Часть 1
21 августа 2021 г., 10:00
Ричи ждёт на обочине, когда приедет его машина. Эдди велел ему позвонить, когда он приземлится, но Ричи ещё не позвонил. Он и так задержался в аэропорту дольше, чем обычно, сознательно оттягивая неизбежное. Он крепко сжимает в руке чашку с кофе, поглаживая её. Первое, что он сделал, сойдя с самолёта, — это отправился в «Данкин Донатс», — место, которое он искренне любит и боготворит. Дома ему приходится проделывать долгий путь до ближайшей кофейни, в то время как здесь, на восточном побережье, он не может дрочить, не задев ни одного «Данкин». После этой остановки он слишком долго слонялся в книжном магазине, просматривая каждый журнал сплетен, чем вызвал настолько подозрительный взгляд продавца за прилавком, что физически почувствовал его спиной.
— Эй, ты слышал? — сказал Ричи вслух, хлопнув по обложке тыльной стороной ладони. Новости были немного старыми и к тому же переизданными для текущего месяца, но ему всё равно было странно видеть заголовок: — Ричи Тозиер — гей.
— Вы Ричи Тозиер, — указал продавец. — Вы собираетесь что-нибудь покупать или нет?
Сейчас Ричи переносит весь свой вес с левой ноги на правую, и от болезненного напряжения в бедре его нога чуть не подгибается. С ней были проблемы с тех пор, как он слегка упал с высоты на неровную каменистую поверхность пещеры, в которой они сражались с Оно. Блять, теперь ему придётся спать на чудной кровати или, что ещё хуже, на видавшем виды диване. Утром его вынесут из квартиры Эдди на носилках.
Когда Эдди пригласил его в гости на следующие выходные, Ричи спросил, не нужно ли ему что-нибудь привезти. Эдди ответил: «Ничего, кроме себя». В голове Ричи пронеслась мимолётная мысль появиться у него на пороге в плаще, под которым ничего не будет, и хриплым голосом сказать: «Ты это имел в виду?»
Ричи чуть было не купил несколько бутылок алкоголя в дьюти-фри, но ему пришлось бы выбросить одежду из рюкзака, чтобы освободить место. Он жалеет, что посчитал приоритетом одежду, а не попытку использовать свои мозги по назначению. Он может купить больше одежды — вот дурачок, совсем забыл взять с собой что-нибудь полезное, — но он совершенно не способен успокоить собственные нервы. Без разницы, как долго он будет фокусироваться на текущем моменте или сколько свежего воздуха вдохнёт и выдохнет: чувства, что он испытывает, не исчезнут.
«Просто позвони ему, дурак, — думает Ричи. — Он уже знает, что ты приедешь. Он пригласил тебя. Если ты не позвонишь ему, он позвонит тебе. И если он позвонит тебе, ты ответишь. И если ты ответишь, то тебе в любом случае кранты».
— Привет, Ричи, — здоровается Эдди после первого гудка. — Где ты? Ты приехал?
— Я прямо сейчас сажусь в свою стальную колесницу, — отвечает Ричи. Его машина подъезжает, и он машет водителю, бросая рюкзак на заднее сиденье и осторожно забираясь за ним следом. — Скажи, в твоём доме случайно нет лифта?
— Есть, а что? — говорит Эдди, и его голос окрашивает беспокойство. — Что ты привёз?
— Ничего, кроме себя, — заявляет Ричи. — Кажется, я сломал бедро, когда стоял на тротуаре.
— О, ясно, да, — говорит Эдди. — Ты в порядке?
— В полном, — отвечает Ричи. — Ты уверен, что это нормально? Я могу забронировать номер в отеле и заскочить за тобой на ланч.
— Нет, всё совершенно нормально, — заверяет Эдди. Ричи замечает слабое эхо на другом конце линии, как будто тот находится в ванной. — Майра совсем не возражает. В смысле у меня никогда не бывает гостей, так что это не такая уж большая проблема.
— Ладно, — говорит Ричи. — Скоро увидимся.
— Не могу дождаться, — отвечает Эдди, и Ричи слышит улыбку в его голосе, прежде чем он кладёт трубку.
Ричи опускает стекло и наполняет лёгкие как можно большим количеством свежего воздуха, чтобы вытеснить сидящий в них ужас. Он не может поверить, что так отчаянно хочет оказаться с Эдди в одном пространстве, что согласился переночевать в доме, который тот делит со своей женой. Это правда единственная возможность, когда они могут встретиться, в этот конкретный уикенд — по крайней мере только они вдвоём. Что ж, Ричи должен заставить себя мысленно исправиться — они втроём. Он не видел Эдди с прошлого месяца, когда всем Неудачникам удалось собраться на выходных и провести время вместе, и теперь кажется, что прошла уже вечность. Он думает, что сделает всё что угодно, чтобы увидеть его прямо сейчас.
***
Прошлый месяц. Ричи сидел в кресле Патти в их со Стэном гостиной, переваривая еду, которую хотел бы сохранить в своём желудке навсегда, если это означало также навсегда остаться здесь со своими друзьями. Бен, Майк и Бев растянулись на полу, чтобы разложить настольную игру, которую они придумали вместе и которая становилась всё более непонятной, чем дольше они объясняли правила. Билл внимательно слушал и делал пометки в блокноте. Эдди воспользовался коленом Ричи, чтобы приподняться с дивана. Ричи схватил его за запястье, чтобы остановить. — Ещё пива? — попросил Ричи. — Будь душкой? — Можно я схожу в туалет отлить? — спросил Эдди. — Я бы хотел, чтобы ты так и сделал, — сказал Стэн. Ричи снова переключил внимание на настольную игру, пытаясь добавить свои собственные правила, в то время как Билл чуть ли не плакал от противоречий каждого нововведения. Эдди подкрался к Ричи сзади и приложил ледяную бутылку к его затылку. Ричи тихонько вскрикнул, и Эдди рассмеялся. Он сделал глоток из открытой бутылки и протянул её Ричи, и тот устроил целое шоу, якобы не вытирая горлышко, а отправляя его сразу в рот. Эдди уселся на полу рядом с Майком. Через несколько минут он вытянул перед собой ноги и потянулся. Его рубашка задралась сзади, и Ричи не мог не посмотреть на полоску голой кожи. Затем Эдди передвинулся так, что его спина прижалась к ногам Ричи. Он настойчиво извивался, заставляя Ричи раздвинуть колени и освободить для него пространство. Ричи сидел в напряжённой и неподвижной позе, пока Эдди не положил голову ему на колено и не задремал. Он просто хотел устроиться поудобнее и подумал, что Ричи отлично для этого подходит. — Удобно? — спросил Ричи. — Теперь да, — ответил Эдди.***
Текущий месяц. К тому времени, как Ричи добирается до квартиры Эдди, бедро болит намного меньше, и он подумывает всё-таки подняться по лестнице, просто чтобы выиграть чуть больше времени. Но его ловят и пригвождают к земле суровая линия бровей и пара глаз, в которых он бы умер, если бы у него был выбор. — Привет, — говорит Эдди и, как только их взгляды встречаются, опускает скрещенные на груди руки. — Привет, ты не знаешь, в какой квартире живёт Эдди Каспбрак? — спрашивает Ричи, стараясь говорить достаточно громко, чтобы все прохожие слышали. — Я стриптизёр, которого он заказал. — Что ты за стриптизёр? — спрашивает Эдди в ответ, сурово оглядывая Ричи с головы до ног. — Что у тебя за образ? — Мой костюм сексуального пожарного в стирке, — объясняет Ричи. — Я раздеваюсь в образе лохматого парня, который хочет пообниматься и наесться от пуза. — Понятно, — заключает Эдди, наконец сдвигаясь с места. Ричи бросает рюкзак на землю, возможно, немного драматично, и яростно обнимает Эдди. Он впивается пальцами в его рубашку, чувствуя под ней мускулы и бугорки от шрамов. Эдди обнимает с такой же силой, поворачивая голову, чтобы спрятать её на груди Ричи, и дышит громко и тяжело. Ричи задаётся вопросом, почему Эдди встретил его на улице, а не подождал и не поприветствовал в дверях. Может, по какой-то причине Эдди не хотел, чтобы его жена видела это; может, ей было бы неудобно смотреть, как Эдди обнимает Ричи; может, она бы увидела по лицу Ричи, что тот в некотором смысле принадлежал Эдди. Они поднимаются в квартиру, чтобы Ричи мог переодеться и немного отдохнуть, прежде чем они отправятся поесть. Ричи бросает в дрожь от нервов, когда он входит в дом Эдди и его жены, как будто он вообще не должен здесь находиться. Ричи даже никогда не встречался с этой женщиной лично. Однажды он разговаривал с ней по телефону, когда Эдди лежал в больнице в штате Мэн и Беверли надоело с ней разговаривать, поэтому она передала трубку ближайшему человеку, которым, к сожалению, оказался Ричи. Он даже не помнит, что сказал ей или что она сказала ему. Ричи кажется, что он вот-вот встретит человека, который уже его ненавидит — как будто он выходит на сцену перед публикой, которая слышала о нём и решительно недолюбливает его. В каком-то смысле он чувствует облегчение, потому что не обязан производить впечатление. Он может проявить вежливость. Эта женщина — жена Эдди, — у неё есть имя, он должен научиться им пользоваться, — Майра, в конце концов, позволяет ему оставаться в её доме, чтобы он мог общаться с Эдди. Она не может быть такой уж плохой. Когда Ричи входит в квартиру, Майра лежит на диване и плачет. Желание убежать простреливает его позвоночник с такой силой, что у него едва не начинает кружиться голова. — Так вот из-за кого ты выгоняешь меня из моей собственной постели, — говорит Майра Эдди и переводит покрасневшие глаза на Ричи. — Приятно познакомиться. Ричи оглядывает комнату, его взгляд принимает какое-то бешеное выражение от отчаянной попытки что-то сказать. — Привет, да, спасибо, что разрешила мне остановиться здесь, — отвечает Ричи, не глядя Майре в глаза, и поднимает маленькую фигурку с каминной полки. — Классные, гм, кролики. Она смотрит на него, пока он не кладёт кроликов обратно. Рядом с кроликами стоят свечи без запаха, и они даже есть в нескольких настенных канделябрах, создающих атмосферу, как будто здесь нет электричества. Ричи знает, что они без запаха, потому что всё, что он чувствует, — это остатки лимонного аромата чистящих средств и его собственного пота. Он хотел бы, чтобы свечи были ароматизированными: тогда он мог бы скрыть зловоние своего стресса. — Золотце, — говорит Эдди, и сердце Ричи на секунду сжимается так сильно, что чуть не превращается в сверхновую, которая могла бы поглотить внутренние планеты, просто от секундной мысли, что Эдди обращается к нему. Но он продолжает: — Майра, я же говорил тебе, что Ричи страдает от физических недугов, которые могут усугубиться, если он будет спать на диване, и ты знаешь о моих проблемах со спиной, так что это просто логично, чтобы ты спала здесь. — Что? — говорит Ричи, совершенно не понимая, чем вызвано напряжение в комнате. — Майра просто немного расстроена, потому что я попросил её уступить нашу постель нам с тобой, пока ты здесь, — объясняет Эдди, не глядя Ричи в глаза. — О, — потрясённо произносит Ричи. Он вдруг тоже немного расстроен этим, если честно, но не может сказать почему. — Это типа вообще необязательно, Эдс. — «Эдс»? — повторяет Майра. — Это не его имя. — Всё в порядке, — уверяет Эдди, выставляя руку в успокаивающем жесте. — Это просто прозвище. У Ричи отвисает челюсть. Что, чёрт возьми, здесь происходит? Эдди поворачивается к Ричи с таким же жестом, пытаясь прояснить что-то другое. — Я просто сказал Майре, что, ну, было бы разумнее, чтобы мы спали на кровати, — добавляет Эдди, «мы», очевидно, — это он и Ричи. — Я понимаю, что у вас обоих проблемы, — говорит Майра, и Ричи чуть не смеётся вслух оттого, насколько она права. — Всё в порядке. Я согласна. Мне просто не нравится, когда меня выгоняют из собственной постели из-за... из-за... Ричи даже не может начать заполнять этот пробел. Для странного мужчины, которого она никогда не встречала; для этого чудака, который сказал ей по телефону, что её муж перенёс опасную для жизни травму, когда он и группа его друзей, о которых он никогда раньше не упоминал, валяли дурака в заброшенном доме детства; для третьесортного комика, который произвёл средний фурор в журналах сплетен своим поздним каминг-аутом; для этого человека, который источает такое сильное желание к Эдди, что его должно быть видно как физическое проявление, как тень. — Эдди, ты понял, — сдаётся Майра. — В таких вот ситуациях. — Это всего на пару дней, — говорит Эдди; он явно раздражён, как будто ему уже не раз приходилось это повторять. — Прости, я пытался поговорить с тобой об этом вчера вечером, но... Ричи думает, что должен возразить, потому что, возможно, это очень странно — оставаться в доме друга и спать с ним в его супружеской постели, в то время как супруга должна спать в гостиной без веской на то причины. Он вполне мог бы остановиться в отеле, он мог бы снять соседние номера для себя и Эдди, и, чёрт возьми, он мог бы снять номер и для Майры, если бы она захотела. Он представляет, как они все вместе идут в спа-салон отеля и делают массаж лица, и сильно бледнеет от одного мысленного образа. Он предложит это Патти и Стэнли в следующий раз, когда приедет к ним, — такая идея намного приятнее. Эдди отводит Майру в сторону и что-то шепчет ей, она шепчет в ответ, и Ричи не совсем слышит, но ему кажется, что он улавливает, как она говорит: «... изменял?» — Нет, — говорит Эдди обычным голосом. — Всё было совсем не так. Они перешёптываются снова и снова, Эдди даёт понять, что не отступит, — с тем, как много жестов делают его руки. — Если ты так злишься, почему бы тебе не пожить у сестры? — выпаливает Эдди слишком громко для шёпота. — Это мой чёртов дом, — так же громко шепчет Майра в ответ. — И ещё, — встревает Ричи, поднимая странное украшение из веточек. — Классная веточка.***
Эдди уводит Ричи на обед, и они отправляются на долгожданную прогулку, по крайней мере для Ричи. У него внутри бурлит столько энергии, что, если бы его тело позволяло, он бы катался колесом по улице. Вместо этого он идёт как можно быстрее и высмеивает Эдди за то, что тот не поспевает со своими коротенькими ножками. — Мои ноги пропорциональны моему телу, — защищается Эдди, когда Ричи останавливается, чтобы он догнал его. — О, в отличие от меня? — спрашивает Ричи. — Ты это хочешь сказать? Ты это хочешь сказать, да? — Да, — отвечает Эдди. — Ты выглядишь как сраный жираф без шеи. — Ты когда-нибудь видел, как пьют жирафы? — говорит Ричи и внезапно останавливается — Эдди обгоняет его, а затем оборачивается, чтобы посмотреть. Ричи наклоняется, расставляя ноги и руки в разные стороны, и, усаживаясь на корточки, пригибается так близко к земле, что может высунуть язык и лизнуть тротуар. Он высовывает язык и притворяется, что собирается это сделать. — Не вздумай! — Эдди смеётся и подбегает к нему, помогая встать. — Боже, ты убьёшься, если будешь так сгибаться. Ричи думает, что его суставы должны болеть сильнее, но кайф от того, что Эдди наблюдает за ним и что он развлекает Эдди, сильнее любой физической боли. А потом Эдди берёт Ричи под руку, прямо на тротуаре, на глазах у всех, и они идут так дальше. Ричи думает, что эйфория от факта, что он гулял с Эдди под руку, никогда не пройдёт; он никогда больше не почувствует себя плохо. — Я так рад, что ты приехал, — говорит Эдди. — Даже несмотря на то, что ты заноза в моей заднице. А может быть, и потому, что ты заноза в моей заднице, не знаю. — Хотел — получай, — отвечает Ричи, наслаждаясь тем, как их кожа слипается в месте соприкосновения, как смешивает пот их тел. — Мне нравится, когда мы все собираемся, — осторожно произносит Эдди. — Но мне и нравится, когда встречаемся только мы с тобой. Ричи хочет поцеловать его так сильно, что ощущает вкус своего желания. Он знает, что Эдди ел на обед, он хочет попробовать немного его блюда прямо сейчас, прямо у него изо рта. — Посмотрим, что ты скажешь, когда я буду пердеть под одеялом и пинать тебя в лицо, — предупреждает Ричи. — Пинать в лицо? — спрашивает Эдди. — Мы будем спать валетом? — О, я просто подумал, — говорит Ричи, — это всего лишь предположение. — Да нет, если ты так хочешь– — Нет, дело не в этом– — Мы никогда так не спали в детстве, вот и всё, — обрывает Эдди. — Мы просто до последнего не ложились, разговаривая в постели, и так и засыпали. — Я скучал по этому, — говорит Ричи, удивляясь вспыхнувшему гневу и слезящимся глазам. — Мы всё вернём — обещает Эдди и сжимает его руку.***
К тому времени, когда они возвращаются, Ричи изнемогает от смены часовых поясов, беспрерывных скачков адреналина и прогулки, которая длилась больше пятнадцати минут. Ещё довольно рано, но он уже готов ко сну. В гостиной работает телевизор, и Майра уже лежит на диване, накрывшись одеялом, смотрит в телефон и игнорирует их. — Ничего, если я приму душ? — спрашивает Ричи. — Да, конечно, — отвечает Эдди. — Я бы предпочёл, чтобы ты так и сделал. — Ладно, теперь не буду, — говорит Ричи, а затем поднимает руку и хватает Эдди за шею, прижимая к себе и атакуя сильным запахом своей подмышки. — Я убью тебя! — кричит Эдди, толкая Ричи с такой силой, что тот врезается в стул и опрокидывает его. — Мальчики, потише, пожалуйста! — просит Майра, приглушая громкость телевизора. — У меня болит голова. У Ричи возникает такое внезапное ощущение дежавю, — будто вновь пережитое воспоминание, — что ему приходится прикрыть рот рукой, чтобы сдержать истерический смех. — Совсем как в детстве, — ухмыляется Эдди, словно вспоминая то же самое. Шаги мамы Ричи грохочут на лестнице, дверь его спальни распахивается, и она в десятый раз кричит им, чтобы они заткнулись. — Да, точно, — соглашается Ричи и поднимает руку, чтобы дотронуться до лица Эдди, желая прикоснуться к нему и зная, что Эдди не будет возражать. В итоге он похлопывает Эдди по щеке, чтобы скрыть своё желание, и оставляет хмуриться, уходя в душ.***
Ричи не взял с собой пижаму; он обычно спит голым, просто на случай, если кто-то вломится в дом и ему придётся драться с грабителем голышом, — так у него будет невероятная история, — но он знал, что ему нужно надеть хотя бы минимум одежды в чужом доме. Он надевает чистое белье, чистую футболку и чистит зубы. Эдди входит в ванную как раз в тот момент, когда Ричи уходит, и им приходится протискиваться мимо друг друга. Ричи поворачивается и стоит в дверном проёме, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди. Эдди не велит ему перестать и не отсылает прочь. Он просто чистит зубы своей электрической зубной щёткой, по сравнению с силой которой зубная щётка Ричи похожа на тряпку на палочке. Эдди также использует зубную нить, затем ирригатор и, наконец, долго поласкает рот ополаскивателем. — Ты делаешь это каждый вечер? — спрашивает Ричи, пытаясь вспомнить, видел ли он когда-нибудь, как Эдди готовится ко сну, во время других уикендов в компании друзей. Он так не думает. Момент невероятно интимен: самая уязвимая часть ночи Эдди, когда тот смывает с себя прожитый день и собирается ложиться спать, — и Ричи позволено быть свидетелем. Он мог бы к этому привыкнуть. — Да, я забочусь о своём рте, — говорит Эдди, глядя на Ричи из-под ресниц. Ричи густо краснеет — неконтролируемая реакция на мысль о губах Эдди и заботе, вложенной в них, — хотя и знает, что Эдди не имеет в виду ничего такого. Они идут в спальню Эдди, телевизор в гостиной всё ещё мерцает. Ричи должен чувствовать себя виноватым. Не совсем нормально выгонять жену из её собственной спальни, чтобы устроить вечеринку с ночёвкой с лучшим другом; не то чтобы у Ричи когда-либо была жена или когда-нибудь будет, но он может предположить. Он тут играет с Эдди в семью прямо у неё под носом — и это едва ли правильно. Но Эдди так рьяно настаивает, чтобы Ричи делил с ним постель, как будто он станет самым счастливым человеком на земле, если снова переживёт воспоминания из детства вместе с Ричи, и кто Ричи такой, чтобы отказывать ему в этом? — На какой стороне ты спишь? — спрашивает Эдди и снимает с себя футболку — Ричи замолкает. Шрамы на его теле грубые и глубокие, и Ричи хочет прикоснуться к ним, почтить их как доказательство того, что Эдди выжил. Он настолько привлекателен, что у него текут слюнки. Ричи почти уверен, что мог бы обхватить Эдди за талию одной рукой и с лёгкостью поднять его, словно Эдди — сексуальный маленький гамбургер. — Э-э, — произносит Ричи. — С той, что ближе к двери. — Ладно, залезай, — говорит Эдди, проскальзывая под одеяло с той стороны, что ближе к стене. Ричи вдруг осознаёт, сколько места он занимает, какие длинные у него ногти на ногах, как сильно ему хочется прижать Эдди к матрасу, к любому матрасу, даже к этому, который тот выбрал со своей женой, и поцеловать его. Ричи выключает свет, выпрямляется и присаживается на край кровати. Устроившись, он мысленно горячо благодарит Майру за то, что она уступила ему кровать, потому что у него болит спина, даже когда он просто сидит. Диван бы уничтожил его. — Почему ближе к двери? — интересуется Эдди. Его голова лежит на подушке, выражение лица мягкое и любопытное, насколько могут судить привыкающие к темноте глаза Ричи, хотя в комнате не так уж темно: в окна всё ещё проникает много света с улицы, что очень радует. Он не снимает очков — опасная игра в постели, — он хочет видеть Эдди как можно дольше. — Не знаю, просто так всегда безопаснее, — отвечает Ричи и переворачивается, укладывая голову на руки. — Оу, ты защищаешь меня? — воркует Эдди, зевая сквозь лёгкую улыбку. — Может быть, — говорит Ричи. — Никогда не знаешь, кто может войти и... схватить тебя! Ричи протягивает руки, превращая их в орудия пыток, и принимается щипать Эдди за бока. Тот брыкается и пинается, издавая пронзительный злой смех. — Не щекочи меня! — воет Эдди. — Это нечестно! Я помню, ты не боишься щекотки. — Ты всегда можешь ещё раз проверить, — предлагает Ричи и снова краснеет, его тело нагревается, будто в знак предупреждения. Что-то в темноте ночи всегда заставляет его меньше бояться своих желаний. — Хм-м, — только и произносит Эдди. Они говорят о простых вещах, например, куда они пойдут завтракать утром, и какие места они хотят посетить, и как Ричи хотел бы, чтобы «Данкин» был рядом с его домом, а не в сорока пяти минутах езды, и как Эдди считает «Данкин» отвратительной забегаловкой и, если уж на то пошло, больше предпочитает «Тим Хортонс». — О, да ты с ума сошёл, — заявляет Ричи. — Канадский кофе? — Он вкусный, — возражает Эдди. — Ты его даже не пробовал. — И никогда не попробую, — говорит Ричи. Они обсуждают, как дела у других: всё ли хорошо у Беверли, у Майка, выпустят ли те когда-нибудь финальную версию их с Беном настольной игры и, если да, станет ли она хитом среди ботанов и задротов. Эдди спрашивает, встречается ли Ричи с кем-нибудь. — Нет, — прямо отвечает Ричи. — Ни с кем? — уточняет Эдди. — Даже после каминг-аута? — Люди всех полов по-прежнему испытывают ко мне одинаковое отвращение, — объясняет Ричи. — Эй, прекрати это дерьмо, — велит Эдди. Ричи пытается отшутиться, но он останавливает его: — Я серьёзно. Кто так сказал? Если у тебя есть их имена, я надеру им задницу. — Не беспокойся, — говорит Ричи, до слёз тронутый угрозами Эдди избить людей, которые не хотят с ним встречаться. — Это всего лишь я. Не надирай мне задницу. — Я надеру тебе задницу, хочешь ты этого или нет, — отвечает Эдди. — А ты? — спрашивает Ричи. Он хотел бы, чтобы они играли на равных: они не могут лежать здесь и говорить о мальчиках, когда Эдди женат, а его жена спит дальше по коридору. — Когда ты познакомился с хозяйкой? — О, после колледжа, — бросает Эдди, как будто это совсем не важно. — Давно, — заключает Ричи, не зная, что ещё сказать по поводу брака Эдди, кроме комментария о его продолжительности. — Ты знаешь, — говорит Эдди, но замолкает. Его кожа в тусклом свете синеет, и у Ричи возникает прошлогоднее болезненное воспоминание, когда Эдди чуть не умер. Тогда он так же замолчал. Ричи мог поклясться: он думал, что Эдди скажет что-то ещё, а перед этим — по глупости — подумал, что Эдди собирается его поцеловать. В итоге он только отколол шутку про мамку и чуть до смерти не истёк кровью. — Что? — просит Ричи. — Выкладывай, Эдс. — Не то чтобы я хотел украсть твою минуту славы и всё такое, но я целовался с парнем в колледже, — застенчиво продолжает Эдди, спрятав половину лица в подушку. Ричи хочет превратиться в привидение и летать по комнате. Похоже, они всё-таки поговорят о мальчиках. Он прочищает горло, и даже после этого его голос скрипит, когда он произносит: — О? — Это глупо, — отмахивается Эдди. — Это было вроде как на вечеринке. И в девяностых. Ричи тогда не был способен даже на это. И он не мог бы рассчитывать на нечто подобное с Эдди. Эдди никогда не принадлежал ему, но Ричи не может не думать обо всех шансах, что у него отняли. — Это не глупо, — возражает Ричи. — Наоборот, очень прогрессивно. Как прошёл твой маленький эксперимент? — Эксперимент? — повторяет Эдди. — Да, тебе понравилось? — интересуется Ричи. — Целоваться с парнем? — О, — произносит Эдди, и кажется, что его дыхание вдруг требует больших усилий. Его лоб блестит от пота, а цвет кожи изменился в голубом свете. — Да. Это было приятно. Мне очень понравилось. — Круто, — отвечает Ричи. Он хочет сделать что-нибудь своими руками, например, потрогать Эдди или разбить их молотком, но довольствуется тем, что судорожно хрустит костяшками пальцев; хруст приглушается одеялом. — И что конкретно тебе понравилось? Эдди подпирает голову рукой и смотрит на Ричи. Его взгляд блуждает в темноте: от глаз Ричи вниз и обратно. — Это было, гм, — начинает Эдди. — Это было именно то, чего я хотел. Он был... это было просто... Ричи решает, что больше не хочет слушать, как прошёл первый поцелуй Эдди с парнем без его участия. Он скрывает свои чувства смехом. Эдди садится и хмурится, в его глазах вспыхивает боль. Ричи тоже садится, желая быть на одном уровне с Эдди. Они достигли того момента ночёвки, где она перестаёт быть весёлой и начинает становиться реальной. Ричи раздумывает, не позвонить ли маме, чтобы она забрала его. — Извини, это не смешно, — говорит Ричи. — Я так и не думал, — отвечает Эдди. — Это правда мило, — уверяет Ричи. — А твоя жена знает? — Она не... Неважно, что она знает, — произносит Эдди с оттенком разочарования. — Ладно, — говорит Ричи. Если бы он мог расплющить себя в блин, он бы не медлил ни секунды. — Она разводится со мной, — добавляет Эдди. — Она сказала мне вчера вечером. Так что всё нормально. — Ой, мне жаль, — на автомате говорит Ричи. Он впитывает слишком много информации и слишком мало сна. Он ошеломлён по всем фронтам и не знает, что должен делать. — И это нормально, — повторяет Эдди, а затем берёт Ричи за подбородок, толкая его обратно на матрас, и целует. Ричи отвечает с чудовищной страстью, сжимая бедро и шею Эдди так сильно, что ему, наверное, больно, и открывая рот, чтобы язык Эдди скользнул в него, влажный и неистовый. Он выгибает спину, внезапно прижимаясь к телу Эдди, целуя его так, как всегда хотел. Эдди берёт Ричи под колено и подтягивает, направляя и оборачивая его ногу вокруг своей поясницы. Ричи шипит, когда их бёдра сталкиваются, — возбуждение Эдди встречается с его. — Прости, — выдыхает Эдди. — Твоё бедро в порядке? — Да-да, не беспокойся о нём, — шепчет Ричи в рот Эдди. Их прерывает скрип половицы в коридоре. Сердце Эдди бьётся так сильно, что Ричи чувствует его через собственную грудь: их сердца бьются друг о друга через кожу, мышцы и кости. — Я хотел поцеловать тебя, — шепчет Эдди и целует Ричи в щёку, в челюсть, голова Ричи откидывается на подушку, чтобы ему было удобнее. — Тогда, помнишь, когда я думал, что убил Оно, но не убил. У меня не было такой возможности. — Я помню, — отвечает Ричи, как будто это не единственное, о чём он вспоминает постоянно. — Я хотел, чтобы меня поцеловали. — Хотел — получай, — говорит Эдди. — Но, может быть, ты знаешь... — Не в супружеской постели, которую ты делишь с женой? — предполагает Ричи. Эдди кивает, медленно убирая руки от Ричи и перекатываясь на свою сторону кровати. Потом он, кажется, передумывает и уговаривает Ричи немного подвинуться, пока они не оказываются на одной подушке. — Да, хорошо, — соглашается Ричи. — Я могу подождать ещё немного. У Ричи кружится голова, он не может уснуть. Эдди хотел целовать его, поцеловал и будет целовать снова. Он перекидывает ногу через Эдди, чтобы притянуть поближе, пока не видит только размытые суровые брови и глаза, в которые хочет смотреть в момент смерти. — Здорово, — говорит Ричи. — Я думал, теперь совместные ночёвки будут больше раздражать. — О, так и будет, — уверяет Эдди. — Я храплю, как чёртова бензопила. — Как ты думаешь, Билл и его жена спят в одной постели? — интересуется Ричи. — Ну, — начинает Эдди, и его губы изгибается в ухмылке, содержащей все сплетни. Так они проводят время до рассвета.***
На следующее утро Эдди ведёт Ричи на завтрак. Они тихонько шаркают к двери, чтобы не разбудить Майру, и рука об руку идут в какой-то маленький ресторанчик, который очень нравится Эдди. Заняв столик в патио, он садится с той же стороны стола, что и Ричи. — Масло? — предлагает Эдди. — Джем? Что ты хочешь к своему тосту? — Эдди, если бы я мог, я бы подрочил тебе прямо здесь и намазал твою сперму на каждый кусочек, — отвечает Ричи. Эдди давится, но от лба до шеи заливается краской. — Сама мысль об этом. Одна только мысль. — Восхитительна, — добавляет Ричи, облизывая пальцы. После этого они бесцельно бродят по улицам, избегая возвращения в квартиру и встречи Майрой. Ричи вспоминает, что останется ещё на одну ночь, и ему становится дурно. — Значит, она сказала тебе об этом позавчера вечером? — спрашивает Ричи. — Она назвала причину? — Только то, что я плохой муж и она устала, — отвечает Эдди. — И, что ж. — Понятно, — говорит Ричи, кивая. — Думаю, на сегодня я сниму номер в отеле. — Хорошая идея, — поддерживает Эдди. — Не возражаешь, если я присоединюсь? — Вовсе нет, — отвечает Ричи. — Вообще-то, я бы предпочёл, чтобы ты так и сделал. Ричи берёт телефон, чтобы забронировать номер, и получает сообщение от Бев с вопросом: «Это ты?» и ссылкой.***
Я сука? Опубликовано livelaughlovemarty980928340709 23 часа назад АИТА¹, потому что попросила развода у моего мужа в тот день, когда его друг детства приехал в гости? Мой муж (40М) и я (40Ж) женаты уже более 10 лет. Все эти годы мы жили в настоящей домашней идиллии. Он во всём мне потакает, а я забочусь о нём лучше матери. Но в прошлом году он исчез на неделю, не сказав мне, куда направляется, и ни разу не связался со мной. Я ужасно волновалась и не знала, что делать. Потом мне позвонила натуральная хамка: это была его подруга (40Ж), которую я НИКОГДА не встречала, она попыталась сказать мне, что мой муж чуть не умер! Я отказывалась её слушать, и она передала меня ДРУГОМУ другу (41М), которого я тоже никогда не встречала. Он начал рассказывать мне, что моего мужа пронзил гигантский паучий коготь, когда они сражались с древним инопланетным клоуном в их родном городе, в общем, какой-то бред, и что мой муж выжил и находится в больнице. На моей памяти мой муж никогда не делал ничего подобного! Он никогда не попадал в опасные ситуации, не давая мне даже знать, где он. И с тех пор, как он вернулся домой, он стал другим. Он поскорее спешит навестить этих своих друзей и не приглашает меня с собой, хотя я его жена. Всё, что он делает, это говорит об одном друге, который рассказал мне о клоуне: «Мой друг сказал это» и «Мой друг сделал то». Это всё, что я слышу! До вчерашнего вечера я думала, что у моего мужа был роман. Теперь Я ЗНАЮ! Он сказал мне, что его друг приедет в гости, и попросил меня («попросил» — сильное слово! Он практически потребовал!), чтобы я спала на диване и уступила им нашу кровать! Нашу кровать! Я разозлилась и сказала ему, что это последняя капля и что я хочу развестись. Он казался немного удивлённым; я считаю, что знаю его как никто другой, поэтому я могу сказать, что он был напряжён. Может, мне надо было подождать другого момента, когда он не был бы так занят предстоящим визитом гостя. Но я просто не могла больше этого выносить! Разве это не странно, что мой муж выгоняет меня из нашей постели, чтобы разделить её со своим лучшим другом детства? АИТА, потому что сказала ему, что между нами всё кончено в трудное для него время?***
¹ AITA (Am I the asshole?) — акроним, распространённый на Reddit и обозначающий «Мудак/сука ли я в этой ситуации?».
