Миг

Прошло уже несколько часов с того момента, как я застал свою любимую жену со своим другом. Я зашёл домой и услышал до боли знакомый и ласковый смех. - Люси? - подумал я сразу. За женским смехом последовал другой, не менее незнакомый. - Адам? Я сразу же направился к спальне: оттуда шёл смех. Тихонько приоткрыл дверь и увидел то, что меня поразило: моя любимая жена Люси, которую я всегда любил, целовала моего лучшего друга, Адама, с которым мы были не разлей вода с самого детства и прошли сквозь многие преграды... Я невольно вскрикнул, прикрыв рот, уронил зонтик с рук. Моя жена заметила меня и тоже вскрикнула. На лице Люси и Адама застыла неловкость, стыд, их лица стали красными, подобно помидорам. Вдруг, суженные от стыда губы Люси изогнулись вниз. - Милый, я все объясню! Но я уже не слышал их. В моей голове звучало звон, взгляд застрял в одном месте, на зонтике, словно смотрел сквозь него. Я присел на пол, поднял зонтик. Мой друг что-то говорил, размахивая руками, но я ничего не слышал. Я не взглянул на него, медленно поднялся и, хромая, пошел на верх. Ступени лестницы скрипели, словно ворчливые старушки. Я оказался на крыше, сел кресло возле столика и стал курить сигарету. Спустя пару часов, пачка моих сигарет полностью закончилась. Тогда я заварил любимый чай. Робкие шаги послушались за моей спиной. Я смотрел на ночной город. - Дорогой, прости меня. Я должна была сказать раньше! - говорила она жалобным голосом, напоминая собачку, - но дело в том, что я больше не люблю тебя... Любовь ушла, извини! - я услышал всхлипывания. - Прости меня, скажи же что-нибудь! Я молчал. В моем горле застыл горький комок. Я вспоминал, как вечерами мы с Люси приходили на крышу и читали романы под светом свечи. Это было так давно, и этого не вернуть больше! Во мне кипела буря эмоций: грусть, скорбь по былым дням накрывала злобу на лучшего друга. С каждой минутой осознания произошедшего, во мне становилось больше пустоты. Я остался один в этом мире. Женщина, которую я любил с первого своего взгляда, женщина, на которую я тратил все, женщина, для которой я готов был свернуть весь мир, для которой было ничего не жалко, Люси обманывала меня! Уголки моего рта изогнулись, поднялись в улыбке. Но улыбка была не своевольная. Я не хотел смеяться, улыбаться. Я больше ничего не хотел. Я хотел бы, что бы ничего этого не было. Неосознанно для себя я издал нервный смех. -Зато я любил тебя, любил тебя всегда... И до сих пор люблю, или не люблю. Я больше не знаю, - говорил я дрожащим голосом, теребя в руках револьвер, - Я любил тебя сильнее, чем любил кого либо другого. Моя жена поступившим смотрела вниз. Я развернулся к ней, она подняла свой взгляд на меня. Тогда я увидел, ее глаза. Они были по-прежнему прекрасны, напоминали темную свежую вишню. Но сейчас, по ее щекам стекались хрусталики, слёзы. Они были словно драгоценные камни. В руках она теребила светлые локоны своих кудрявых волос. Когда она посмотрела на меня, она увидела револьвер в моих руках. В ее глазах застыл ужас, она закрыла рукам рот и разрыдалась. Наверно, подумала, что я убью ее. - Я не собираюсь убивать тебя, милая Люси, - сказал я тихо, поднявшись на край крыши. Она поняла, что я собираюсь сделать. Она закричала, разрывая горло, пытаясь остановить меня. Я крик смешивался с рыданием, она хотела подойти. - Милая Люси, ты была моим смыслом жизни... Но былого не вернуть. Прости меня... - выпалил я и выстрелил себе в грудь. Пуля не попала в сердце, я посмотрел на мою милую Люси в последний раз. Стоя спиной к городу и лицом к ней, я почувствовал, как теряю равновесие, - Прощай! Я пошатнулся, ноги подкосились и оторвались от края крыши. Я падал, глядя вверх. Капли крови падали вместе со мной. Я увидел, как Люси бросилась к краю крыши и потянула руку, но было поздно. Мое тело преодолело половину пути. Последняя слеза, кристалик льда упала с щёк. "Ну вот и все!" - промелькнула мысль. Оставалось мгновение, мгновение до конца. Но в этот миг я вспомнил всю жизнь. Всё, что было со мной и Люси. Я вспомнил самые яркие моменты. Они читались в моей памяти на много чётче, чем когда либо. Громкий хлопок. Мое тело приземлилось на землю и я умер.