Пережиток прошлого

Наруто- это просто пережиток прошлого; неудачный опыт, первый опыт, тщательно и тщетно забытый. Нет, Саске не бежал от неловкости или смущения, он пытался скрыться от боли. Боли, которая настигнет его, как только тот посмотрит в яркие, излучающие притягательное тепло, небесные глаза. Саске знает это ужасающее чувство кола в сердце, да, не материального, но очень ощутимого на физическом уровне, так что младший Учиха старательно увиливает от вездесущего голубого цвета, скрываясь за дверью туалета богом забытого кафе, где решили собраться все бывшие одноклассники. Грёбанные одноклассники. Неразумные, дикие для нынешнего времени, лицемерные. Те, из-за кого абсолютно всё рухнуло, из-за кого целый мир, в лице одного человека, отвернулся, а жизнь, текущая сладкой мелодией, загорелась адским пламенем и наполнялась душераздирающими криками. Хотя эти крики уже давно не вырывались из разодранного горла; уже давно осколки сердца тихо валялись в бездонной пропасти, а не отрывались и падали с оглушительным треском; и душа, давно покинувшая это тело. Остался только холодный голос разума, который сейчас кричал всеми красными предупреждающими знаками, что нужно срочно сваливать с этого убогого подобия встречи одноклассников.   Но как уйти без розоволосой стервы, что сейчас щебечет другим девушкам  приторную ложь про отношения с Учихой. Всё же было глупо соглашаться на её «гениальный» план. Может она сможет похвастаться прекрасным принцем, что теперь якобы принадлежит ей, но вот для Саске данная афера может обернуться только бедой на голову. Как только Сакура смогла убедить его, что так однозначно ни у кого не останется сомнений насчёт его «тёмного прошлого»? Тёмного прошлого?! Это было самое светлое время во всей жизни Саске. Те тёплые загорелые руки, лучившиеся наивностью, заботой и необходимым пониманием глаза, пшеничные и мягкие волосы, широкая, подбадривающая улыбка- всё это растворяющиеся силуэты того времени. Но всё это- пережиток прошлого. Снова напоминает себе Учиха с горькой ухмылкой на лице. Иногда воспоминания бьют сильнее плети. В последние время их было хотя бы меньше, чем в стенах ненавистной школы в те несколько месяцев перед выпуском. Но сейчас вместе с не изменившимся гнездом пшеницы эти куски прошлого проносятся в голове, на мгновение становясь настоящим.  Наруто проходит мимо и останавливается около соседней раковины, умываясь в прохладной воде. —Э…Привет, Саске,— блондин стряхивает воду с подбородка и рук.  —Ага,— Учиха немного дергает бровями, сводя их ближе друг другу. —А ты всё такой же неразговорчивый,— видимо Наруто пытается немного разрядить обстановку. —Хм… —Слышал, ты с Сакурой встречаешься. Саске напрягся, неужели этот идиот поверил в такую брехню? И что это в его голосе? Печаль?  —Э, ну, счастья вам! Я рад, что вы сошлись. Черт, этот придурок в своём репертуаре, даже спустя стольких лет. Сколько они не виделись? Точно, три года. И каждый день Саске считал, начиная со дня своей смерти. А смерть была мучительной и незабываемой, но глупой. Всё могло быть по-другому, если бы Учиха тогда не пустил всё на самотёк, если бы тогда Узумаки хоть на минуту стал эгоистом. Всё шло своим чередом и было довольно розового цвета, а последний школьный год подходил только до своей середины, но в какой-то момент по классу пошёл слух, что «яркий» и «тёмный» встречаются. Тогда Наруто разорвал все связи с Саске, отстранился настолько, насколько это возможно. Учиха только после выпуска понял, что Узумаки так легко отвернулся от него только ради самого Учихи, чтобы его не начали презирать.  Впрочем, Учиха ошибся только в одном. Никакой легкости в этом поступке не было. Наруто также страдал: не спал ночью, пряча в подушке слёзы, еле собирал себя по кусочкам утром и пытался приклеить к лицу маску весельчака днём. Но Саске никогда этого не узнает, если каждый из них снова допустит ошибку. А они допустят.  Сейчас Наруто выйдет из уборной с звенящей мыслью о новых отношениях Саске и продолжит веселиться с бывшими одноклассниками, вновь натягивая надоедливую маску. Учиха в свою очередь снова промолчит и, тихо растворяясь в толпе, покинет раздражающую компанию. Снова, снова и снова оба будут утопать в тягучей боли, порознь, но вместе хватаясь за остатки пережитого прошлого.