Я так считаю...Пересчитай.

      Бензин опять пролили. Запах был уловим более двух часов. Кажется, какие-то неаккуратные персоны решили смириться со своими убытками. Словно выпала шестёрка черв на стол, а её лишь перевернули рубашкой вверх.       «А если бросить туда зажигалку?» — думал Юра, сидя на внешней балке балкона и смотря вниз.       Да, всё может вспыхнуть. А может, это не спичка, поэтому огонь даже не подожжёт горючее. Это и не автомобиль, который на высокой скорости врезается в одну из колонок на заправке. В таких случаях не обойтись без потерь. Как всегда. Невозможно без потерь. -Моя больная мечта далеко… — повторяя одну и ту же строчку в голове, парень пытался разглядеть тусклое свечение фонаря.       Он скрывался в листве деревьев, и его свет был таким же мутным и нечетким, словно излучение неоновых вывесок во время дождя. Заветная мечта Юры так же, как и фокус этого фонаря, всегда ускользала от него. Никогда не преследовала. Никогда не освещала его ум в потёмках. Если бы он сам знал, чего хотел, кроме очередного глубокого пореза на левой руке. Эти порезы топились в холодной воде, а синяки на ногах красовались каждый раз, когда молодой человек обдумывал своё отношение ко всему.       Он никогда не принимал успокоительное. Не ходил к психологу. Не обговаривал свои проблемы и душевные терзания с кем-то. Он не просил советов, не хотел получить помощь. Он лишь хотел, чтобы ничего в его жизни больше не повторялось. Никогда. Это было его окончательное решение, схожее с осенним дождем, тогда плащ промокал до последней пачки сигарет в кармане. Свой каждый новый берет он всегда терял, как и всё ценное в своей жизни. Этого больше не найти по дороге обратно, получится только спрятаться под козырьком старой пятиэтажки, фасад которой со временем совсем осыпался, и ждать. Ждать момента, когда это всё закончится. Но в этот момент ты так одинок, что как обычно закрываешься в своей комнате, думая, что сквозняк сдует последние успокаивающие мысли. Только будильник трезвонит в этих четырёх стенах. Любые слова поддержки казались отмазкой, прежде чем всё бросить. Бросить старания и встретить жнеца без улыбки, с пустыми глазами, которые видели только злобу и отчаяние. Но не для хозяина, он лишь наблюдал, а не доверял, иначе придётся находиться на месте жертвы, верно?

***

      …Помнишь, ты хотел научиться играть на гитаре? Выучить пару иностранных языков? Стать независимым и воплотить в жизнь свои цели? Помнишь? Но ты слишком устал. Ты перестал возвращаться домой. Это понятие стёрлось в твоем помутнённом опьяневшем рассудке. В душе ты горел желанием работать в театре, хотел оставить великое наследие людям. Но на самом деле ты мечтал забыться за кулисами, как за бронированной стеной, носить керамическую маску, как узник, а вместо кандалов завязать нити на ногах и стать куклой, управляемой обществом.       Со времён детского ребячества ты потерял всю радость. Кажется, ты её оставил за теми гаражами, по крышам которых вы когда-то прыгали. Валявшиеся там побитые стёкла, шприцы и ветки вас вовсе не пугали. Теперь тебя настораживает каждая душная комната. Ах да. Ты же переболел этим. Теперь ты не бесстрашный, не пугливый, тебе просто стало безразлично, правда, подарков ты больше не принимаешь.       …Говоришь, никогда её не вспомнишь? Кажется, то начало лета было самым счастливым. Но даже тогда ты искал в этом подвох, ведь всё так хорошо быть не может. Теперь ты не можешь забыть аромат её духов. Её улыбку, смех, тонкие запястья и яркий цвет окрашенных волос. Многие песни в твоём плейлисте напоминают о ней вновь и вновь. Каждый чёртов взгляд в сторону милых парочек на улице заставляет сужаться твои лёгкие, а глаза становятся влажными, как лепестки, пропитанные утренней росой. Ты перестал заходить в сеть, ведь устал беситься от дурацкой привычки проверять её страничку, узнавать, что у нее всё прекрасно. А ты так и не отпустил слепую надежду, которую сам столько раз отрицал. Но смирись, ты проиграл в этой лотерее.

***

-Надо же… Дождь. Всегда он пытается меня перебить. Или заставить заплакать, как тупая слезливая песенка. Но её невозможно не слушать. Да, у меня явно проблемы… — на этом заключении Юра перестал болтать свисающими ногами.       Его руки сильнее вцепились в бортик балкона, а сам он застыл, как вязкий мёд в холоде. Его оцепеневший, мёртвый взгляд уставился вниз. Прыгнуть или нет? Высота так соблазнительна. Ведь не зря многие хотели в детстве стать лётчиками и космонавтами. Это риск. Это что-то, не осязаемое на земле. Что-то, не понятное уму, пока не попробуешь.       Холодные пальцы чуть подрагивали, парень нервно выдохнул и прикусил нижнюю губу. Его волосы и футболка в области плеч были мокрыми. Вечно лучезарные очаровательные веснушки на лице Юры не подавали в такой темени никакой надежды. Все мысли и раздумья сразу покинули мозг. В голове стало совершенно пусто. Левая нога ботинком уперлась во внешнюю стенку балкона. Сам парень пододвинулся чуть ближе, а металлические вставки на задних карманах издали еле слышимый скрежет. Такой же неприятный звук терзал эту никчёмную душонку. Душонку, которая прыгнула вниз.