История в живую. Учитель и странные личности.

— Денис Алексеевич, вот последние учебники здесь, — Аня поставила небольшую стопку книг на стол и вытерла пот со лба. — Никита и Вася принесли последние и убежали по домам. Попросили предупредить, что, возможно, завтра не придут в школу. — Хорошо, пусть пришлют объяснительные тогда, — молодой мужчина кивнул, продолжая заполнять список. — Девятнадцатый век "История России", восемнадцатый век "Всеобщая история" и "История России", а также две книги по двадцатому веку. Отлично, все остальные книги отправятся в библиотеку. — Денис Алексеевич, а зачем эти учебники нужно было перетаскивать сюда, в наш класс? — спросила девочка, рассматривая стопки. — Разве их не нужно, как и другие учебники отнести вниз? — Нет, администрация хотела проверить их пригодность для обучения. Хотя я и не понимаю, зачем, потому что они в полном порядке, — учитель вздохнул и потёр переносицу. — Честно говоря, они в последнее время начали абсолютно все учебники проверять. — Зачем? — удивилась ученица. — Непонятно, — пожал плечами Денис. — Ну, в любом случае этим учебникам ничего не грозит. Так, Анют, помоги-ка мне перенести тетради в кабинет литературы, видимо, Ирина Сергеевна забыла их отнести к себе. — Давайте! Пока они переносили тетради, Аня успела подробно расспросить Дениса Алексеевича про контрольные, которые будут на следующей неделе, и про завтрашнее занятие, на котором будут представлены темы для проектов. Вернувшись в класс, они заметили стоящего около стола мужчину, на вид лет сорока. Он листал классный журнал, как будто ища что-то. Учителя смутила одежда незнакомца, больше похожая на одежду прошлого. Быстро прикинув про себя какая именно, он предположил, что она из XVI или XIX века. Сложно сказать. — Могу чем-то помочь? — спросил Денис, начиная подходить. Однако, когда мужчина развернулся, он остановился. Мужчина показался ему знакомым, даже слишком. Как будто он видел его совсем недавно. Вот только где? «Может встречались или виделись на конференциях? Или на семинаре, а я просто не помню этого?» — подумал Денис. — Денис Алексеевич, — Аня слегка дёрнула учителя за рукав, — вы… вы знаете, кто это? — Он кажется мне знакомым, вот только вспомнить не могу, где я его видел, — тихо ответил учитель, взглянув на ученицу. — Так, это Павел Петрович! Посмотрите, похож же! Как будто с картины сошёл, честное слово! Приглядевшись, Денис подумал, что поседеет на месте или, ещё хуже, в обморок упадёт. Действительно, если поближе и повнимательнее рассмотреть "гостя", то можно найти сходства с портретом умершего императора. Но такого просто не может быть! Он же умер двести с чем-то лет назад! Как же он может быть жив?! Неужели воскрес?! — Прощу прощения за то, что взял ваши вещи и изучил их, но мне хотелось бы узнать о некоторых юношах, что подло поступили со мной, написав безобразные сочинения обо мне, — сказал тот, слегка склонив голову. "Нет, определённо это и есть Павел I. Но как?! Галлюцинация? У нас с Аней одновременно что ли? Мы так заработались, что видим мёртвого императора?!" — А вы, простите, кто? — спросила Аня, прячась за спиной учителя. — Хм, не стыдно не знать меня? Вы имеете честь говорить с императором Всероссийским, Павлом Петровичем из династии Романовых, — сказал мужчина, разводя руками в разные стороны. Кажется, ещё чуть-чуть и Денис упадёт в обморок. "Если это розыгрыш, то он не смешной! А если нет? Боже мой, а вдруг и, правда, воскрес?!" — но приглянувшись, учитель понял, что через Павла едва заметно был виден его рабочий стол. "Призрак, что ли?" — Что вы здесь… делаете? — спросил Денис, когда понял, что может нормально говорить и перестать притворяться статуей. — Я же сказал: хочу посмотреть на тех юношей, которые грубым образом исказили мою историю вдоль и поперёк и обозвали меня "сумасшедшим придурком" и "чокнутым недоумком"! — было видно, что он начинает потихоньку раздражаться. — Исказили историю? — и только сейчас Денис понял, о чём именно говорил умерший император. Невольно он покраснел, когда услышал последние слова умершего. Стало стыдно. — Вы про Смирнова, Чернакова и Васильева? И что же вы с ними собрались делать? Вы же понимаете, какая у них может быть, эм, реакция на вас? Появится слишком много вопросов… — Вопросы? К чему же они их зададут? — Почему вы здесь в виде призрака, логично же? — Денис ещё раз осмотрел "гостя". — Подождите, а как вы вообще здесь оказались? — Мы решили посетить вашу школу, потому что на ваших уроках происходит невесть что, — Павел Петрович покачал головой и оглядел кабинет. — И не только на ваших уроках, а в государстве нашем! — Подождите, вы сказали "мы"? — похолодел Денис. — Вы здесь… не один? Павел покачал головой и улыбнулся, смотря за спину живым. Денис и Аня сразу разгадали его взгляд и медленно обернулись. — Мама дорогая, — прошептала Аня, уставившись ещё одного "визитёра". На пороге стоял Николай Михайлович Карамзин. Писатель внимательно рассматривал кабинет, а потом посмотрел на учителя и ученицу. — Добрый день, — склонил мужчина голову и прошёл в глубь класса. — Просим прощение, если доставим вам дискомфорт, но у нас есть несколько вопросов. — А сколько вас? — спросила Аня, идя следом за учителем к столу. Денис сел за стол и начал наблюдать за пополнением класса. Всё новые и новые личности собирались, причём из разных времён, можно даже сказать веков. Мыслители, писатели, революционеры, государственные деятели и так далее. В общем человек тридцать точно набралось. Полный класс. — Анют, ты бы присела, мне кажется, урок будет длиться гораздо дольше обычного, — устало сказал мужчина, уже не удивляясь увиденному. Что ж, задача сегодня усложняется в несколько раз. Перед ним не дети-семиклассники, а вполне себе взрослые люди, известные личности, которые, на секундочку, мертвы. Впервые ему достался такой "разнообразный" и "необычный класс". Денис не знал, как себя вести с ними. — Что ж, начинаем урок, — по привычке начал говорить мужчина. Денис едва не добавил "Кто будет отвечать?", но вовремя одумался. Но, как будто услышав его мысли, первым встал из-за парты Карамзин. — Позвольте мне начать. Хотелось бы удостовериться в том, что вы — человек знающий свой дело. Ведь так? — дождавшись ответного кивка, он продолжил. — Так вот, раз уж вы — знающий своё дело, к тому же прекрасный, по словам ваших учеников учитель, почему ваши дети пишут такие гадости про нас? Разве мы достойны такого отношения к себе? А что пишут о нас другие люди? — Вы ещё про искажение истории добавьте, Николай Михайлович, — подал голос царевич Алексей, поднимая на мужчину свои грустные карие глаза. — Сколько про себя я успел услышать и прочитать. И не скажу, что обидно, скорее непонятно… — Не вы один, Алексей Петрович, — закивал Григорий Распутин, соглашаясь с царевичем. — Из меня не пойми кого сделали, я чуть ли не колдун, который использовал императора и его семью! Срам-то какой, в чём меня обвинили!... Что у людей в головах творилось тогда и творится сейчас, не понимаю! — Кажется, у вас возникли проблемы, Денис Алексеевич, — шепнула Аня учителю, пока "гости" учинили распри между собой. — Как вы отвечать будете? — Знаешь, чтобы ответить здесь, мне придётся сначала утихомирить их, — Денис тяжело выдохнул и начал искать у себя что-то. — А ну-ка тихо! Ей Богу, ведёте себя хуже, чем семиклассники, а ведь на несколько веков старше! Успокойтесь! Гул не собирался стихать. Более того, они начали спорить между собой, порой доходя до криков. Аня закрыла уши, а Денис нашёл толстый словарь исторических терминов и ударил им по своему рабочему столу. В классе воцарилась тишина, а ещё минуту назад кричащие люди, простите, призраки уставились на учителя. — Господа, я всё понимаю, вы недовольны, злы, и требуете ответа на свои вопросы. Прошу, рассядьтесь по местам и прекратите орать. В конце концов, прохожие, чего доброго, полицию вызовут и что мне им объяснить нужно будет? — Денис снова сел за стол. — Сядьте и говорите по одному. Как ни странно, его удар сработал. Переглянувшись между собой, они сели обратно. — Как вы вообще разговариваете с нами? — возмутился Александр I Павлович, едва не выскакивая из-за стола. — Прошу прощения за тон, но по-другому вас было не утихомирить. Вы находитесь в моём кабинете и, будьте так любезны, соблюдайте установленные здесь правила, — Денис покачал головой и продолжил. — Раз уж у вас появились вопросы и именно из-за них вы явились аж с того света, я отвечу на них. Ну, постараюсь ответить. Денис собрался с духом. — Так, насчёт сочинений седьмых классов, в том числе и моего "Б" класса. Дети ведь откуда берут идеи и сочинения? Из интернета, а там такое сейчас пишут, вам даже знать не стоит. Пользуясь интернетом, они либо полностью берут сочинения других людей, которые не отличаются достоверностью и правдивостью, либо используют идеи, которые тоже не вызывают доверия. Поэтому и сочинения такие выходят, — Денис мельком взглянул на Аню и поспешно добавил. — Но это не значит, что все мои ученики — бездарности. У некоторых из них выходят хорошие и приятные сочинения, проекты. Просто нужно к каждому находить свой подход и тогда можно добиться отличного результата. — А что же насчёт искажения и совращения нашей истории? — спросил Василий Осипович, поправляя очки на переносице. — Неужели труды мои и моих коллег были напрасны? Потомки совершенно не ценят того, что нам удалось узнать, записать и сохранить! Говорят одно, пишут второе и учат третьему! Что же в будущем будет? Останется ли вообще истина в истории нашем государстве? — А сейчас наши работы признают либо ошибочными, либо неправдоподобными или наоборот, хранят, но не берут для работ, — поддержал Сергей Михайлович, печально качая головой. — Не ценят нашего наследия. А потом ещё и споры ведут о том "Кто виноват в ошибках". Печально и, увы, правда. Денис не нашёлся, что сказать. Несмотря на то, что они давно мертвы, это ведь правда. Никто из нынешнего поколения не ценит всего того, что осталось от прошлого. Не читают, не замечают и не запоминают ошибки, которые подробно описаны в произведениях. Культура, история, личности. Всё это, если и интересует людей, то только единицы. И это касается не только истории или литературы. Философские взгляды на жизнь давно переменились и не в лучшую сторону. — Что же вы молчите? — спросил Александр Сергеевич, вскакивая из-за стола. — Что, и сказать вам нечего? Но прежде, чем Денис успел сказать хоть слово, началась неразбериха. Писатели и поэты, в лицах Карамзина, Пушкина и Гоголя повыскакивали из-за своих мест и бросились к книгам, император Александр I внимательно рассматривал в своих руках бюст Наполеона, а потом вытянул руку вперёд, как будто намереваясь разбить его об стену. — Поставьте на место Бонапарта! — закричал Денис, поднимаясь из-за стола и едва не упав из-за стула Ани, которая вообще сидела ни жива, ни мертва. — Не троньте бюст! — мужчина помнил, как долго ему пришлось склеивать его после того, как прошёл урок у "Б" класса. В это же время Герцен и Бакунин с видом полного отвращения прочитывали книгу о монархии и последних её годах. И вид был такой страшный, они, видимо, были готовы порвать несчастную книгу. — Подождите, положите книгу на место! Она старинная и очень дорога мне! — бедный учитель не знал, что ему делать. Не разорваться же ему. И тут понеслась. Чуть ниже живота Александра Сергеевича появилось алое пятно, голень Багратиона также стала красной, а кожа обоих побледнела. На шее императора Павла I появилась синяя борозда, как от удушья, а потом появились синие и лиловые синяки. Побледнели и император Александр I, Александр Герцен и Михаил Бакунин. Аня вскрикнула и рухнула в обморок, а Денис начал отходить назад. Толпа мертвецов приближалась к нему, что-то говоря, крича и бормоча.

***

— Денис Алексеевич! Денис Алексеевич, просыпайтесь! — Аня продолжала трясти мужчину, пока тот, наконец, поднял голову и посмотрел на ученицу сонными глазами. — Учебники и книги перенесены, мы можем идти домой? Вам помощь не нужна? Денис помотал головой и огляделся. Книги, стоящие на полках в его кабинете, были целыми и невредимыми, портреты великих людей России также были целыми. Стулья задвинуты, учебники лежат на первой парте. "Неужели приснилось? Ох, ну, и слава Богу. Не хотелось бы пережить этот кошмар ещё раз". — Да, вы можете идти, — кивнул мужчина. — И предупреди остальных насчёт проектного дня, который состоится завтра. Аня кивнула, схватила свой рюкзак и выбежала из кабинета, за которым послышались голоса остальных семиклассников. На следующий день всё было, как обычно. Денис вёл урок у седьмого "Б" класса и как раз начал проверять домашнее задание — проекты, заданные ещё на предыдущей неделе. — Так, кого нет сегодня? — спросил Денис, открывая классный журнал. — Смирнова Никиты и Васнецова Кирилла, но они сейчас, наверное, из спортзала идут, — сказала Аня. В это время двое парней неспеша шли по второму этажу, тихо переговариваясь между собой. — У нас сейчас история? — спросил Кирилл, убирая телефон в карман. — Ага, может ну её? Надоело, если честно проходить всяких императоров и как их там… а, деятелей всяких, да даже воины там скучные и неинтересные, — говорил Никита, вытаскивая из ушей наушники. — Белеберда всякая, которую нам опять будет рассказывать Денис Алекс… — Смирнов замер, во все глаза уставившись другу за спину. — Ну вот что, господа. Вы сейчас же идёте на урок истории к Денису Алексеевичу и рассказываете, почему опоздали. Иначе разбирательства будут не с ним, и не со мной, а с моими хорошими гвардейцами, — раздался насмешливый голос прямо за спиной Васнецов. Не дослушав до конца, оба парня ринулись с громкими криками в сторону лестницы, под хохот едва видимого человека, который неспеша удалялся в противоположную сторону.