво парнишка. На вид ему было около шестнадцати-восемнадцати лет, однако тёмные волосы, ставшие кудрявыми из-за влаги, делали его ещё моложе. — Мне страшно ходить здесь одному, поэтому когда встретил вас, подумал, что Вы сможете помочь мне.       — А меня Вы не боитесь? Если я убийца, то прямо сейчас Вы находитесь в большой опасности, — произнёс мужчина, теперь с интересом посматривая на того, кто шёл рядом с ним.       — Но Вы живой. Разве живые люди могут быть страшными? К тому же если бы захотели убить меня, сделали бы это уже давно, — беззаботно продолжал мальчишка, не отлипая от Дэниела. Он даже не знал имени мужчины, но всё равно цеплялся за, возможно, единственного человека, который решил отправиться в сквер в такую погоду. Ситуация была странной и подозрительной, но вполне объяснимой, поэтому мужчина не мог возразить.       — Зомби лишь выдумка, парень, и бояться нужно живых. От них можно ожидать что угодно и когда угодно, так что будь бдительнее.       — Наверное...       Нарастающую тишину прервало неожиданное появление выбежавшего из кустов шпица. Он радостно глядел по сторонам, кажется, наслаждаясь временной свободой, и шумел, ударяющейся об асфальт тонкой цепью. Но когда слух уловил знакомое «Оскар», тот резко рванул вперёд.       — Чёрт, он сейчас убежит! — неожиданно для себя выкрикнул мужчина и побежал вслед за собакой. От резкости и необходимости двигаться быстро он схватил незнакомца за руку, о чём понял лишь тогда, когда её пришлось отпустить, чтобы законный хозяин забрал своего питомца.       — Большое спасибо. Без вас бы я не справился...       — Как тебя зовут?       — Эдди, — представился парень, дрожа и по-прежнему прижимая довольного прогулкой шпица к себе.       — Где ты живёшь? — задал ещё один вопрос Дэниел, собираясь пойти против своих же принципов.       — В двадцати минутах отсюда. Но всё хорошо, я сам доберусь до дома.       — Можешь остаться у меня сегодня, если не боишься.       — А Вы?.. Вы разве не боитесь?       — Что такой ребёнок может сделать мне?.. К тому же, если бы ты хотел убить меня, сделал бы это с самого начала — так ты говорил?

***

      Эдди оказался старше, чем думал мужчина, однако между ними все равно сохранялась большая разница в возрасте. Двадцатилетний мальчишка был развит не по годам. С ним было интересно общаться, и он всегда с пониманием относился к Дэниелу, выслушивал его, часто выручая советом. Разница в десять лет не казалась им удручающей и нисколько не мешала общаться друг с другом, но, как говорил брюнет, друзья часто не верили, что у него появился такой взрослый знакомый.       Юноша не был любителем политики, поэтому очень удивился, когда узнал, с кем он встретился в сквере. Это никак не повлияло на их общение. А единственной проблемой было то, что они редко виделись друг с другом, из-за бесконечной работы мужчины. В те дни, когда Эдди приходил к Дэниелу в гости, он всегда помогал уснуть измотанному политику, поглаживая его голову своими тёплыми руками. Мужчина был готов поклясться, что эти недолгие минуты были самым лучшим временем в его повседневной жизни.       Через какое-то время они стали жить вместе. Втайне от всех, ведь эта информация могла навредить им обоим. Ещё через какое-то время Эдди признался в своих чувствах к Дэниелу, и последний принял их, поблагодарив себя за то, что вышел на улицу той холодной ночью.       Любовь ослепляла. Любовь заставляла не замечать все детали. Иногда Эдди пропадал, а когда появлялся, становился очень мрачным и бессильным. Это беспокоило мужчину, но как только он затевал разговор насчёт похождений брюнета, тот резко переводил тему, давая понять, что он не готов говорить об этом.       В ту ночь было особенно холодно.       Решив вспомнить, с чего всё начиналось, Дэниел предложил парню прогуляться в сквер. На душе было радостно и спокойно, даже тогда, когда они, держась за руки, переходили пешеходный переход, а чей-то автомобиль пронёсся слишком близко, едва не задевая их.       Они долго гуляли, разговаривая о различных вещах. Дэниел охотно отвечал на любые вопросы Эдди, на что последний многозначительно улыбался или выражал слова одобрения. Однако неожиданно мужчина замолк.       — А ведь ты никогда не рассказываешь про своё прошлое. Такое жуткое ощущение, что на самом деле ты робот или какой-нибудь агент под прикрытием.       Эд замер так, будто мужчина попал в самую точку, раскрывая все карты. Его глаза округлились, а губы сжались. Тело покрылось мелкой дрожью, но это не было связанно с погодой. И самое главное, парень молчал, даже не пытаясь опровергнуть чужие слова.       — Знаю, это бред. Но скажи, твоё прошлое — это настолько лично? В последнее время ты ещё и постоянно пропадаешь, не появляешься дома по несколько дней. Может это и не моё дело, но разве возлюбленный не нужен для того, чтобы делиться с ним своими переживаниями?.. — продолжал напирать Дэниел, чувствуя неладное. Но ему не хотелось верить в это. Как может этот мальчик оказаться предателем?..       Эдди напряжённо вдохнул, сразу побледнев и неестественно вытянувшись, как это бывает, если ты напуган, и резко поцеловал мужчину, нежно и страстно, так, будто от этого зависела их жизнь. Одна ладонь стала массировать чужое плечо, расслабляя податливое тело, другая же начала медленно спускаться, постепенно пропадая из поля зрения. С парнем творилось что-то странное и политику хотелось разобраться в этом, но то упорство, с которым брюнет целовал его, не давало даже вздохнуть, не то чтобы спросить что-то.       — Прости... — сквозь комок в горле прошептал парень в самое ухо, чтобы мужчина точно услышал его. В ту же секунду тело пронзила оглушительная боль, в глазах потемнело, а в резко сократившемся кругозоре Дэниел увидел лишь кровь, стекающую на ладони, и скорбное лицо своего убийцы.       — Эдди?.. — разнёсся тихий шёпот мужчины. Изо рта вышла большая порция крови, после чего говорить стало намного тяжелее. К тому же голова сильно кружилась, не давая ему нормально мыслить. Физическая боль была нестерпимой, но душевная просто разрывала его изнутри. — Я и представить... что это будешь ты... Я ведь... лю... бил... тебя...       — Знаю...       — Так значит... наша встреча...       — Да, это было спланировано. Меня поставили следить за тобой. Заметил, что ты часто выбираешься сюда ночью. Подстроить всё так, будто это случайность было крайне просто. Прости...       — Никогда...       Тяжёлое тело с глухим стуком свалилось на асфальтированную дорогу, в тот же миг покрывшуюся кровью. По лицу парня брызнули слёзы, и он грохнулся на колени. Кровь пропитала его одежду, и металлический запах повис в воздухе, оставаясь лёгким привкусом на кончике языка. Руки тряслись, когда тянулись к ещё тёплому телу человека, ставшего любимым за те несколько месяцев, что они провели вместе. Это, пожалуй, было единственной вещью, пошедшей не по плану.       Юноше всего лишь требовалось влюбить в себя оппозиционера. А в момент, когда он будет безоружен и поглощён своими чувствами настолько сильно, чтобы понять что что-то не так, разделаться с ним. В награду семью брюнета освободят и позволят уехать в другую страну, дав навсегда забыть о долгах, оставленных отцом. Миссия выполнена, и парень должен радоваться подобному исходу, но отчего-то его сердце сжималось так, будто тот совершил самый непростительный грех в своей жизни, уничтожил то, без чего трудно дышать, а быть вдали — просто невыносимо?..       «Так и есть, ведь я тоже люблю тебя»       Эдди сжимает окровавленный нож сильнее, пульс стучит в висках, а сердце намеривается взорваться. Лёгкие начинают гореть, так, будто юноша надышался дыма, а тело пронзает безумная боль.       «Так вот что ты чувствовал...» — проносится последняя мысль больного сознания, и остывшие тела навсегда засыпают в объятьях друг друга.