Случившееся в баре - остаётся в баре

Понятия культурно выпить для Цзяня с Шенем не существовало. Если пить, то до беспамятства и внезапной поездки в Казахстан. Опрокинуть пару бокальчиков это не серьёзно, а вот вылакать пол бара это всегда пожалуйста. Сейчас был один из тех дней, когда оставшийся бармен молился, чтобы заведение не разнесли в щепки. Оно и понятно, наблюдать за тем, как в стену летят бокалы было не очень приятно, особенно, когда ты эти самые бокалы вытирал. Скольких уже нет? Пяти, может семи? Он не считал, всё равно вычтет больше десяти, зато количество матов из уст некого мистера, пытающегося залезть на барную стойку он посчитал - 13. Так вот, это самый мистер, ходил туда-сюда, держа в руке бутылку с вином и периодически отхлёбывал, на плече у него висели его же брюки, а обувь "аккуратно" стояла внизу. Он всё ходил, крутил бедрами, периодически говоря что-то на несвязном, непонятном языке, предположительно это был английский, с помесью...эм, китайского?  Бармен решил в это не лезть, а лучше думать о том, как много денег уважаемые тут оставят. - Эээй, Шен и чего ты отвернулся? - состроив кривую улыбку, покоритель барных стоек запустил брюки в сидящего к нему спиной собутыльника. Блондин, которому часть штанины попала в бокал, нехотя повернулся. - Не хочу я на твою задницу смотреть, - мужчина вернулся в исходное положение с тоской смотря на бокал. Нет, пить он это не будет. - А, что такое? Не нравится? - Нет, - отрезал Шен. - Это ещё как понимать? - Ты не в моём вкусе. - Пф, да быть того не может, - Джи нахмурился, и параллельно расстегивая рубашку начал допрашивать собеседника, - Азиаты тебе нравятся? - Азиатки, - поправил Шен. - На феминитивы потянуло? - А то. - Брюнетки? - Да. - Люди с симепт...симметричным лицом? - у Цзяня не только язык заплетаться начал, он никак не мог расстегнуть пуговицу и это его бесило. Шу в ответ просто кивнул, - С подтянутым телом? - Ну да. - Так всё сходится, я в твоём вкусе! - Джи снова расплылся в своей лисьей улыбке, на это раз окончательно покончив с рубашкой и запустив её в Шеня. Тот вздохнул и в очередной раз отметил, что тот ведёт себя как очень хреновая стриптизёрша. Хотя, он так и сказал: Хреновая из тебя стриптизёрша. А не в моём вкусе ты, потому что мужик. Все мужики не в моём вкусе. - Даже Лун? - Шен кивнул, - Фе, мой друг гомофоб, это надо исправлять, очень срочно исправлять! Выброси из своей крысиной головушки все глупые гетеросексуальные мысли! - Цзянь слез с барной стойки и сел рядом, расплываясь на диване и закидывая руку Шеню на плечо. - Всё, больше не танцуется? - Пф, я даже не начинал! - Чего это? Я бы тебе монеток в носки насыпал... - Мог не утруждаться, я вообще-то в трусах, все деньги оставляй там. - Надо же, достижении, знаешь кто так говорит? - Ну и кто же? - Мой племянник, а ещё он говорит "Да я не проститутка, а вебкам-модель! Дядя, вы не понимаете!" Говорю же, так ещё проститутка, прям как ты. - Ты сейчас договоришься и я тебе трусы на голову одену. - Тебе 2 года или старческий маразм начался? - Цзянь цокнул и угрожающе посмотрел на собеседника, - Ты не посмеешь... Трусы Шеню на голову конечно не одели, но зато их запустили куда-то в строну стола. Довольный Цзянь, вытянул свои красивые гладкие ножки, в носках попрошу заметить, и тут же начал возмущаться. - Фе, эти их кожаные диваны, не удобно. - Чё, задница прилипает, - у Шеня в планах была ещё масса шуток, которые он хотел озвучить, но его опередили. Джи с гордым видом уселся ему на колени. - Да, так гораздо лучше! Только брюки у тебя идиотские, мне не нравятся. - Потому что не надо на них сидеть голой зарницей! - Хочу и сижу. - Слезь, ты не пушинка вообще-то. - Ты хочешь сказать, что я жирный?! - смотря на своё идеальное, по его собственному мнению, тело прошипел Джи. - Я не хочу, я так и сказал. - А ты на крысу похож! - Не похож. - А говорю похож. Посмотри на свои крысьи ушки, на свои крысьи лапки, на шерсть на всему твоему крысьему тельцу. - У всех нормальных людей есть волосы по... - Нет, у меня вот нет! - Потому что ты не человек. - Правильно, я недосягаемый идеал! - Ты жаба, скользкий, гадкий, со своей жабьей жопкой. Слезь с меня говорю. - А вот и не слезу! - Цзянь развернулся так, что его голова гордо возвышалась над чужой макушкой и несколько раз поёрзал на коленях, находя более удобное положение. - Хватит ёрзать, - буркнул Шен держа чужую ляжку. - А всё, ты меня лапаешь, да? Не ёрзать, почему? Боишься, что у тебя на меня встанет? - расплывшись в ехидной улыбке, Джи двинулся ещё раз. - Нет, да чтобы у меня и на тебя, не неси чушь Цзянь! - Вот либо ты врёшь, либо ты импотент. - Ты идиот? Я просто нормальный - Нет, не нормальный, а припизднутый. У тебя и на мужа не встаёт? - Нет. - Говорю же, импотент! - Да не нравится мне мужики! - А за Луна зачем вышел, раз не нравятся? - С Луном сложная ситуация... - Думаешь я тупой и не пойму? - Заметь, ты это сказал. Я сам не понимаю. - Что трахаться тоже не нравится? - Не нравится, когда меня трахают, а трахаться нравится. - Фу, Шен, я мог и без этих подробностей жить! - То есть как рассказывать, про то, что за поебень вы творили с Цзы, так ты первый, а вот это, так мы сама культурность? - Цзяня обижено надул губы. - Всё, его императорское Величество в образе, самому-то не надоело? - он не ответил, бросив угрожающий взгляд в сторону Шеня, Джи расставил руку на спинке дивана, по обеим сторонам от чужой головы и навис сверху. - Что? - изогнув бровь спросил Шен, - Вы обиделись, Ваше Величество? - Лицо у Цзяня действительно выглядело весьма угрожающе, ну, не так как обычно, скорее как злая шиншилла: всё равно миленький и пушистый. Кстати, о пушистости: чёрные волосы лезли Шеню в лицо, от того появлялось желание почесать нос. И он как раз собирался это сделать, но чужое лицо оказалось в пугающей близости от его собственного. Вообще, Цзянь сказал ему какой-то бред на китайском, ах, извините, какую умную вещь на непонятном ему диалекте, плевать, Шен всё равно не понял. Зато Цзянь себя понял, и принялся целовать чужую Шею. Зачем? Ну, ему захотелось. Да, только засов Шу на шее не хватало. Лун снова будет истерить, но это его будет волновать завтра, а сейчас ему было, не более чем смешно и щекотно. Цзяню тоже нравилось, он целовал чужую шею, расстёгивал рубашку, терся самыми интересными местами об всё, что только можно. Не думайте, ситуация он оба понимали и в той или иной степени контролировали. Шу например не давал снять с себя одежду, а Цзянь, ну, периодически бурчал, что Шен его лапает. Шея Цзяню надоела, покусать ключицы ему не давали, а Шен устал держать его руки и просто сдался, откинув голову назад и прикрыв глаза. - Всё, старость? Неужто, Мышонок устал? - водя пальцем вдоль линии челюсти и периодически тыкая в щёку, Цзянь принялся доставать игнорирующего его Шеня. А тот молчал. - Ты там уснул что ли? - хотел было Цзянь пошутить шутку, но красавицу Шен не очень тянет, ну по субъективному Цзяньскому мнению, а вот на какую-то дохлую девку - вполне. С одной стороны, он хотел куснуть Шу за нос, а с другой. Ну целоваться Цзяню явно нравилось больше, поэтому он просто принялся мять чужие губы. Ему сразу же ответили, но свои гениальные шутки он рассказать не смог - был слишком занят. Францию Цзянь не любил, зато французский поцелуй вполне и Шен был с ним солидарен. Этим они собственно и занимались. Шеню не нравилась помада Джи, а Цзяню не нравился привкус коньяка. Но обоим нравилось, как второй целовался, поэтому от комментариев оба воздержались. От комментариев так же воздержался бармен, который вылез из-под барной стойки и лицезрел эту картину. Да уж, то что происходит в баре, остаётся в баре. Главное, что ему заплатят, не только за причинённый ущерб, но и за молчание.