Найти себя.

Джакони боялся, что мать осудит его за бездействие, что позволил Джитуку умереть. Правда нелегко далась льву, но лгать матери было не честно. Она должна была узнать всю правду о Джитуку. Сам же Джакони был в курсе примирения двух прайдов. Огорчало лишь то, что Векеса отказался от Эбел, как от своей жены и королевы. Джакони еще предстояло познакомиться с Зайрой – матерью Гатеры. Прайд тепло встретил Джакони. Они помнили его и были рады его возвращению. Больше всех радовалась Накато – подруга детства Джакони. Это была львица песочного окраса с голубыми глазами. Накато при первой встреча с восторженным выражением морды напрыгнула на него. - Ты вернулся! Я так рада! Джакони рассмеялся и позволил подруге повалить себя. Эбел с улыбкой наблюдала за воссоединением друзей. Накато сильнее прижималась ко льву и урчала. - Я так по тебе скучала! - Я тоже скучал, – признался Джакони. – Ты ничуть не изменилась. - Зато ты стал крупнее, – заметила Накато, когда слезла с Джакони. – И грива более пышной стала. - Спасибо, – поблагодарил её Джакони. - Потом расскажешь, что было в твоей жизни, – подмигнула львица, а затем напряглась. За спиной друга она увидела королеву прайда. – Мой совет, держись подальше от Зайры. Джакони обернулся и увидел красивую львицу темно-рыжего окраса с зелеными глазами и полосочками на лапах. Она свысока смотрела на новоявленного гостя. «У отца явная слабость к зеленым глазам», – заметил Джакони. Накато и Эбел напряженно следили за новоявленной королевой прайда. Остальные львицы с интересом наблюдали за происходящим. Было любопытно, как Зайра поприветствует сына короля. - И кто у нас здесь появился? – с презрением спросила Зайра. Гатера осуждающе посмотрел на мать. Векеса равнодушно лежал на камне и игнорировал происходящее. Араши стоял рядом с Гатерой и с интересом наблюдал. - Ваше Величество, – Джакони нехотя проявил хорошие манеры. Он почтительно поклонился королеве. – Меня зовут Джакони. Я сын Векесы и Эбел. Зайра презрительно фыркнула и ядовито посмотрела на бывшую королеву. Эбел сильнее напряглась, готовясь услышать очередную пакость. - Изгнанник решил вернуться к своей мамочке? – Зайра рассмеялась. – Не удивительно. - Мама, – предостерегающе прорычал Гатера. – Хватит плеваться ядом. - Все в порядке, Гатера, – Эбел стояла с гордо поднятой головой. – Да, мой сын вернулся домой. - А где второй? – усмехнулась королева. – Джитуку, вроде. - Он погиб, – ответил Джакони. Зайра ему не нравилась и он не мог понять выбор отца. – И на вашем месте я бы не советовал об этом язвить или зло шутить. - Ты мне угрожаешь? – Зайра выпустила когти и высокомерно посмотрела на Джакони. – В присутствии своего отца и всего прайда? - Это не угрозы, – ответил сын короля. – А предупреждение. Драться с вами я не стану, но словесный отпор дам. Эбел и Накато с гордостью посмотрели на Джакони. В свое время, бывшая королева предлагала Векесе сделать его своим наследником, а не Джитуку. Муж был категорически против этой идеи, несмотря на все аргументы Эбел. - Надеюсь, надолго ты здесь не задержишься, – зло прорычала Зайра и направилась к супругу. – От тебя смердит позором. Эбел угрожающе прорычала, а Джакони положил лапу на её плечо: - Она того не стоит. - Ты не представляешь, как она всех бесит, – прошептала Накато на ухо друга. – Хорошо, что Гатера не пошел в нее. - Мне не понятен выбор отца, – ответил Джакони. - Она родила сына, – напомнила ему Эбел. – Тут нет ни чувств, ни привязанности. Накато согласно кивнула на слова бывшей королевы. Конечно, прайд слушался Зайру, но королевой по-прежнему считали Эбел. Зайра об этом знает, и от этого еще сильнее злится и ненавидит серую львицу. Зайра расположилась рядом с Векесой. Король улыбнулся уголками губ. Ему понравилось, как Джакони повел себя. Сын вырос, повзрослел. Джакони стал мудрее с момента ухода из прайда. Векеса иногда вспоминал своего сына. До рождения Гатеры, он представлял, как готовит Джакони к роли короля. Он не раз пожалел, что не послушался Эбел. Возможно, все сложилось бы иначе, и Джитуку может быть, не стал бы таким алчным и жестоким львом. Да и с горным прайдом не было бы конфликтов. Несмотря на условности, между прайдами сохранялась напряженность. «Не стоит больше ворошить прошлое. Это ничего не изменит. Джитуку мертв, а Гатера станет следующим королем прайда. Джакони предстоит найти свое место в этом мире. Здесь он не может остаться, иначе это подорвет положение Гатеры. А этого я не могу допустить», – рассуждал Векеса, следя за Джакони. - Я ожидала, что ты поддержишь меня, – заметила Зайра, обращаясь к мужу. – Твой сын унизил меня при всех. - Джакони просто дал тебе отпор, – фыркнул Векеса. – Ты первая начала лезть на него. Могла бы просто поприветствовать его, а не нарываться на конфликт. - Осуждаешь меня? – прошипела львица. Она не любила мужа, для нее на первом месте всегда была власть. И Гатера был инструментом для достижения цели. – Смотри, как бы он дурно не повлиял на нашего сына. Векеса решил промолчать. Он видел, как Гатера подошел к Джакони и что-то сказал. Было видно, что братья нашли общий язык. Джакони не проявлял никакой агрессии или отстраненности. Во взгляде Гатеры читалось уважение и почтение к брату. - Он здесь, как гость, – Векеса все же ответил. – Не как член прайда, а временный гость. Придет время, и я сам попрошу его покинуть прайд. - Надеюсь на это, – сказала Зайра и прикрыла глаза. Векеса отвел взгляд в сторону. Пусть он сказал то, что думал, но на душе было неспокойно. Сердце сопротивлялось доводам рассудка. Джакони не Джитуку, и он никогда плохо не повлияет на Гатеру. Но он все равно должен будет уйти. Это... неизбежно. И так будет лучше для всех.