Любовницей я быть не собиралась

Никитюк как всегда листала ленту инстаграма, не особо всматриваясь в фотки. Но одна привлекла её настолько, что хотелось уничтожить всё вокруг. Он счастлив с ребёнком на руках… «Теперь нас пятеро». К черту. Слезы на глазах, ненависть внутри. Он молчал, ни слова не сказал, только обещал. Обещал, что уйдёт от жены, обещал, что разведется. А теперь он счастливый отец… И это не их ребёнок, не их общее счастье. А их счастье сейчас у неё под сердцем… Она, как и всегда, одна с круглосуточной работой. Но теперь есть осознание, что не одна. Внутри неё ещё одна совсем маленькая жизнь. — По крайней мере, хоть что-то осталось от него хорошее, — гладила немного округлившийся животик. Так и не успела сказать Притуле. Ждала его дня рождения, дабы обрадовать Кажется, он бы даже не обрадовался. У него уже есть трое детей, она со своим ребёнком будет лишней. Сможет справиться самостоятельно и даст ребёнку всё. Благо, за столько лет работы на телевидение насобирала достаточно денег, чтобы была возможность уйти в декрет. Была уверена, что все равно найдётся человек, которые будет всегда рядом и поддержит, не требуя что-то в замен. *** — Я отказываюсь от нового сезона. — заявила Никитюк продюсерам «Хто зверху?» — В смысле? — все встали в ступоре, уставившись на неё. — У меня на то есть личные причины. — Только не говори, что опять виноват Притула. — Он принимал непосредственное участие, — грустно улыбнулась. — Ты ведь понимаешь, что процесс запущен, будет сложно найти замену, он мало с кем сработается. — А знаешь почему? Не каждая ляжет к нему в постель просто. Да, Притула? — увидела вошедшего мужчину. — О чем речь? — нахмурился, подходя к ней. — Я здесь больше не работаю. А, и поздравляю, папаша, — похлопала по плечу, собираясь уходить. Но тот аккуратно взял за руку, выходя вместе с ней. — Отпусти, — вырвала руку. — Давай спокойно поговорим. — О чём? Например, как дочь назвал? Ты же у нас теперь примерный отец и муж. — Ты прекрасно знаешь о чем, — повёл за угол. — Что ты хочешь от меня? Вали к жене, ей, наверное, тяжело с маленькой дочкой. — Почему ты уходишь с проекта? — Не хочу тебя видеть. — И всё? — вскинул брови. — Да. — соврала. — Давай уйду лучше я? — С каких это пор мы такие благородные стали? — Я слишком виноват перед тобой. — Виноват, да? А при рождении нашего ребёнка ты тоже будешь присутствовать? — усмехнулась. — Что? — надеялся, что показалось, медленно входя в шок. — А ты, наверное, не знаешь, но от секса дети бывают. — Какой срок? — Одиннадцать недель. — Почему раньше не сказала? — тяжело вздохнул. — Ждала твоего дня рождения. Хотела сюрприз сделать. Видимо, не получилось. — Надо было сказать, дурочка, — притянул к себе, приобнимая за плечи. — Отстань от меня, — пыталась вырваться, — у тебя уже есть маленький ребёнок и любимая жена. Тот не отпустил, целуя в макушку. — Не трогай меня! — Не кричи! — Ты уже бросил меня, отстань. Иди к жене. — Ты будешь рожать? — пропускал её слова. — И не смей думать, что это только твой ребёнок. — Я буду рожать своего, — выделила, — ребёнка. У тебя их трое уже, не порть жизнь ещё одному. — Угомонись ты. — сказал уже строже. — У ребёнка должен быть отец, даже такой урод, как я. — У него будет отец, не переживай. И не такой урод, как ты. — У тебя кто-то есть? — Есть. — снова врёт. — Хорошо, мне стало спокойнее. Но ответственность с себя я снимать не собираюсь. — Я с тебя её сняла, не переживай. Считай, что ребёнок не твой. — Хорошо, поговорим ещё позже. Тебя подвезти домой? — Не надо мне от тебя ничего. — вырвалась, покидая его общество. *** Пришел к ней, дабы выяснить всё в спокойной обстановке. Без её истерик. Как и предполагалось, дома была одна и явно не собиралась покидать зону комфорта. У него до сих пор есть ключ, которым он и открыл дверь её квартиры. — Ты обнаглел в край? — вышла в коридор, сложив руки на груди. — Лесь, я не уйду, пока не поговорим спокойно. Пожалуйста, — смотрел в глаза. — Говори, я что, тебе не даю? — вернулась в комнату, ложась в постель. — Я узнал про беременность Кати уже почти на пятом месяце. Сказать тебе боялся. Я не знал, как ты отреагируешь… — Хорошо отреагировала. Это всё? — Я хочу принимать участие в воспитание нашего ребёнка. Теперь всё. — Хоти, — пожала плечами, закутываясь в одеяло. — Малыш, прости меня, я идиот. Ты мне не поверишь, но я правда тебя люблю. И пусть хотя бы ребёнок станет поводом быть рядом. — Ты все равно не будешь рядом с нами, а удерживать ребёнком я уж точно не собираюсь. Живи спокойно, воспитывай своих детей. — Я это и собираюсь сделать. — Я плохо себя чувствую и хочу отдохнуть, оставь меня в покое. Делай, что хочешь. — Что такое? — сел рядом. — Ты по русски не понимаешь? — Что мне сделать, чтобы ты хоть разговаривала со мной нормально? Промолчала, отворачиваясь от него. — Я воды принесу с лимоном. Помочь должно… — встал с кровати. Ничего не ответила, притворяясь, что засыпает. Притула направился на кухню, наливая воды, кинув небольшую дольку лимона. Он чувствовал себя настолько виноватым перед ней, что даже не знал, как бы мог искупаться. Разве что быть рядом, но жена ведь только родила, он не может их бросить. Да и Леся вряд ли захочет чувствовать на себе штамп, что увела с семьи. — Лесь, выпей, пожалуйста, — протянул стакан. — Не хочу. — Тебе станет легче. Послушай меня. Я сразу уйду. — Только сразу. — взяла стакан, делая несколько глотков. — До дна пей, — тяжело вздохнул. Закатила глаза, допивая до дна, возвращаясь в прежнее положение. — Я пошёл, — поцеловал в висок. Никак не отреагировала, надеясь, что вернётся не скоро. Но у него совершенно другие планы.