Подработка в парке развлечений

Светка надела полумаску и какой-то лёгкий плащ, скрывающий фигуру, и включила видеокамеру. Я лежал весь красный от стыда, со страхом ожидая своей участи. Для начала Светка подошла к моим ногам и провела пальцами по серединкам ступней. Я невольно дёрнулся и прикусил губу, стесняясь смеяться на камеру. Хотя чего стесняться, если она уже и так снимает крупным планом моё самое интересное место… Тем временем Светка стала гладить мои ступни, проводя вниз подушечками пальцев, а вверх — ноготками. Это было щекотно, но и приятно тоже, я невольно дёргал ступнями и еле сдерживал смех. Заметив это, Светка коварно ухмыльнулась и расширила область действия, залезая теперь под пальчики, от чего я стал посмеиваться и дёргаться ещё активнее. Мой член, упавший во время издевательств над пупком, стал опять просыпаться и скоро стоял во всю длину. Заметив это, Светка взяла два больших пушистых пера и провела ими по моим яйцам. От этого воздействия у меня перехватило дыхание. Кожа там и так очень чувствительная, а лишившись естественной защиты в виде волос, стала совсем нежной. — Света, пожалуйста! — Я мог только шептать, умоляя. — Называй меня госпожа! — Властно приказала Светка, продолжая щекотно гладить перьями мои яйца. — Оооо, госпожа, пожалуйстааахахаха! Хахахахахахаха! Не надоооо… Ахахахахахаха! Оох… мммм… Неееет! Ихихихихи! Ахахахаха!.. — Щекотка и удовольствие разрывали меня на части. Перья щекотали и ласкали мои яйца, иногда ныряя под них, что заставляло меня срываться на визгливое хихикание и дёргаться изо всех сил. Наигравшись здесь, Светка решила поменять место издевательств. Оба пера быстро заплясали по головке моего члена, и я взвыл, выгибаясь дугой и тут же с хохотом падая обратно. Мне казалось, что от дикой щекотки я сейчас сойду с ума, но Светка, к счастью, переместила перья, лаская ими теперь мой член по всей длине. Всё ещё ужасно щекотно, но по сравнению с предыдущим это было почти облегчением для меня. Я смеялся, невольно пытаясь двигать тазом, чтобы избежать щекотных прикосновений, но ремни держали крепко, не позволяя избежать этих ощущений. Но кроме щекотки я чувствовал и удовольствие, особенно когда Светка медленно вела бородкой пера по всей длине члена. Постепенно её действия переставали быть хаотичными и я заметил систему в том, как она меня ласкала. Сначала она проводила двумя перьями плашмя сверху вниз от головки члена до его основания. Затем кончиком пера дразняще вдоль вены вверх, лишая меня способности дышать, и обязательно пощекотать чувствительное местечко у основания головки, от чего я скулил, кусая губы. А второе перо вырисовывает узоры у меня на яйцах, заставляя невольно напрягать все мышцы. Несколько кругов пёрышком по головке под аккомпанимент моих мольб сквозь смех — и снова два пера скользят вниз по моему члену. Я не знаю, как долго это продолжалось. С каждым новым витком моё возбуждение нарастало и вскоре я уже не мог связно мыслить. Мысль о камере вылетела у меня из головы, мне уже было всё равно на запись и что кто-то в будущем может увидеть меня таким. Щекотка и удовольствие наполняли меня всего и я бесстыдно выгибался, стонал, хохотал, метался в путах, просил мою госпожу прекратить это и умолял ни в коем случае не прекращать, подавался навстречу перьям и пытался от них убежать. Я жаждал новых прикосновений перьев и боялся их. Ах, если бы Светка прикоснулась ко мне губами! Но нет, мне доставались только перья! Невыносимо сладкая мука на грани щекотки и удовольствия… О, если бы моя госпожа… Ооо да, ещё, ещё! Ещё, прошу, умоляю! Эти прикосновения… Ааааа нет нет нет, не надо, только не там! Ахахахаха!.. Хватит, хватит… Ох, да, так хорошо… хорошо… Вииии! ЩЕКОТНО! Ахахахахахаха! Пожалуйста, на надо больше! Только не щекотка! Оооооо… да, да, да, да, да! Неееет! Ох… Так приятно… всё равно щекотно, но приятно… Хорошо… Ооо, а так ещё лучше! О да, о да, о да, только не останавливайся! Мммм… аааа… оооо… да… да… я люблю тебя… Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯААААА! Я кончил с громким криком, запрокидывая голову и выгибаясь в пояснице. Но раствориться в удовольствии Светка мне не позволила, продолжая щекотать перьями мой пах. Это было просто ужасно щекотно! Не успев отдышаться после оргазма, я захохотал и задёргался так, что удерживающие меня путы заскрипели: — Ахахахахаа! Не нааахахахахахахахахдоохохохохохохохохо! Прошуууууу! Охохохохохохохохо! Ахахахахахахахаха! Умохохохохохоляаахахахахахахаюууу!!! Хахахахахахаха! Неееет! Нехехехехехехехехет! Прохохохохохохошу! Ахахахахахахахаха! ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА! СТООООХОХОХОХОХОХОХОХОХОЙ!!! ИИИИИИИИХИХИХИХИХИХИ! АХАХАХАХАХАХА! ПОЩАХАХАХАХАХАХАХАХАХАДЫЫ! АХАХАХАХАХАХАХАХА! ХАХАХАХАХАХАХАХА!. Щекотка после оргазма оказалась ещё более мучительной, чем до. Мне казалось, что я сойду с ума, каждая секунда растянулась на часы и годы, и хотя Светка вряд ли щекотала меня очень долго, мне показалось, что я провёл вечность, хохоча, извиваясь, безуспешно пытаясь спастись от щекотки моих самых чувствительных мест и безнадёжно умоляя о милосердии. Когда всё это закончилось, у меня не оставалось сил ни на что. Я впал в прострацию, не замечая, что происходит вокруг меня. Когда я немного пришёл в себя, то обнаружил, что полностью свободен от пут и совершенно один в комнате. Щекоточный реквизит Светки пропал, как и камера. Я с трудом слез с пыточного стола и, постояв немного, чтобы вернуть себе чувство равновесия, побрёл в соседнюю комнату. Там я нашёл свою одежду, поверх которой лежала связка ключей и записка: «Ты был хорош, но не вздумай болтать! Оставим это между нами. Закрой тут всё, когда будешь уходить, ключи отдашь позже. Твоя Светка P.S. Как-нибудь повторим? ;)»